В одном тайном дворце Наньчжао мраморные полы и колонны были украшены изысканными узорами. Изящная золотая утварь и украшения, инкрустированные разноцветными драгоценными камнями, а также бесчисленные жемчужины ночного сияния заменяли свет свечей. Слой за слоем вился, ценнейший в Наньчжао, лотосовый флёр. За газовой завесой неподвижно сидел мужчина в белых одеждах, чей облик был благороден и отрешён от мирской суеты. В мягком сиянии жемчужин ночного сияния его безупречный профиль излучал слабое свечение, отчего он сам казался ещё более тихим и безмятежным.
Тяжёлая каменная дверь отворилась снаружи, и внутрь медленно вошла стройная женщина с изящной фигурой. В отличие от традиционных нарядов Наньчжао, на ней было просторное ярко-жёлтое верхнее платье с вышитым узором феникса, подол которого волочился по полу. Её иссиня-чёрные волосы были небрежно уложены и украшены великолепными изделиями из самоцветов, а лицо полностью скрывала изысканная золотая маска. Искусная маска несла в себе странное очарование, отчего глаза в её прорезях казались ещё более пленительными. Женщина грациозно приблизилась и, глядя на мужчину в белом, негромко рассмеялась.
— Цинчэнь-гунцзы, неужели вы и правда не хотите взглянуть на меня? Стоит вам лишь кивнуть, и я сниму маску, чтобы вы увидели моё лицо.
Сюй Цинчэнь отложил свиток, который держал в руках, и с легким вздохом поднял голову.
— Вы… прекраснее ли тех, кто был запечатлён на свитках «Красавицы Чу» в те годы?
Это был, кажется, первый раз, когда Сюй Цинчэнь отреагировал на подобный вопрос, и женщина была несколько удивлена.
— Вам нравятся женщины Великого Чу? Я тоже слышала о «Красавицах Чу», какая из них вам милее? Неужели та Су Цзуйдие, которую величали первой красавицей Великого Чу? Но она, кажется, уже мертва?
Сюй Цинчэнь спокойно улыбнулся.
— Су Цзуйдие… и впрямь, была недурна собой. Если вы не краше неё, то и смотреть незачем.
— Вы! — в глазах женщины промелькнула ярость, но она быстро успокоилась и усмехнулась. — Цинчэнь-гунцзы, вы слишком уж придирчивы. Насколько мне известно, ваша маленькая невеста и вправду мила, но… кажется, она всё же далека от совершенной красоты.
Сюй Цинчэнь опустил веки, скрывая странный блеск в глазах. Женщина же приняла это за молчаливое согласие и хмыкнула.
— К слову сказать, эта Чу-сяоцзе питает к вам поистине глубокие чувства, раз отважилась проделать путь в тысячи ли до самого Наньчжао всего с одним шивэем. В этом отношении Чу-сяоцзе совсем не похожа на женщин Срединных равнин.
— Где она? — спросил Сюй Цинчэнь.
— О, вчера она с большим шумом ворвалась во дворец нашей наследной принцессы Гунчжу Аньси. Раз Гунчжу Аньси и вы добрые друзья, полагаю, она примет невесту гунцзы со всем гостеприимством, — женщина прикрыла рот рукой, смеясь. — Цинчэнь-гунцзы, неужели вы действительно не обдумаете моё предложение? Когда дело будет кончено… мы с вами сможем вместе владеть Поднебесной.
Лицо Сюй Цинчэня оставалось бесстрастным, он тихо произнёс.
— Если я не ошибаюсь, три года назад вы, гунян, давали такое же обещание Ли-вану Великого Чу.
Женщина пренебрежительно взмахнула рукавом и рассмеялась.
— Мо Цзинли? Как его можно сравнивать с вами, гунцзы? Нет… я верю, что в этой Поднебесной, кроме Дин-вана, никто не может сравниться с вами. Жаль только… Дин-ван уже повержен, и именно вы, гунцзы, самый совершенный мужчина в этом мире, и только вы мне подходите.
Сюй Цинчэнь покачал головой.
— Мне крайне жаль. Семейные правила Сюй гласят, брать жену за добродетель1. Потомки семьи Сюй не должны домогаться красоты, богатства или власти. Мне в этой жизни достаточно одной женщины. Гунян, вам нет смысла и дальше держать меня взаперти. Столица Наньчжао невелика, и то, что меня здесь найдут, лишь вопрос времени.
Женщина прислонилась к мраморной колонне, заливаясь смехом.
