Глава 24. Не сделать ли что-нибудь
Луань Нянь пытался понять радость Шан Чжитао. На самом деле он не считал, что переход в штат — это нечто достойное празднования. Его прошлые двадцать восемь лет прошли как по маслу, и он не мог прочувствовать то раздутое чувство удовлетворения, которое сейчас переполняло Шан Чжитао.
— Дай мне свой кошелёк, — Луань Нянь протянул руку к Шан Чжитао.
— Зачем?
— Боюсь, если ты перепьёшь, то не сможешь расплатиться.
…Шан Чжитао и вправду послушно достала кошелёк и отдала его Луань Няню. Что можно было сказать о её кошельке? На нём был рисунок тушью, а если присмотреться, то в этой странной мешанине образов угадывались две собаки. Луань Нянь нахмурился: вкус оставлял желать лучшего.
— Наличных хватит? — снова спросил Луань Нянь.
— Нет.
— Какой картой платить?
Шан Чжитао встала, взяла кошелёк, вытащила одну карту и протянула её Луань Няню:
— Вот этой. — Она решила: была не была, угощу так угощу, всего один раз.
— Пароль.
— 062400. — 0624 был днём рождения Синь Чжаочжоу. Влюблённые всегда используют дни рождения друг друга как особые пароли. После расставания их следовало бы сменить, но Шан Чжитао было лень, и она так ничего и не исправила.
— Ладно. Пей.
Шан Чжитао была очень счастлива и выпила ещё две маленькие чашечки, но на этом и остановилась. Пить она не умела, голова начала кружиться, она мотнула ею и сказала, что больше не будет, хватит. Сказала, что не будет, но сделала ещё глоток.
Луань Няню было всё равно, он сосредоточенно ел гусиную печень и сашими. Он довольно давно не ел японскую кухню, и сейчас вкус показался ему неплохим, так что аппетит разыгрался. Глядя на раскрасневшееся лицо девушки напротив, он в очередной раз подумал, что её дурашливый вид — отличная закуска к вину.
Луань Нянь, этот хитроумный стратег, медленно плёл паутину. После того как у него раз за разом возникали мысли о Шан Чжитао, он тут же принял решение: он хочет что-нибудь с этой женщиной сделать. Но ему нужен был подходящий момент. Он хотел чего-то с Шан Чжитао, но не желал сближаться слишком сильно. Если бы они вдвоём могли удовлетворять потребности друг друга, не неся при этом никакой ответственности, такое положение дел было бы самым идеальным.
— Ты поехала в горы добровольно? — внезапно спросил он Шан Чжитао. В компании всё устроено так: старички притесняют новичков, начальники — подчинённых, те, у кого есть связи — тех, у кого их нет. Чисто профессиональные отношения встречаются редко, разве что если человек обладает невероятными способностями и незаменим на своей должности.
— Да, — Шан Чжитао выпила много воды, и головокружение немного отступило. — Я раньше такого не делала, вот и захотела попробовать. Я хочу многому научиться, хочу стать очень-очень крутой. Как Китти. — После алкоголя Шан Чжитао стала на редкость болтливой.
— Почему именно как Китти?
— Китти правда очень крутая. Она во всём разбирается, всё умеет, и что бы она ни делала, всё получается красиво.
Луань Нянь взглянул на неё, но ничего не ответил.
— Если бы Китти не была крутой, она бы не попала в креативный центр. Все в компании знают, что креативный центр и отдел планирования всегда забирают лучших.
— Чем вслепую тягаться с другими, лучше бы нашла себе крепкое бедро, за которое можно ухватиться, — Луань Нянь говорил то ли в шутку, то ли всерьёз.
— Я здесь никого не знаю, за чьё же бедро мне хвататься?
— Трейси.
— Я плохо знаю Трейси.
— Тогда можешь попробовать ухватиться за моё бедро.
А? Шан Чжитао вдруг вспомнила ту путаную мысль, что возникла у неё в ту ночь: мысль о том, что Луань Нянь хочет применить к ней негласные правила продвижения через постель. Она прижала руки к груди с настороженным видом:
— Я себя не продаю.
Луань Нянь редко терял самообладание, но тут Шан Чжитао попала прямо в его тайные помыслы, и он едва не выплюнул вино:
— С тобой всё в порядке?
— Вы предлагаете мне ухватиться за ваше бедро? Я молодая девушка, только приехала, никого не знаю, денег нет, способности средние — на что же мне рассчитывать, хватаясь за ваше бедро?
Луань Нянь указал пальцем на Шан Чжитао:
— Руки убери.
— А?
— Убери.
Шан Чжитао убрала руки, подозрительно глядя на Луань Няня. Тот же окинул взглядом её грудь, а затем пренебрежительно скривился:
— Твои опасения явно лишние. — Луань Нянь рассмеялся: — Шан Чжитао, ты что, думаешь, я хочу с тобой переспать? У меня что, женщин не хватает?
Шан Чжитао покраснела.
— И не мечтай! — Луань Нянь через стол легонько постучал её по голове. — Дождись солнечных выходных и просуши всю ту воду, что у тебя в голове.
Чёрт.
«Разве я не хороша?» — Шан Чжитао опустила голову, глядя на свою одежду, чувствуя себя обиженной.
Обед затянулся надолго. Когда Шан Чжитао встала, её немного качнуло. Луань Нянь велел официанту налить ей воды, а сам и вправду пошёл расплачиваться её кошельком.
Луань Нянь действительно решил обобрать Шан Чжитао. Вернувшись после оплаты, он протянул ей кошелёк, не забыв поблагодарить:
— Спасибочки.
— Пожалуйста. Так и нужно.
— Поздравляю с официальным приёмом на работу, — произнёс Луань Нянь вполне серьёзно. Теперь он считал, что Трейси права: в компании должна быть разнообразная структура талантов. В команде не могут быть одни элиты, должны быть и такие люди — забавные дурёхи.
Они вышли из ресторана. Луань Нянь не стал вызывать водителя, а стоял у края дороги вместе с Шан Чжитао, ловя такси. Она стояла неуверенно, ветер растрёпал её волосы, в чистых глазах разлилась улыбка, и она снова серьёзно повторила Луань Няню:
— Я себя не продаю.
Казалось, она подбадривает саму себя. Заметив этот её мимолётный страх, Луань Нянь внезапно всё понял: Шан Чжитао в него влюблена.
====
Шан Чжитао и Луми отправились в путь. В самолёте Луми сказала Шан Чжитао:
— Обычно мы зовём людей из отдела маркетинга господами, но как приедем, ты увидишь, что мы для них просто мелкие сошки на побегушках. То им пить хочется, то есть, то в отеле у них огромный жук. Дома я и пальцем не пошевелю, всё подносят, а тут приходится обслуживать этих капризных зануд.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
