Если бы это делал не Сун Цяньцзи, то он бы просто счел, что у человека не все в порядке с головой.
Но теперь он приподнял полы халата и сел, скрестив ноги, у шезлонга, прислушиваясь к ритму чужого дыхания.
Ночь становилась все глубже, а ветер — сильнее; он развевал стянутый на затылке высокий хвост, и пряди волос, касаясь щек, вызывали легкий зуд.
Он услышал, как Сун Цяньцзи произнес:
— Любой совершенствующийся в момент прорыва получает возможность вступить в диалог с Небом и Землей. При переходе от стадии Очищения Ци к Возведению Основания это тоже возможно, но времени слишком мало — всего лишь одна десятимиллионная доля мгновения1.
Незаметно для себя Мэн Хэцзэ поддался ритму дыхания человека рядом, погрузился в медитативное сосредоточение и забыл, где находится.
Он почувствовал, как замедлился бег крови в его жилах. Духовная энергия текла по меридианам, подобно разлившимся рекам, отчего в каналах ощущалась распирающая боль.
Его духовное сознание устремилось в Пурпурный чертог; окруженное сотнями потоков, оно, казалось, задыхалось. Будто его заперли в комнате без окон — было невыносимо душно и тесно.
«Чего ты желаешь?» — внезапно прозвучал чей-то голос.
Слишком душно. Я жадно хватал ртом воздух, я кричал во весь голос.
Я хочу дождя! Настоящего, вольного и очищающего ливня!
По земле пронесся сильный ветер, в ночном небе сгустились тяжелые тучи, скрыв лунный свет. В маленьком дворике зашуршали, кружась, цветы и листья; изгородь закачалась со скрипом, но устояла.
Сверкнула молния. Мэн Хэцзэ почувствовал, что рядом кто-то есть; этот некто слегка подтолкнул его в плечо:
— Ступай.
В тот же миг хлынула бушующая духовная энергия Неба и Земли. Она закружилась почти невидимым вихрем и влилась в его макушку, омывая и расширяя каждый меридиан. Сокрушая преграды, подобно горному потоку, она стремительно неслась вперед, пока не впала в Пурпурный чертог.
Бум!
В небе громыхнул гром!
Мэн Хэцзэ резко открыл глаза.
Он коснулся холодных капель на щеке, пребывая в некотором оцепенении. Он вернулся в мир людей.
Что это падает? Он увидел, как с небес спускаются мириады серебряных нитей. Разлетаясь по ветру, они укрывали траву и цветы, окутывали дворик, обволакивали все сущее.
Что это за звуки? Бесчисленные капли воды прыгали по лепесткам и листьям — частая, звонкая дробь. Разбиваясь о кирпич и черепицу стен, они отдавались иным, глухим эхом.
Он вдруг перестал узнавать окружающий пейзаж.
— Пошел дождь, — раздался над головой знакомый голос.
Дождь? Верно, это дождь!
Мэн Хэцзэ вскрикнул и подскочил на месте, словно новорожденный, впервые увидевший и ощутивший стихию. Он раскрыл ладони навстречу водяной завесе и закричал:
— Сун-шисюн, и правда пошел дождь!
Он совсем забыл, что только что совершил прорыв.
— М-м. Возвращайся, — Сун Цяньцзи поднялся, он был в прекрасном расположении духа.
Дождь — это жизненная сила, пришедшая из-за пределов небес. Весенний ливень принес жизнь тысячам созданий. Не только Мэн Хэцзэ достиг прорыва; сам Сун Цяньцзи также очистил все ключевые узлы в теле, и в его голове окончательно сложился замысел созданной им техники.
Какое же имя дать этой технике? Пусть зовется «Радость весеннего дождя в ночи». Река уходит на восток, а дождь всю ночь был благодатным.
На рассвете Сун Цяньцзи вышел из домика, слегка щурясь от чистого солнечного света. Утреннее солнце пробилось сквозь облака. Лепестки глицинии усыпали землю, но распустились новые цветы. Весь сад был в цвету.
Овощи блестели в лучах света, покрытые хрустальными каплями, и Сун Цяньцзи с удовольствием прошелся между грядками. Цветы баклажанов распускались несмело; лишь отодвинув листья, он увидел стыдливо прячущиеся фиолетовые бутоны — под порывами утреннего ветра они лишь ниже склоняли головы.
- Мгновение (刹那, chànà) — буддийский термин, обозначающий кратчайший миг времени, одну семьдесят пятую часть секунды. ↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