— Неужели вы не боитесь, что я убью вас? За эти полгода вы дали Аньси столько дурных советов, во скольких делах мне помешали! Разве вы не любите женщин Срединных равнин? Неужели я меньше похожа на них, чем Аньси?
Сюй Цинчэнь снова покачал головой и, вернувшись к чтению, промолвил.
— Если бы вы хотели убить меня, то давно бы уже сделали это, к тому же… какая вам выгода от моей смерти?
— Верно, — женщина тяжело вздохнула. — Ваша смерть принесёт слишком много хлопот. Семья Сюй из Срединных равнин, а возможно, и Дин ван-фу, все они станут искать со мной счёты. Да и наша наследная принцесса наверняка полезет в драку не на жизнь, а на смерть. Но… хи-хи, пусть я не могу убить вас, но зато я могу держать вас здесь. Так вы не сможете мне мешать. А без ваших помех не пройдёт и много времени, как эта высокомерная и ненавистная женщина Аньси умрёт позорной смертью. И ваша прелестная невеста, разумеется, тоже.
— Не смейте трогать её! — Сюй Цинчэнь словно пришёл в ярость, его голос прозвучал холодной угрозой.
— О? Она вам и впрямь дорога? — женщина с любопытством посмотрела на него. — Как вам может нравиться эта девчонка, которая с виду ещё даже не выросла?
Сюй Цинчэнь холодно ответил.
— Пока она моя невеста, она будет мне дорога.
Женщина уставилась на него.
— То есть вы хотите сказать, что каким бы человеком она ни была, вы будете заботиться о ней только потому, что она ваша невеста?
Сюй Цинчэнь улыбнулся.
— Разве это не естественно? Раз она моя будущая жена, о ком же мне ещё заботиться, если не о ней?
— Вы… Хорошо, я как раз и собираюсь её тронуть, вот увидите! — холодно бросила женщина.
Она гневно сверкнула глазами на Сюй Цинчэня и, взмахнув рукавом, ушла.
Услышав звук захлопывающейся тяжёлой каменной двери, Сюй Цинчэнь медленно отложил свиток. Его ясные глаза слегка прикрылись.
— Невеста… Чу-сяоцзе… Ли-эр?..
Глубокая ночь. Во дворце гунчжу Аньси царила тишина. Лишь в кабинете тускло горел свет. На лице гунчжу Аньси, обладавшем утончённой и мужественной красотой, читалась усталость. Она слегка нахмурила красивые брови, глядя на человека перед собой.
— От Цинчэня по-прежнему нет вестей?
Мужчина покачал головой и глухо ответил.
— Нет.
Гунчжу Аньси в некотором беспокойстве произнесла.
— Как же так? Неужели она всё ещё не верит, что мы действительно считаем Цинчэня пропавшим?
Мужчина кивнул.
— Вполне возможно. Хотя мы повсюду разослали людей на поиски Цинчэнь-гунцзы, она всё ещё может полагать, будто мы сговорились с ним и просто разыгрываем спектакль перед ней.
— Надеюсь, с Цинчэнем всё будет хорошо, — гунчжу Аньси устало прикрыла глаза и потёрла ноющий лоб. — Мы приложили столько усилий, чтобы положение наконец начало улучшаться. Если сейчас всё пойдёт прахом, боюсь… что касается отца-правителя…
Мужчина нахмурился.
— Ван-шан2 по-прежнему не доверяет принцессе?
Гунчжу Аньси горько усмехнулась.
— Отцу-правителю едва исполнилось сорок, он в самом расцвете сил. Даже если он нам верит, он не станет оказывать поддержку. Ему нужно, чтобы существовала иная сила, способная подавлять меня как наследную принцессу.
Если бы отец-правитель не покровительствовал ей втайне, разве могли бы они за эти полгода терпеть поражение за поражением? Каждый раз, когда они вот-вот готовы были схватить ту женщину за хвост, ей удавалось ускользнуть.
— Теперь даже бинфу3 в её руках. Если не вернём его, всё, что мы делаем, будет бесполезно.
Гунчжу Аньси действительно не понимала, почему всегда мудрый отец-правитель так упорно защищает ту женщину. Но, она не могла безучастно смотреть, как та замышляет недоброе против Наньчжао. В этом заключался её долг как принцессы Наньчжао и наследницы престола.
— Можно ли разузнать, где сейчас находится Цинчэнь-гунцзы? — спросила гунчжу Аньси. — Если дело совсем плохо, попросим Цинчэня сначала отступить. Это внутреннее дело Наньчжао, нельзя втягивать его в это.
