Глава 73. Неожиданность
Шан Чжитао и не подозревала, что Дони окажется в командировке в том же городе. Когда она закончила работу, коллеги из филиала пригласили её поесть чуаньчуань, мимоходом добавив: «Дони тоже будет». Выражение лиц у коллег при этом было довольно неоднозначным.
Шан Чжитао оторопела и спросила:
— А зачем он приехал?
— Говорит, что сопровождает один проект по планированию.
— Оу.
Шан Чжитао понимала, что Дони приехал в Чэнду точно не ради неё: её график поездки утвердили лишь накануне отъезда, так что это было простым совпадением. Вот только от этого совпадения становилось не по себе.
— Я сначала вернусь в отель написать отчёт, а как закончу, приду к вам, — Шан Чжитао попыталась найти предлог, чтобы улизнуть, но коллега схватила её за руку: — Поешь, а потом напишешь! Работа никогда не кончается!
Так Шан Чжитао и притащили в ту закусочную. Остальные коллеги уже были на месте, все расселись вокруг двух маленьких столиков. Увидев её, Дони помахал рукой:
— Флора, садись здесь.
Сказав это, он освободил для неё место. Шан Чжитао, немного помедлив, всё же села.
Дони в шутку сказал остальным:
— Мне всё кажется, что Флора меня боится. Я что, какой-то свирепый зверь? — спросил он Шан Чжитао.
— Ну как это возможно? — улыбаясь, оправдывали её коллеги. — Флора просто стеснительная.
Шан Чжитао лишь слегка растянула губы в подобии улыбки и встала, чтобы приготовить соус. Дони последовал за ней и как бы невзначай спросил:
— Флора, в каком отеле ты остановилась? В партнёрском отеле компании?
Шан Чжитао кивнула:
— Да.
— Тогда попозже можем вернуться вместе.
— Хорошо.
Ответив так, Шан Чжитао вернулась за стол. Коллеги собирались пить, но Шан Чжитао перевернула свой стакан:
— Вы же знаете, я не пью. Сегодня тоже откажусь!
Она попросила у официанта бутылку минеральной воды и поставила её прямо перед собой.
Всё это было благодаря тому, что у неё был хороший учитель.
Луань Нянь говорил: «Если не можешь пить, не пей ни капли».
Ещё Луань Нянь говорил: «Девушка в общественных местах должна пить свою воду».
Шан Чжитао казалось, будто Луань Нянь сидит рядом и присматривает за ней. Дони не стал на неё давить, лишь похвалил:
— Сразу видно, что Флора — послушная девочка.
Хваля её, он как бы невзначай положил руку ей на колено. Шан Чжитао ловко убрала ногу, избегая касания, и сказала коллеге напротив:
— Я хочу острого, давай поменяемся местами.
В глазах охотника её уклонение было лишь игрой в «кошки-мышки»: молодая девушка ломается перед успешным мужчиной, чтобы набить себе цену, но в итоге всё равно покорится.
Но молодая девушка в это время думала: «Такому слизняку, как ты, не место рядом со мной». Плевать, чем ты владеешь, низость остаётся низостью.
Шан Чжитао сохраняла хладнокровие и трезвый ум до конца ужина, наблюдая, как перепившие коллеги постепенно теряют приличный вид. Дони был вынослив: сколько бы он ни выпил, всё проходило бесследно, и лицо его даже не изменилось. Он холодным взглядом смотрел на неподобающее поведение коллег-женщин, а когда переводил взор на Шан Чжитао, в его глазах читалось нечто двусмысленное. Он достал телефон и отправил ей сообщение: «Зайдёшь ко мне попозже посидеть?» Теперь его намерения стали абсолютно ясны.
— Нет, Дони, — ответила Шан Чжитао.
— Просто выпьем чаю. — Когда мужчина замышляет что-то в отношении женщины, чай и кофе становятся лучшими предлогами. Обычный спектакль без декораций.
— У меня в номере есть чай.
Нужно было заканчивать этот скучный диалог. Шан Чжитао подняла глаза от телефона и сказала коллеге рядом:
— Ты перебрала, давай я провожу тебя?
Шан Чжитао подхватила её под руку и вышла, оставив остальных позади. Выйдя за дверь, коллега, прислонившись к Шан Чжитао, прошла несколько шагов, а когда они свернули из переулка, где находилась закусочная, внезапно выпрямилась.
Шан Чжитао в замешательстве посмотрела на неё.
А та с долей безысходности произнесла:
— Не хотелось пить.
— Почему? Помнится, ты любишь выпить.
— Потому что… за столом волк. — Коллега не стала говорить прямо, но Шан Чжитао смутно почувствовала, что они столкнулись с одним и тем же хищником.
Расставшись с коллегой, она вернулась в отель, заперла дверь, придвинула чемодан к двери, поставив его на стул, и только после этого пошла в душ, а затем легла в постель. Работа не так сильно выматывала, как ужин с Дони, за которым Шан Чжитао почти ничего не съела. Только за эти несколько лет в обществе она поняла, что бывают люди, гнилые до мозга костей.
«Температура спала? Другие симптомы ослабли?» — отправила она сообщение Луань Няню, не надеясь на ответ.
Но Луань Нянь, вопреки обыкновению, сразу ей позвонил. Шан Чжитао, принимая вызов, даже немного разволновалась:
— Почему ты позвонил?
— Разве не ты жаловалась, что я не отвечаю на сообщения и не звоню тебе?
— … — Он услышал её слова. Это было чудесное чувство. Шан Чжитао почувствовала, как её маленькое тщеславие было удовлетворено. Она хихикнула, немного смущённо, словно ребёнок, который ластится к родителям: — Так тебе уже лучше?
— Нет.
— Ты не пил лекарства?
— Пил.
— Тогда в чём же дело? — Шан Чжитао разволновалась. — Может, стоит поехать в больницу? Если ничего не помогает, может, поставить капельницу? Однажды, когда я заболела, у меня несколько дней держалась температура и никак не проходила. Сунь Юй отвела меня в маленькую клинику внизу, мне сделали укол в мягкое место, и в ту же ночь всё прошло! — Когда она волновалась, то становилась многословной. Луань Нянь слушал её болтовню и думал: ну как может женщина быть такой разговорчивой.
Многословной, но не раздражающей.
Луань Нянь порой терпеть не мог болтливых людей, это казалось ему шумом. Он любил, когда мир спокоен и упорядочен.
— Сунь Юй — это та твоя соседка, которая занимается стартапом? — спросил Луань Нянь. Шан Чжитао иногда рассказывала о своих соседях, буквально по паре фраз: то Сунь Юй ногу повредила, то Чжан Лэй получил повышение, то Сунь Юаньчжу приходится часто бывать на северо-западе. Ещё у неё была старшая подруга по имени Яо Бэй, которая часто водила её ужинать. Когда она рассказывала об этих людях, Луань Нянь не встревал, но со временем в его голове сложились их отчётливые образы. Например, Сунь Юаньчжу — эрудированный и добрый благородный юноша, бог знает, сколько девушек в него влюблены. Включая Шан Чжитао.
— Угу! — Шан Чжитао вспомнила о том, что обещала Сунь Юй, и стала подбирать слова, чтобы начать разговор.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
