Всё было готово. Прошло уже больше десяти минут, но Сунь Цян всё так же сидел, опустив голову, и не произносил ни слова. Мы с Фань Цзе начали проявлять нетерпение. Фань Цзе постучал по столу.
— Эй, говори всё, что знаешь. Как вы познакомились, как общались, чем вместе занимались. Давай так: сначала расскажи, как вы познакомились и как ты попал в эту команду!
Похоже, от вопросов Фань Цзе Сунь Цян занервничал ещё сильнее. Он испуганно закивал и сказал, что это Чжан Чэнго велел ему играть в «CrossFire», чтобы он внедрился в команду «Киберспорт Нефтяного города».
— Кто? Чжан Чэнго? — я подумал, что ослышался. — Откуда он узнал про команду «Киберспорт Нефтяного города»? Он тоже играет в «CrossFire»?
— Он не играет в «CrossFire». Я и сам не знаю, откуда он про них прознал. Но он действительно велел мне вступить в команду и держаться поближе к Хань Пиньму, — ответил Сунь Цян.
Я почувствовал, что всё это не так просто.
— Зачем тебе нужно было вступать в команду? Ради денег?
— Нет, он просил меня разузнать кое-что об одном человеке.
— О ком именно?
— О другом человеке, который пользовался аккаунтом «Фэй Ян», — сказал Сунь Цян. Очевидно, речь шла о «Чэнь Пине», то есть о Го Пэнфэе в реальности.
— Зачем его нужно было проверять? — допытывался я. Сунь Цян ответил, что не знает, но после того, как «Чэнь Пин» был найден, Чжан Чэнго долго не вспоминал об игре. Только в конце мая этого года он велел ему разоблачить Хань Пиньму, который через игру делал ставки на тотализаторе, и поднять шум в чате.
— Откуда Чжан Чэнго узнал, что Хань Пиньму играет на тотализаторе в чате? Ты ему сказал? — продолжил я расспрос.
— Нет, он очень хорошо знаком с Ху Сяофэем. Это Ху Сяофэй затащил меня в игровой чат, так что, возможно, это он рассказал всё Чжан Чэнго, — ответил Сунь Цян.
Я и не подозревал, что Чжан Чэнго и Ху Сяофэй так близки. Конечно, Нефтяной город невелик, это типичное общество, где все друг друга знают, и человеческие связи здесь настолько запутаны, что полиция не всегда может их отследить.
— Если Чжан Чэнго знал Ху Сяофэя, зачем тогда он поручил всё это тебе? — снова спросил я.
— Не знаю. Вроде как Чжан Чэнго подозревал Ху Сяофэя, считал его «ненадёжным», — сказал Сунь Цян.
Раз возникло «подозрение», значит, раньше между ними были доверительные отношения. Но на чём они строились? Знал ли об этих отношениях Хань Пиньму, будучи одним из немногих друзей Ху Сяофэя?
— Почему Чжан Чэнго решил, что Ху Сяофэй «ненадёжный»? — задал я следующий вопрос.
— Во-первых, из-за личности «Фэй Яна». Чжан Чэнго был уверен, что Ху Сяофэй точно знает, кто это, хотя тот всё время отнекивался. Во-вторых, Ху Сяофэй что-то писал в интернете, и это разозлило Чжан Чэнго, — ответил Сунь Цян.
— Что именно писал Ху Сяофэй? — спросил я.
— Кажется, какой-то роман под названием… как же его… Да, точно, «Бездна», — с трудом вспомнил Сунь Цян.
«Бездна»? Насколько я помнил, этот роман когда-то публиковал Хань Пиньму на форуме «Тянь-я». Как же вышло, что его написал Ху Сяофэй? И как обычный роман мог разозлить Чжан Чэнго?
— Может быть… может быть, дело в том, что убийца в романе был импотентом с родимым пятном на заднице. Чжан Чэнго решил, что Ху Сяофэй списал этого персонажа с него, поэтому… — предположил Сунь Цян.
«Убийца? Родимое пятно? Импотент?» — пронеслось у меня в голове. В той версии романа «Бездна», которую прислали из отдела кибербезопасности, таких подробностей не было.
— Ты читал этот роман? — спросил я Сунь Цяна.
— Да, видел на компьютере в кабинете Чжан Чэнго.