Мужчина покачал головой.
— Боюсь, это невозможно. Хотя мы время от времени получаем весточки от Цинчэнь-гунцзы, это он посылает людей связаться с нами. Мы совершенно не можем определить, где именно он находится.
— Проклятье! — тихо выругалась гунчжу Аньси.
— Убийца! — раздался крик за пределами двора.
Принцесса Аньси резко поднялась. Мужчина, находившийся рядом с ней, тут же выхватил висевший при нем нож и распахнул дверь, но вскоре вернулся и, нахмурившись, произнес.
— Они направились к гостевому двору.
— В гостевом дворе только Сяоцзе Чу, зачем убийцам она? — сказала принцесса Аньси. — Скорее, идемте посмотрим.
Договорив, она первой вышла из комнаты и поспешила в сторону гостевого двора. Мужчина быстро закрыл дверь и последовал за ней.
В углу кабинета, где вновь воцарилась тишина, слегка дрогнуло окно, а затем кто-то толкнул его, и внутрь стремительно запрыгнула фигура в черном. Из-под черной маски виднелись ясные и прекрасные глаза. Человек в черном быстро подошел к письменному столу и принялся просматривать лежащие на нем свитки. Не найдя ничего после первого осмотра, он начал искать на книжных полках за спиной. В кабинете принцессы Аньси было немного книг, в основном это были различные официальные документы и свитки, причем большая их часть на языке Наньчжао. Потратив немало времени, человек в черном заметил свиток, спрятанный в самом неприметном углу полки. Его внимание привлек не сам свиток, а то, что на печати был оттиск в форме подсолнуха.
В глазах человека в черном промелькнул блеск, в пальцах появилось тонкое лезвие, которым он быстро вскрыл запечатанный свиток. Взором охватывая по десять строк за раз4, он пробежал по тексту, в ясных глазах отразилась легкая улыбка. Вновь запечатав свиток и вернув в кабинете все на свои места, он выпрыгнул в окно.
Когда гунчжу Аньси вместе со стражниками прибыла в гостевой двор, Ань-эр немедленно преградил им путь у входа. С суровым лицом он окинул взглядом собравшихся.
— Гунчжу, что привело вас в столь поздний час?
— Только что в гостевой двор ворвался убийца. Все ли в порядке с Сяоцзе Чу? — спросила гунчжу Аньси.
— Убийца? — нахмурился Ань-эр. — Ваш покорный слуга всю ночь сторожил снаружи, никто сюда не входил.
Гунчжу Аньси на мгновение замерла. Стражники в ее поместье ни за что не стали бы лгать. К тому же она сама только что издалека видела несколько черных теней, проникших в гостевой двор. Почему же стражник этой сяоцзе Чу так упорно все отрицает?
— Стражник Линь, Сяоцзе Чу, невеста Цинчэнь-гунцзы. Если с ней что-то случится, мне будет трудно объясниться перед Цинчэнь-гунцзы. Неужели в гостевой двор действительно никто не входил?
Лицо Ань-эр помрачнело, и он холодно ответил.
— Когда снаружи поднялся шум, несколько теней действительно приблизились, но их спугнуло мое тайное оружие5, при этом кто-то из них наверняка был ранен. Однако в гостевой двор они точно не входили. Честное имя сяоцзе превыше всего, поэтому прошу гунчжу выбирать слова.
Глядя на угрюмое и серьезное лицо Ань-эра, гунчжу Аньси начала понимать, почему этот стражник так настойчиво утверждает, что убийцы не входили. Женщины Срединной равнины действительно относятся к вопросам репутации гораздо строже, чем в Наньчжао.
— Прошу прощения, стражник Линь. Это были необдуманные слова, — она взмахнула рукой, приказывая стражникам отступить и продолжить поиски убийцы, а затем снова обратилась к Ань-эру. — Не напугал ли этот шум Сяоцзе Чу? Почему она до сих пор не вышла?
— Сяоцзе живет во внутреннем покое, возможно, она не слышала шума снаружи, — безучастно ответил Ань-эр.
Гунчжу Аньси нахмурилась.
— Раз стражнику Линю это неудобно, я сама навещу Сяоцзе Чу. Будет плохо, если она напугана…
— Нет…
— Гунчжу-цзецзе, что-то случилось? — прежде чем Ань-эр успел возразить, со стороны входа раздался голос Е Ли
На плечи Е Ли была наброшена просторная накидка, волосы рассыпались по плечам, а во взгляде еще читались легкая сонливость и недоумение. Рядом с ней стояла служанка с фонарем, которую прислала гунчжу Аньси.
