Путь восстановления после родов очень долог.
Шан Чжитао начала восстанавливать силовые тренировки и лёгкие кардионагрузки после послеродового обследования.
Врач Лян, узнав, что она собирается тренироваться, составила ей рацион и велела строго его придерживаться. Приведение тела в форму и сжигание жира взял на себя Луань Нянь.
Как же хорошо иметь дома такого фитнес-тренера, как Луань Нянь: в тренировках он разбирался лучше любого обычного инструктора, выдавая одну теоретическую выкладку за другой.
В день первой силовой тренировки Луань Нянь сначала провёл разминку. Устроившись в маленьком спортзале Шан Чжитао, Луань Нянь не упустил случая подразнить её:
— Теперь понимаешь, что большой дом — это хорошо?
— Вполне.
— Завтра пойдём смотреть планировки.
— Ты разве ещё не выбрал?
— У тебя есть право всё изменить. В конце концов, покупать будем на твоё имя.
— О. То есть ты хочешь сказать, что даришь мне дом?
Шан Чжитао слишком хорошо знала Луань Няня. Она не представляла, сколько именно у него денег, но отлично изучила его манеру делать подарки. Сейчас он стал чуть деликатнее, но по сути лишь сменил отвар, не меняя лекарства.
— Угу, — отозвался Луань Нянь, заставляя Шан Чжитао делать растяжку с согнутыми коленями. Заметив, что движение не совсем верное, он легонько стукнул её по колену деревянной палочкой: — Ты чем занята? Тренируйся как следует!
Либо не тренироваться вовсе, либо делать это на совесть.
Шан Чжитао поспешила собраться и начала прилежно выполнять упражнения вслед за тренером. Когда Луань Нянь присел на одно колено, Шан Чжитао заметила его верхнюю трапециевидную мышцу. В душе что-то зазудело, и она не удержалась — ткнула в неё кончиком пальца.
Луань Нянь обернулся и поднял на неё взгляд. Этот взгляд был очень глубоким. Прошло несколько секунд, прежде чем он спросил:
— Тренируемся или нет?
— Тренируемся.
Луань Нянь тоже был немного рассеян.
Процесс вынашивания жизни — это счастье, но омрачалось оно тем, что нельзя было потакать своим желаниям. Луань Нянь знал себя: в постели он никогда не был подобен ласковому ветру и тихому дождю, поэтому попросту их избегал. Со временем его сердце начинало метаться, словно обезьяна, а мысли неслись, точно кони, и он каждый день разрывался между «Шан Чжитао нужно восстановиться» и «овладеть ею прямо сейчас». Первое неизменно побеждало. Потому что он действительно считал, что ей нужно окрепнуть.
Оба занимались спустя рукава. В конце концов Шан Чжитао не выдержала и сказала:
— Может, я сама немного позанимаюсь на эллиптическом тренажёре?
— ?
— Когда ты рядом, у меня не получается тренироваться.
Шан Чжитао зацепилась кончиком пальца за его палец. Это ожидание было мучительным, Шан Чжитао боялась даже вздохнуть. Ей казалось, что она вернулась в те времена, когда они только познакомились, — в голове то и дело всплывали мысли, которыми не поделишься с посторонними.
— Если мы займёмся чем-то другим, сможешь тренироваться нормально?
— Возможно.
— Мечтай больше.
Луань Нянь развернулся и ушёл. Он и так ждал слишком долго, неужели ещё немного не потерпит?
К сотому дню Няньтао уже подросла. Стоило кому-то позвать её, как она заливисто смеялась. Когда она смеялась, её глазки превращались в щёлочки — пухленькая девчушка была невероятно очаровательной.
Обычно Луань Нянь был суров, но Няньтао проявляла к нему особую нежность: стоило ей его увидеть, как она начинала махать ручонками и хохотать. Луань Нянь был брезглив; поначалу, когда он менял Няньтао подгузник, его даже дважды стошнило, но постепенно он привык.
И всё же однажды Няньтао описала его. Он замер на несколько секунд, держа малышку за подмышки и не шевелясь. Шан Чжитао, заметив неладное, спросила:
— Что случилось?
