Сун-сяньгуань пригласил из соседнего уезда Хунфу искусного в водном деле мастера, способного ускорить строительство каналов во всем Цяньцюе и сделать речную воду прозрачнее.
Эта весть быстро разнеслась по Цяньцюю, и когда Те Саньню прибыл к берегу реки, все уже прекратили работу и ждали его.
Группа четверых, доставлявших кур, первой начала хлопать, и над обоими берегами раздались аплодисменты, достигавшие летящих в небе облаков1.
Те Саньню был сильно поражен:
— Это?..
Мастер земледелия Лю с улыбкой сказал:
— Все прослышали, что ты готов оставить богатую жизнь в уезде Хунфу и приехать в наш уезд Цяньцюй, чтобы поддержать нас в строительстве каналов. Все очень рады тебе.
— Мне неловко, на самом деле жизнь там вовсе не была богатой… — Те Саньню смутился, но был еще больше тронут. — Люди в Цяньцюе по-настоящему радушны!
Такую картину, когда люди трудятся с единым сердцем и общими усилиями ради одного дела, когда каждый преисполнен воодушевления, он никогда не видел в уезде Хунфу.
Те Саньню невольно гадал: почему в таком бедном месте люди могут быть столь счастливы?
Прошло всего полдня, но чем больше он видел, тем больше в его сердце рождалось сомнений. Хотя работы на реке велись спешно, не было видно ни плетей, ни палок. Если кто-то уставал или чувствовал голод, он мог в любой момент пойти в соломенный навес, чтобы выпить холодного чая или отвара из копченой сливы. При таких вольных правилах на удивление никто не отлынивал, не халтурил и не хитрил. Все по доброй воле трудились лопатами под палящим солнцем.
Когда наступило время обеда, подали дымящуюся мясную похлебку, тушеные овощи и белые маньтоу вдоволь — кормили даже лучше, чем зажиточных крестьян в уезде Хунфу.
Те Саньню, держа чашку с мясной похлебкой, заговорил с соседом:
— Ты работаешь, не разгибая спины, разве не устаешь?
— Не устаю. Если удастся получить звание «Первопроходец канала» и вернуться в деревню с двумя рулонами шелка, это принесет свет на имена предков, и вся семья будет счастлива.
Те Саньню опешил. Он знал, что Сун-сяньгуань привез из уезда Хунфу партию шелка. Оказалось, это не для личного пользования, а для раздачи рабочим на реке.
— А что такое «Первопроходец канала»?
— Это медаль, почет, — добродушно улыбнулся сосед. — Человеку за всю жизнь нужно иметь хоть какое-то стремление, нельзя ведь только есть, работать и спать. Раньше времена были тяжелые, жили как в тумане, а теперь, когда сыты, о чем еще просить?
Те Саньню откусил маньтоу и, медленно разжевывая, осознал: Цяньцюй совсем не такой, каким он его себе представлял. Даже у простых рабочих на реке есть возвышенные цели.
— Те, кто применяет техники для охлаждения воздуха, должно быть, бессмертные наставники с высоким уровнем совершенствования. Неужели они тоже приходят на реку? — шепотом спросил он мастера земледелия Лю, боясь проявить неучтивость.
— Конечно. Не только наставники помогают на реке, но и сам Сун-сяньгуань лично спускается в поле пахать.
Те Саньню был потрясен:
— Сяньгуань работает в поле?!
— Верно. Сун-сяньгуань любит вспахивать землю плугом с изогнутым дышлом, любит высаживать рассаду. Побеги он сажает ровными рядами, расстояние между ними одинаковое, точнее, чем если мерить линейкой. Когда он занимается земледелием, он столь прилежен и внимателен, что может пахать пять шичэней без отдыха. Если заговоришь с ним в это время, он тебя даже не услышит.
- Достигали летящих в небе облаков (响彻行云, xiǎng chè xíng yún) — китайское образное выражение, описывающее звуки необычайной силы и чистоты. ↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
