Лу Суй слегка усмехнулся и, махнув рукой тыльной стороной ладони в сторону Лу Цинцин и У Манман, словно прогоняя щенков, жестом велел двум «помехам» поскорее уходить.
— Пойдём, — Лу Цинцин взяла У Манман за руку и повела её вниз по лестнице.
— Значит, всё обошлось? — всё ещё с беспокойством спросила У Манман.
— Должно быть, да, — ответила Лу Цинцин.
Не получив утвердительного ответа, У Манман никак не могла успокоиться. Сама-то она ладно — руки-ноги есть, с голоду не помрёт.
Но вся красота их семьи досталась ей одной, а с мужским полом был явный перебор. Если у её диди не останется денег, как же он в будущем найдёт себе жену?
— Да не переживай ты, — Лу Цинцин, заметив, что У Манман хочет вернуться, схватила её за руку. — Ты приносишь такую удачу моему младшему дяде, что, как только новости о сегодняшнем вечере разойдутся, никто больше и не посмеет беспокоить твою семью.
У Манман наконец немного успокоилась, выдохнула и с улыбкой произнесла:
— И не говори, сегодня всё было как-то странно. Раньше в картах мне всегда катастрофически не везло, и я думала, что сегодня мне точно конец. Кто бы мог представить, что я вытяну «девять десятитысячных»? — Это и впрямь было чертовски странно.
Видя, что на лице У Манман снова появилась улыбка, Лу Цинцин с воодушевлением подхватила:
— Значит, сегодня удача точно на твоей стороне! Пойдём, цзецзе устроит тебе игру, отведёшь душу. — С этими словами Лу Цинцин потянула У Манман за руку.
У Манман не сдвинулась с места. Она с некоторым сомнением посмотрела на Лу Цинцин. Честно говоря, сегодня та была к ней слишком добра.
Когда все остальные боялись и слова вымолвить, Лу Цинцин, у которой даже руки дрожали, всё равно вступилась за неё. А узнав, что её лишили карманных денег, она теперь всячески пыталась помочь ей их раздобыть.
Может, пироги и падают с неба, но уж точно не на голову У Манман.
— Цинцин, у тебя что-то случилось? Говори как есть, если я смогу чем-то помочь, я ни за что не откажу, — великодушно предложила У Манман.
Лу Цинцин замялась, открывая и закрывая рот, но в конце концов вымолвила:
— Помнишь, ты недавно выкладывала в ленте ту сумку от «Эрмес»?
У Манман сразу поняла, о чём речь. Ту сумку из особого материала она получила только через два года очереди, задействовав все свои связи. Однако это не казалось ей чем-то значимым.
— А я-то думала! — тут же отозвалась У Манман. — Ты мне так помогла, что для меня какая-то сумка? Завтра же тебе её пришлю.
Лу Цинцин промолчала.
— Или хочешь, прямо сейчас поедем ко мне, и я её отдам? — тут же поправилась У Манман. Она прекрасно понимала женскую страсть к сумкам: если уж появилась возможность её заполучить, ждать до утра невыносимо.
Лу Цинцин, улыбаясь, несколько раз кивнула.
Роскошное жильё У Манман выглядело как обитель истинной богатой красавицы.
Семь-восемь лет назад, когда в других районах жильё стоило всего несколько тысяч за квадратный метр, здешний застройщик внезапно выставил шокирующую цену в семьдесят тысяч.
Всех покупателей тогда называли набитыми дураками.
В то время а-де и а-нян У Манман только-только помирились, ещё не успели завести второго ребёнка и отчаянно пытались наладить отношения с единственной дочерью. Поэтому они готовы были прослыть хоть круглыми идиотами, лишь бы дочь была счастлива.
Сейчас, оглядываясь назад, можно сказать, что У Манман и впрямь повезло. Одной этой квартиры площадью триста квадратных метров, которая теперь стоила по двести тысяч за квадрат, вполне хватило бы на приданое.
Однако сейчас у У Манман не было ни малейшего желания приглашать Лу Цинцин осматривать жильё. Она повернулась к Лу Цинцин, припарковавшей машину у дома, и сказала:
— Подожди минутку, я поднимусь и вынесу её тебе.
— Можно мне воспользоваться твоей ванной? — неловко улыбнувшись, спросила Лу Цинцин.
Что У Манман оставалось сказать?
Как только Лу Цинцин переступила порог, она не смогла сдержать возгласа восхищения:
— Ого! О боже, ты что, перенеслась в прошлое? Здесь же можно сериалы об истории снимать!
Квартира У Манман была выдержана в чисто китайском, причём подлинном классическом стиле: узорчатые перегородки, ширмы, балдахины, Кровать лохань, полки для редкостей…
Даже унитаз в туалете был из сине-белого фарфора.
На полках для редкостей стояло множество керамических изделий: от копий печи Жу до изделий с росписью «фэньцай» и эмалью. Пользуясь служебным положением, У Манман заказывала эти реплики, стремясь максимально точно воссоздать атмосферу старины.
Чтобы ей было удобнее разыгрывать спектакли самой для себя.
Но именно поэтому она и не любила приглашать к себе гостей.
У Манман налила стакан воды вышедшей из ванной Лу Цинцин:
— Подожди немного, я схожу за сумкой.
Но Лу Цинцин не сиделось на месте, и она пошла следом за У Манман, разглядывая комнаты.
— Ты что, просто сваливаешь сумки в кучу? — Лу Цинцин глазам своим не поверила, когда У Манман привела её прямиком в кладовую.
Кладовая была заставлена стеллажами под старину, на которых громоздились сумки, обувные коробки и прочие вещи У Манман.
— Эти вещи не вписываются в интерьер, — объяснила У Манман, с трудом копаясь в горе сумок. — Места маловато, вот и приходится складывать всё здесь.
Наконец У Манман выудила из-под завалов ту самую сумку, которую ждала два года, и протянула её Лу Цинцин.
— И вот так ты обращаешься с моим сокровищем? — преувеличенно возмутилась Лу Цинцин.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