— Ничего особенного, — улыбнулась гунчжу Аньси. — Сюда пробрались мелкие воришки, они тебя не напугали?
Е Ли склонила голову набок, ее улыбка была спокойной и прелестной.
— Я не боюсь, ведь боевые искусства Линь Ханя очень высокого уровня. Весь этот путь он защищал меня. Линь Хань, верно?
— Верно, Сяоцзе может не беспокоиться, — почтительно склонил голову Ань-эр. — Убийца не смог войти, он уже прогнан вашим подчиненным.
Гунчжу Аньси внимательно посмотрела на Е Ли и, не заметив ничего необычного, кивнула.
— В таком случае, сяоцзе Чу, отдыхай. Я прикажу обыскать другие места, чтобы не осталось ни одной ускользнувшей рыбы².
— Хорошо, благодарю за труды, Гунчжу-цзецзе, — послушно улыбнулась Е Ли.
Проводив принцессу Аньси взглядом, Е Ли постепенно убрала улыбку с лица и обернулась к служанке.
— Мы тоже возвращаемся.
Служанка кивнула и последовала за Е Ли во внутренний покой. Едва они вошли в комнату, как девушка почувствовала онемение в спине и без сил осела на пол. В дверях безмолвно появился Ань-эр.
Е Ли вскинула брови и спросила.
— Что за история с убийцами?
— Убийцы действительно были, — мрачно ответил Ань-эр. — Скорее всего, они пришли за вами.
Ань-эр прошел в комнату, наклонился и вытащил из-под кровати человека в черном.
— Всего их было трое. Они слишком недооценили нас и к тому же были обнаружены стражей дворца Гунчжу. Раненные моим тайным оружием, двое тут же скрылись. Этот пострадал сильнее всех, и я его схватил.
Е Ли присела и осмотрела лежащего на полу человека, у него была типичная внешность жителя Наньчжао. Хотя он был одет в черные ночные одежды, свои характерные черты он не скрывал.
— Скорее всего, это не люди гунчжу Аньси. У Чу Лююнь не должно быть врагов в Наньчжао. Кто осмелился явиться во дворец Гунчжу ради такой провокации?
— Может быть, кто-то узнал, кто мы на самом деле? — нахмурился Ань-эр.
Е Ли покачала головой.
— Вряд ли. Если бы наши личности действительно раскрыли, все было бы не так просто, как эти несколько посредственных убийц. То, что произошло сегодня, больше похоже на демонстрацию силы или… провокацию против Гунчжу Аньси.
— Демонстрация силы… провокация против Гунчжу Аньси? Из-за Цинчэнь-гунцзы? — предположил Ань-эр.
Е Ли кивнула и задумчиво произнесла.
— Я тоже так думаю. В Наньчжао единственный человек, имеющий отношение к личности Чу Лююнь, это мой Да-гэ. Но, какой толк от такой провокации, если она не причиняет вреда? Куда полезнее было бы схватить меня и угрожать брату. Если бы, конечно, он был в их руках.
— С их способностями они не смогли бы никого увести из поместья принцессы, даже если бы меня не было рядом.
Они даже не успели пробраться в гостевой двор, как переполошили стражу поместья. Такие убийцы не годятся для устранения целей, не говоря уже о похищении живого человека.
— Сяоцзе может догадаться, чьих это рук дело?
— Раньше я не знала, но теперь у меня есть кое-какие предположения, — слегка улыбнулась Е Ли. — Завтра испытаем твое умение проводить допрос под пыткой⁵, а заодно проверим мои догадки.
_______________________
- Брать жену за добродетель (娶妻娶德, qǔ qī qǔ dé) — сокращение от поговорки «Брать жену за добродетель, а наложницу за красоту», подчеркивающей важность моральных качеств законной супруги. ↩︎
- Ван-шан (王上, wángshàng) — титул «Ваше Величество», используемый при обращении к правителю или для упоминания его ↩︎
- Бинфу (兵符, bīngfú) — верительный знак в виде тигра, дающий право на управление войсками. ↩︎
- Охватывать взглядом десять строк за раз (一目十行, yī mù shí háng) — идиома, означающая очень высокую скорость чтения. ↩︎
- Тайное оружие (暗器, ànqì) — небольшие виды оружия для скрытого ношения (дротики, иглы), предназначенные для внезапной атаки. ↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
