Вознесение солёной рыбы — Глава 809. Экстра 2. О, весенние цветы, осенняя луна… когда же вы закончитесь. Часть 2

Время на прочтение: 3 минут(ы)

Он приветливо и громко рассмеялся. Увидев это, представители других великих семей и сект наперебой принялись восхвалять Сянь Цзяньчэня за его возросшее мастерство и прекрасную невесту.

Сянь Цзяньчэнь небрежно бросил пару слов в ответ и окинул взглядом присутствующих:

— Где Сянь Цзе?

Три дня назад Сянь Цзяньчэнь получил приглашение.

Сянь Цзе, которого сто лет назад он сам отправил в башню подавления демонов в храме Хунъе для искупления грехов чтением сутр, достиг просветления и приглашал его встретиться в секте Хуавэй.

«Братья были в разлуке сотню лет, и при встрече нам следовало бы выпить вина, однако храм — место чистое и уединённое, там это неудобно, а потому я устроил пир в секте Хуавэй. Весна на горе Хуавэй прекрасна, именно здесь начался наш путь к бессмертию. Жду тебя, брат, за столом с изысканными яствами и добрым вином, чтобы вместе предаться воспоминаниям о прошлом».

Сянь Цзяньчэнь не совсем понимал этот порыв.

Хотя гора Хуавэй и была местом, где они начали обучение, воспоминания о ней приносили больше горечи, чем радости. Неужели Сянь Цзе захотел вспомнить о былых невзгодах, чтобы лучше оценить нынешнее счастье1?

К чему созывать столько свидетелей для воссоединения братьев?

Но он действительно хотел увидеть Сянь Цзе.

И потому пришёл.

— Брат-гэгэ. Давно не виделись.

Сянь Цзяньчэнь обернулся на голос и слегка замер.

Пришедший был облачён в простую монашескую мантию. Кроткий вид, чистый взор, сдержанность в каждом движении — он походил на юношу, который отбросил всё суетное и не запятнал себя мирской пылью.

Неужели это Сянь Цзе?

Он почти не узнавал его.

Даосский мастер Пин Юань с улыбкой произнёс:

— Вы, братья, были разлучены на целое столетие и сегодня наконец воссоединились в зале Цянькунь. Это радостное событие для секты Хуавэй и великое благо для всего мира совершенствующихся!

Судя по его словам, Сянь Цзе никогда не томился в заточении в храме Хунъе, а Сянь Цзяньчэнь не покидал секту, пойдя против правил. Казалось, братья просто надолго уезжали и теперь с почётом вернулись в родные края.

Сянь Цзяньчэнь похлопал Сянь Цзе по плечу, но строго промолвил:

— Раз мир совершенствующихся готов дать тебе ещё один шанс, позволив встать на путь истинный и начать новую жизнь, я не стану поминать старое. Впредь будь всегда настороже: если снова оступишься, я уже не смогу тебя спасти.

Улыбки застыли на лицах присутствующих, атмосфера в зале стала ещё более странной.

Сянь Цзе склонил голову:

— Я понимаю.

Сянь Цзяньчэнь хотел было расспросить, как тот жил в храме Хунъе, нашёл ли друзей и не обижал ли его кто, но под пристальными взглядами толпы почувствовал неловкость.

Ладно, впереди ещё много времени.

— Подойди, познакомься со своей невесткой, — Сянь Цзяньчэнь слегка кашлянул и незаметно сжал руку стоявшей рядом девушки.

— Все эти годы твой младший брат тратил жизнь впустую, ты же, брат-сюнчжан, успел обзавестись семьёй и достичь успеха, — Сянь Цзе с улыбкой поклонился. — Приветствую, невестка.

Юэ-нян показалось, что юноша говорит как-то странно, но она не могла понять, что именно не так, поэтому лишь сдержанно кивнула в ответ и промолчала.

Почётные гости заняли свои места, и пышное пиршество наконец началось.

Трижды прогрохотали барабаны, зазвучали цинь, сэ и пипа.

Мелодия лилась плавно и торжественно. В зал вошли танцовщицы в тяжёлых церемониальных одеждах; их позы были полны достоинства, а движения — безупречно слаженны.

Из их широких развевающихся рукавов вылетали крупицы золотого света, превращаясь в порхающих сияющих бабочек.

Вместе с нарастающим темпом музыки шаги танцовщиц становились всё быстрее. Золотые бабочки собрались в журавлей, а те обернулись фениксами.

В зале Цянькунь мелькали рукава и кружились подолы юбок; свет и тени переплетались, являя взорам сменяющие друг друга образы священных зверей.

Юэ-нян смотрела на всё это с любопытством и не переставала восхищаться:

— Оказывается, и в вашем мире бессмертных устраивают такие представления.

Сянь Цзяньчэнь наклонился к ней и прошептал:

— Должно быть, хозяева постарались. Я и сам вижу такое впервые.

Даосский мастер Пин Юань махнул рукой, и стоявшие за его спиной двое старейшин поднесли Сянь Цзяньчэню кисть и тушь:

— В столь прекрасный час просим бога меча оставить памятную надпись в честь сегодняшнего торжества.

Сянь Цзяньчэнь покачал головой:

— Ни к чему это.


  1. Вспоминать о былых невзгодах, чтобы лучше оценить нынешнее счастье (忆苦思甜, yì kǔ sī tián) — китайская идиома, означающая сравнение горького прошлого со сладким настоящим для укрепления духа. ↩︎

Добавить в закладки (0)
Please login to bookmark Close

Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.

Подписаться
Уведомить о
0 комментариев
Старые
Новые Популярные
Межтекстовые Отзывы
Посмотреть все комментарии
Закрыть
Asian Webnovels © Copyright 2023-2026
Закрыть

Вы не можете скопировать содержимое этой страницы