— Сначала забери Няньтао и поменяй ей штанишки.
— О. — Шан Чжитао взяла дочку и увидела, что домашние брюки Луань Няня насквозь промокли. У Няньтао дела обстроили не лучше. Она даже начала обижаться на то, что де промедлил со сменой штанишек, скривила ротик и громко расплакалась.
У Луань Няня всё внутри перевернулось, он поспешил в ванную, и его вырвало.
Он там мучился, а Няньтао здесь плакала — сцена была комичной. Успокоив дочку, Шан Чжитао заглянула в ванную к Луань Няню. Он полоскал рот, лицо его немного покраснело.
— Няньтао не решит, что де её не любит, из-за твоей брезгливости. Ты и так справляешься отлично. Просто иногда что-то выбивает из колеи, — сказала ему Шан Чжитао.
Луань Нянь щёлкнул её по лбу и пошёл к Няньтао. Он мог проводить с ней всё время и ничуть не скучать. Няньтао, увидев, что де пришёл, словно немного застеснялась из-за мокрых штанишек, и, посасывая кулачок, улыбнулась ему. Через некоторое время она вытащила руку изо рта и протянула её Луань Няню, будто говоря: «Де, ты тоже попробуй».
Странное поведение ребёнка казалось Луань Няню чем-то удивительным.
Ему даже казалось, что в голове рождается множество блестящих идей.
….
Но Луань Нянь всё равно убирал её руку и со строгим лицом отчитывал:
— Не облизывай постоянно руки, это плохая привычка.
Няньтао думала, что Луань Нянь так с ней играет, и заливалась смехом, то затихая, то снова начиная хохотать, как маленькая глупышка. Луань Нянь, раззадоренный её весельем, легонько ущипнул её за щёчку:
— Тебе так весело?
Сяо Няньтао издала звук «о», словно подтверждая: «Весело».
Вернись она на десять лет назад, Шан Чжитао ни за что бы не поверила, что Луань Нянь станет таким отцом. Тогда ей казалось, что он, возможно, никогда не женится и не захочет детей.
Она сидела на диване в гостиной и наблюдала, как Луань Нянь приседает, держа Няньтао на руках.
Малышке нравились такие игры, она вовсю дрыгала ножками и ручками, и каждый раз, когда он выпрямлялся, она вскрикивала, словно требуя: «Ещё!»
Луань Нянь никогда не давал себе поблажек и даже присматривая за Сяо Няньтао, выполнял несколько подходов. Шан Чжитао смотрела, как он приседает, любуясь красивыми линиями его ягодиц, и внезапно почувствовала, как в горле пересохло.
Она залпом выпила стакан воды, стоявший под рукой, но жажда не прошла. Взгляд скользнул по его спине, опустился ниже и замер на бёдрах, когда Луань Нянь внезапно обернулся и поймал её с поличным.
— На что это ты смотришь? — спросил он.
Шан Чжитао, подражая ему, вскинула бровь и приложила указательный палец к губам:
— Тс-с. — Няньтао была рядом, нужно было следить за языком и не говорить того, что детям знать не положено.
Луань Нянь одной рукой держал Няньтао, а другой достал телефон и отправил ей сообщение:
— Следи за своим взглядом.
— Нет.
Шан Чжитао отбросила телефон, подошла к нему и забрала Няньтао. Малышка тёрла глазки — она уже утомилась. Няньтао всегда спала хорошо и почти не доставляла родителям хлопот. Засыпала она тоже быстро: попила молока, отвернулась и засопела. Уложив её в кроватку, Шан Чжитао подошла к дверям спальни и замерла, молча глядя на Луань Няня.
Ещё даже не стемнело! — сказала она себе, ища хоть какой-то, пусть и неубедительный, предлог.
Луань Няню было всё равно, светло на улице или темно.
Он подошёл к ней, притянул в свои объятия и прошептал:
— Если мы сегодня ничего не предпримем, это действительно выставит меня беспомощным.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
