— Умеешь водить? — Луань Нянь взял вино. Шан Чжитао не умела пить, так что могла бы как раз повести машину вниз с горы. Но Шан Чжитао покачала головой: — Не умею.
Луань Нянь чувствовал некую мимолётную лёгкость. Обыкновенная Шан Чжитао, сидевшая напротив, оказалась на редкость приятной компанией под вино. А если присмотреться повнимательнее, можно было даже уловить едва заметное ощущение безграничной романтики.
Та странная жажда, изредка возникавшая в Гуанчжоу, сейчас вновь немного просочилась в его тело.
…
Луань Нянь отставил вино, попросил у хозяина бутылку колы и налил Шан Чжитао, а затем выбрал для неё самый жирный и вкусный кусок рыбы. Последняя была слегка польщена таким вниманием и поспешно поблагодарила его, на что Луань Нянь ответил: — Спасибо, что пригласила меня на ужин.
О. Шан Чжитао, балансировавшая на грани выживания, на самом деле была немного прижимистой. Если бы она могла выбирать, то первым делом не стала бы ужинать с Луань Нянем, а если бы и пришлось, выбрала бы вкусную, но недорогую уличную лавку. В конце концов, всем нужно на что-то жить, и в том, что Луань Нянь решил познать тяготы обыденной жизни, не было ничего странного.
— Не за что, так и должно быть, — хоть она и думала иначе, вежливо ответила она. Съев кусочек рыбы, она решила, что этот ужин не должен пропасть даром: — Раз вы ужинаете со мной, значит ли это, что вы считаете меня подходящей и я могу остаться в компании на испытательный срок?
— В прошлый раз, когда я поужинал с коллегой, это не помешало компании уволить его на следующий день.
— Не пугайте меня.
Луань Нянь взглянул на неё: — Ты не думаешь пойти учиться вождению? Кажется, ты первый человек в Линмэй, кто не умеет водить.
— Я уже записалась в автошколу. Зубрю билеты.
— Учись прилежно. Боюсь, тебе это не дастся.
— Это вряд ли.
Шан Чжитао расплылась в улыбке, её лицо раскраснелось от жара рыбного котелка: — Вы часто водите сюда своих девушек?
— У тебя всегда так много вопросов?
— Хе-хе.
Луань Нянь проигнорировал её и молча принялся за еду. Вчера он много выпил, а сегодня толком не ел, и теперь наконец почувствовал, что желудок не пуст. Голод отступил, настроение само собой улучшилось, и он даже стал выглядеть вполне благодушно. Поэтому он решил подстроиться под ход мыслей Шан Чжитао и спросил: — А ты? Что обычно делаешь с парнем в свободное время?
— У меня нет парня.
— А тот, из бара?
— Это мой сосед по квартире.
— Твой сосед выглядит неплохо, можно попробовать с ним встречаться.
— Мой сосед и правда замечательный, — искренне похвалила она Сунь Юаньчжу. — Он всё умеет, и у него отличный характер, он мне часто помогает.
— Как именно помогает? В чём?
— Ну… в повседневных мелочах, во всём, вплоть до деталей… Ещё ходил со мной записываться в автошколу…
— И для вас, девчонок, это критерий хорошего человека?
— Для друга… разве этого недостаточно?
— Для друга достаточно, но чтобы стать парнем, нужно ещё постараться, — поддразнил её Луань Нянь.
Услышав слова Луань Няня, Шан Чжитао и впрямь всерьёз задумалась: — Значит, вы очень добры к своим девушкам? — Она тоже не лезла за словом в карман; проглотив несколько кусков рыбы, она позабыла об осторожности и осмелилась бросить вызов Луань Няню, причём это «своим девушкам» во множественном числе было сказано явно намеренно.
Луань Нянь посмотрел на то, как она упрямо вытянула шею, явно собираясь с ним поспорить, и наконец рассмеялся. Когда Шан Чжитао не робела, она была довольно забавной.
Она была не только забавной, но и обладала отменным аппетитом.
— Не боишься поправиться?
— Я проголодалась… Сегодня я ела только один раз. — В её голосе прозвучала лёгкая жалоба.
Луань Няню она тоже показалась жалкой, и он положил ей ещё один кусок рыбы: — Ешь.
Обед прошёл вполне приятно. Когда они почти закончили, Шан Чжитао сказала Луань Няню: — Я в уборную, — а сама тайком отправилась оплачивать счёт. Об этом правиле приличия она знала.
— Сколько с того столика? — спросила Шан Чжитао у хозяина.
— Пятьсот тридцать.
Неплохо. Шан Чжитао подумала, что Луань Нянь всё же человек и не стал её грабить: — Я оплачу.
— Не нужно платить, господин Луань завёл здесь карту и положил на неё много денег. Когда рыбу только доставали, он сказал списать с карты.
— А?
Шан Чжитао была слегка потрясена. Она вспомнила, как Луань Нянь с беспристрастным видом сказал: «Ты угощаешь». Он ляпнул это просто так, а она приняла всерьёз. Шан Чжитао почувствовала себя немного глупой — она совершенно не понимала, когда Луань Нянь говорит правду, а когда нет. Она всегда не могла этого разобрать.
Она вернулась за стол, села напротив Луань Няня и откашлялась: — Лу Кэ.
— Что?
— В следующий раз обязательно позвольте мне угостить вас.
— Будет ещё следующий раз? — на лице Луань Няня отразилось выражение, явно вопрошавшее: «Ты серьёзно? Ты и правда хочешь, чтобы я ещё раз с тобой поужинал?».
— В любом случае, я серьёзно, — Шан Чжитао знала, что не может видеть Луань Няня насквозь, поэтому поспешила заявить о своих намерениях: — Я серьёзно.
— И чем же ты собираешься меня угостить?
— Я вернусь и хорошенько об этом подумаю.
— Не стоит думать, у меня ещё много встреч с «девушками», сегодняшний день — исключение, — сказал Луань Нянь и встал: — Едем назад?
— Хорошо. Просто высадите меня у подножия горы, где удобно поймать такси.
— Такая благоразумная?
Благоразумие Шан Чжитао делало её похожей на человека, который держится отстранённо и очень боится обременять других. Луань Нянь не любил таких женщин; ему больше нравилась прямота. Когда женщина умеет быть сильной, но умеет и проявлять слабость. Например, в такой ситуации ей следовало бы сказать: — Тебе придётся подвезти меня до дома.
Но Шан Чжитао всего этого не понимала, она ещё не умела пользоваться преимуществами своего пола.
Луань Нянь не стал больше обсуждать, где её высадить, и просто медленно выехал. Сразу за рыбным рестораном начиналась дорога вниз с горы. Шан Чжитао смотрела в окно и смутно видела россыпь звёзд на небе. Она невольно ахнула. Луань Нянь взглянул на неё и остановил машину на смотровой площадке. Он опустил стёкла, и вокруг воцарилась кромешная тьма.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
