Стоило голосу затихнуть, как раздался взрыв смеха.
В этом смехе не было злобы; казалось, они увидели нечто диковинное и просто выражали любопытство и удивление — так толпа глядит на двух собак, усевшихся за стол.
Мэн Хэцзэ от этого разозлился ещё сильнее.
Обернувшись на звук, он увидел под плакучими ивами у берега озера, в павильоне на воде1, группу девушек. Одни сидели, другие стояли, и все весело переговаривались. Их окружала толпа юношей в ярких одеждах: кто-то обмахивал их веером, кто-то подносил фрукты и сладости, и все они указывали пальцами на двух учеников внешнего круга.
Лицо Мэн Хэцзэ покраснело, кулаки сжались.
Сун Цяньцзи внезапно спросил:
— Что я только что говорил?
Мэн Хэцзэ глубоко вдохнул и медленно разжал кулаки:
— Прорыв близок, нужно избегать нетерпения и гнева.
— Если тебе трудно, лучше вернись, — посоветовал Сун Цяньцзи, желая ему добра.
Но в Мэн Хэцзэ, напротив, проснулся азарт, и он поклялся использовать этот случай, чтобы закалить самообладание.
Сун-шисюн умеет не позволять внешнему миру тревожить его, неужели я не смогу?
Двое пошли дальше и вскоре скрылись вдали.
А смех в павильоне на воде всё не смолкал.
Чэнь Хунчжу сидела спиной к озеру и не видела, что это были за ученики, поэтому, услышав их слова, лишь нахмурилась.
Если бы это сказал кто-то другой, слова могли показаться случайной шуткой, но говорившая сидела прямо перед ней с самодовольным видом, так и лучась торжеством. Это выглядело как скрытая насмешка над отсутствием дисциплины в секте Хуавэй и неумением держать в узде учеников внешнего круга.
Хотя домашнее уродство не стоило выставлять напоказ, другие секты, поселившись в Хуавэй, уже успели наслышаться о положении дел во внешнем круге.
Внешний круг секты Хуавэй славился своей непокорностью.
За одну и ту же грязную и тяжёлую работу здесь приходилось платить вдвое больше, прежде чем кто-то из учеников соглашался за неё взяться. У этих людей не было ни капли преданности секте; всё своё уважение и любовь они изливали лишь на одного человека.
Чэнь Хунчжу чувствовала досаду: она знала, кто был истинным виновником всех этих перемен.
И всё же она была совершенно бессильна.
Она сменила тему:
— Фэн Цзыи, ты говорила, что хочешь заключить пари. Так будем спорить или нет? Ты ведь не струсила?
Девушка, сидевшая напротив неё, была в пурпурном платье, с серебряным обручем с колокольчиками на шее, а в её волосах у виска красовался пышный цветок из яшмы.
Когда она смеялась, цветок в волосах дрожал, колокольчики нежно звенели, а сама она так и сияла красотой:
— Конечно, будем! Эта жемчужина — Жемчужина Царя Акул из Южного моря, она обладает чудесной силой раздвигать воду, рассекать волны и устрашать морских зверей. Мне она досталась лишь по счастливому стечению обстоятельств. Если сегодня в вашей секте Хуавэй найдётся умелец, пусть забирает её себе!
Она положила на яшмовый стол светлую бирюзовую жемчужину, внутри которой, казалось, перекатывались волны. От её сияния весь павильон на воде залило ярким светом.
— Я добавлю ставку ради своей шимей. В этот нефритовый кулон с узором облаков встроен небольшой защитный массив, способный выдержать один удар мастера на стадии Золотого ядра, — деланно скромно произнёс стоявший за её спиной юноша. — Вещь недорогая, так, на забаву почтенному собранию.
Вслед за ними и представители других сект начали выходить вперёд:
— Я тоже внесу вклад.
— Тогда и я выставлю напоказ своё убожество.
Всего через мгновение яшмовый стол был завален всевозможными магическими артефактами и редкими сокровищами — не только ценными и полезными, но и изысканно красивыми.
Секта Хуавэй безраздельно властвовала на континенте Тяньси, и с виду её величие казалось безграничным, однако Тяньси был самым маленьким из четырёх великих континентов с самым скудным запасом духовной энергии.
На трёх других континентах процветали такие первоклассные секты, как Академия Циняй, монастырь Хунъе, школа Сяньинь, обитель Цзыюнь, секта Даянь и многие другие, а также многочисленные кланы заклинателей — такие как Чжао, Лю, Вэй и Фэн — чьи корни уходили глубоко, а листья были обильны.
На чью бы долю ни выпало принимать у себя Собрание Дэнвэнь, хозяевам неизменно приходилось проходить через некие испытания.
Ещё до начала съезда молодое поколение под предлогом совместных развлечений затевало тайное соперничество, меряясь как богатством, так и талантами.
- Павильон на воде (水榭, shuǐxiè) — тип традиционной китайской постройки, возведённой на сваях над поверхностью водоёма или на самом его краю. ↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
