Тысячи огромных волн разошлись к обоим берегам.
— Грохот!
Огромный цзяо1 яростно вырвался из воды!
Голова цзяо была подобна горе, а зрачки — огню. Его тело накрыло речную гладь шириной в сотню чжан.
— Р-р-а-а!
Огромный цзяо закинул голову и яростно взревел!
Он открыл глаза, но внезапно столкнулся с тысячами пар горящих глаз.
Они казались еще более голодными и жадными, чем он сам.
В диких полях небеса и земля сливались в бескрайней дымке.
У Сян уже получил два удара мечом: один в плечо, другой в живот. Кровь неистово хлестала из ран, вид его был жалок.
— Сун Цяньцзи, ты… ты…
Он собственными ушами слышал, как Сун Цяньцзи распоряжался силами и выстраивал каждый шаг, и выражение сострадания на его лице сменилось ошеломлением.
Доносившиеся с берега вопли боли в какой-то момент превратились в ликующие крики.
Сун Цяньцзи не стал ничего объяснять. Большинство убийц в этом мире погибают из-за собственной болтливости, и он не собирался совершать подобную классическую ошибку.
Лишь вонзив последний клинок и почувствовав, как жизнь противника постепенно угасает, он медленно сорвал талисман усиления голоса и заговорил:
— Давно я этим не занимался, руки немного отвыкли.
И правда, слишком давно.
Для него нынешняя ночь была не выбором между «убить одного» или «спасти десять тысяч».
А выбором между «уйти» или «остаться».
Убив этого человека и исполнив поручение Сянь Цзяньчэня, он смог бы вернуться в обитель Сун и зажить спокойной жизнью, возделывая землю и выращивая цветы, и никто бы не узнал, что он когда-либо посещал тайное царство.
Если же он отпустит его и отправится убивать цзяо на Красной реке, то окончательно погрязнет в кровавых бурях Долины Сюэхэ. Упусти он этот шанс, и раны врага постепенно затянутся, а при следующей встрече убить его будет куда труднее.
То, что в конце он применил переданный ему Ци Гуем строй погубления драконов, означало официальное принятие этого наследия.
Он уклонился от выбора, предложенного У Сяном, но не стал бежать от выбора собственного сердца.
Сун Цяньцзи убрал меч, вытер кровь и легким движением вернул его в ножны:
— Ты думал, я стану назидательно увещевать их или отправлю Мэн Хэцзэ и Цзи Чэня спасать людей?
У Сян открыл рот, из которого хлынула кровь, и прохрипел:
— Верно… Чтобы одерживать победы за тысячи ли и управлять ситуацией, нужны лишь выгода и страх. Я давно знал, что ты не из мягкосердечных, но не ожидал, что ты…
Сун Цяньцзи цыкнул и негромко пробормотал под нос:
— Никто этого не хотел, и я в том числе. Если и винить кого, так только этого негодяя Сянь Цзяньчэня.
Свет в глазах У Сяна постепенно мерк, словно затухающая свеча.
Глядя на его плачевное состояние, Сун Цяньцзи вспомнил, как в прошлой жизни этот человек говорил ему: «созидать труднее, чем разрушать, а спасти одного — труднее, чем одного убить». Посчитав это крайне нелепым, он слегка наклонился и протянул руку.
Внезапно на губах противника мелькнула странная улыбка, а голос стал едва различимым:
— Ты подходишь куда лучше, чем я воображал…
Не успел он договорить, как дыхание его пресеклось.
Подхожу для чего?!
В груди Сун Цяньцзи что-то дрогнуло; он опустил ладонь и осторожно прикрыл его веки.
- Цзяо (蛟, jiāo) — чешуйчатое существо из китайской мифологии, подобное дракону, обитающее в реках и способное вызывать наводнения. ↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