— А откуда тебе известны такие интимные подробности, как родимое пятно на заднице и импотенция Чжан Чэнго?
— Слышал от девицы из парикмахерской на улице Хэпин… — Сунь Цян замялся. — Он сам меня туда водил…
Сунь Цян рассказал, что у Чжан Чэнго была привычка после выпивки пользоваться услугами проституток. Раньше он частенько брал Сунь Цяна с собой в город А на улицу Хэпин, чтобы «расслабиться». На этой улице было много заведений, которые лишь вывешивали баранью голову, а продавали собачатину: под видом парикмахерских и «баров для отдыха» там скрывались совсем другие места. Однажды Чжан Чэнго отказался платить, и у него возникла ссора с владельцем заведения. Несчастного Сунь Цяна вместе с Чжан Чэнго вытащили на задний двор и избили присланные хозяином громилы.
После этого случая Чжан Чэнго так и не объяснил Сунь Цяну причину своего отказа платить. Однако от знакомой жрицы любви Сунь Цян узнал, что Чжан Чэнго не стал платить, потому что сам «не смог», но свалил всё на «плохое обслуживание». О том, что Чжан Чэнго «не в силах», знали все женщины с улицы Хэпин, которым доводилось его «обслуживать».
— А про родимое пятно на заднице ты откуда узнал?
— Видел, когда мы плавали в бассейне отеля, и ещё… — Сунь Цян добавил, что у Чжан Чэнго в этих делах были довольно извращённые наклонности. Например, он мог вызвать одну девицу, чтобы та «обслуживала» их обоих одновременно…
— Зачем Чжан Чэнго брал тебя с собой к проституткам? У тебя что, денег много? — подал голос Фань Цзе.
— В то время я играл в карты в интернете и кое-что выиграл. Поскольку сайт мне посоветовал он, мне приходилось проставляться, — ответил Сунь Цян. Однако именно из-за этих игорных сайтов он и докатился до такой жизни.
Слова Сунь Цяна в очередной раз изменили моё представление о Чжан Чэнго. Но что касается романа «Бездна», я был уверен, что ничего подобного там не читал. Тогда я спросил Сунь Цяна, какого объёма был тот вариант, что он видел. Сунь Цян ответил, что текст был очень длинным, примерно семьдесят-восемьдесят тысяч иероглифов. Мы посоветовались с Фань Цзе, и он решил отправить людей в кабинет Чжан Чэнго в отеле «Юэцзянъюань», чтобы забрать системный блок и выяснить, что же на самом деле написано в том романе.
— Ладно, теперь подробно расскажи о своих отношениях с Чжан Чэнго, с самого начала вашего знакомства, — Фань Цзе отправил полицейских в отель «Юэцзянъюань», а затем мы продолжили разговор с Сунь Цяном.
— Мы с капитаном Чжан сблизились примерно в две тысячи десятом году, до этого особо не общались, — Сунь Цян начал вспоминать историю их отношений.
Сунь Цян любил сидеть в интернете. В отеле «Юэцзянъюань» охранники работали по сменам, так же как и полицейские в участке Хэси. После работы или в выходные Сунь Цян ходил в интернет-кафе неподалёку от отеля. В марте две тысячи десятого года, сидя за компьютером, он столкнулся там с Чжан Чэнго. Раньше он уже несколько раз видел его в кафе, но тогда они лишь обменивались приветствиями и каждый занимался своим делом. Сунь Цян играл в «CrossFire», а Чжан Чэнго читал романы или смотрел фильмы.
Но та встреча в марте две тысячи десятого года, можно сказать, затянула Сунь Цяна в бездну.
— Он тогда играл в одну карточную игру и предложил мне тоже попробовать. Я не умел играть в карты, хотел в видеоигры, но он был начальником охраны, и я не посмел его обидеть, поэтому открыл страницу, как он и велел. В той игре нужно было ставить реальные деньги, поэтому Чжан Чэнго не только научил меня играть, но и закинул мне пятьдесят юаней, сказав, что если я буду играть с ним, то обязательно выиграю, — рассказывал Сунь Цян. В тот раз он просидел за картами с Чжан Чэнго всю ночь и, к своему удивлению, действительно выиграл. Вернув Чжан Чэнго те пятьдесят юаней, он остался с прибылью в двести с лишним.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
