Сун Цяньцзи словно не слышал и продолжал идти вперед.
— Похоже, это место, полное темных искусств, приготовлено специально для собрата по Пути Сун, — Цзы Мо в раздражении взмахнул рукавом. — Если собрат по Пути Сун так настаивает, пусть идет один!
Учёный из Цинъя с переменчивым выражением лица проводил взглядом Сун Цяньцзи, входящего в «Пещеру переплетенных нитей оборотней»1.
В пещере было холодно, но повсюду стояли горшки с распустившимися цветами, чей аромат наполнял воздух.
Запах должен был быть прохладным, но от него всё тело бросало в жар.
Женщины-культиваторы выстроились в два ряда, все в алых газовых платьях. Наконец, плавной, изящной походкой вышла красавица, затмевавшая собой цветы, и мягко улыбнулась:
— Вы ведь собрат по Пути Сун?
— Приветствую, Чжанмэнь Хуа.
— Ты меня узнал? Ну конечно, это те твердолобые книжники из Цинъя наговорили тебе про нас гадостей. — Взгляд Чжанмэнь Хуа так и искрился.
Но Сун Цяньцзи, обменявшись приветствиями, лишь наклонился, чтобы рассмотреть румяно-красные пионы.
Лепестки теснились друг к другу, нежно-желтые тычинки выглядели ярко и свежо, а капли холодной росы придавали им особенно трогательный вид.
Женщины-культиваторы уставились на него, и в их глазах постепенно отразилось недоумение.
— Тебе не кажется это место странным? — шепотом спросил кто-то.
— И правда странно. Что это за сорт пионов? — изумился Сун Цяньцзи. — Такие морозостойкие, поразительно.
В прошлой жизни он тоже сталкивался с этими людьми, но никогда не посещал их обитель и не видел этих цветов.
Впрочем, даже если бы увидел, то в те времена цветы вызвали бы у него лишь враждебность, и ему было бы совсем не до любования ими.
Чжанмэнь Хуа поначалу злилась, но увидев, что он расслаблен, а его нож Сюэжэнь мирно покачивается на поясе, поняла, что его удивление не было притворным.
— Наша школа Хуаси расположена на берегу Цветочного ручья, где всё усыпано цветами, так что мы, разумеется, любим их и украшаем ими себя. При посадке мы используем нашу тайную технику «Великий метод Инь-Ян, чарующий душу», потому они и цветут так пышно. Что в этом необычного?
Она пристально смотрела на него, намеренно упомянув название техники.
— Так вот в чем причина, — Сун Цяньцзи присел пониже, пробормотав: — Окрас и форма этих цветов великолепны, редкая удача их увидеть.
Женщины-культиваторы зашумели.
Этот человек подошел так близко, позволил аромату цветов полностью окутать себя, не выставив никакой защиты, но взгляд его оставался ясным, лишенным и тени порочных мыслей.
— Жаль, что большинство считает эту красоту вульгарной и соблазнительной, мол, ей далеко до благородства сосен и бамбука или чистоты сливы мэйхуа и орхидей, — Чжанмэнь Хуа бросила взгляд в сторону школы Сяньинь.
Сравнивая людей с цветами, она метила в конкретную цель.
Однако Сун Цяньцзи был поглощен созерцанием:
— Все растения в этом мире рождены небом и вскормлены землей, они — творение самой природы. К чему делить их на высокие и низкие, благородные и презренные?
Это как с его весенней капустой: сортов много, и различаются они лишь тем, растут ли быстро или медленно. Разве не смешно пытаться определить, какой сорт выглядит «вульгарно», а какой — «изящно»?
Чжанмэнь Хуа на мгновение замерла, а затем резко взмахнула рукавом.
Увидев этот знак, женщины-культиваторы одновременно прекратили действие техники, и густой аромат мгновенно развеялся.
— Собрат по Пути Сун, ты прав! Будь в этом проклятом месте вино, я бы непременно выпила с тобой пару чарок!
— Я не пью вина. Могу ли я взять один цветок? — спросил Сун Цяньцзи.
— Всего лишь один цветок? Если он приглянулся собрату по Пути, бери любой. Наша школа Хуаси не настолько скупа.
Сун Цяньцзи достал нефритовую шкатулку, сорвал цветок и осторожно уложил его внутрь.
Женщины-культиваторы, прикрывая рты ладонями, тихо рассмеялись.
— Кто бы мог подумать, что он такой простак.
- Пещера переплетенных нитей (盘丝洞, pánsīdòng) — логово паучих-оборотней из классического романа «Путешествие на Запад». ↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
