Е Ли приложила пальцы к вискам и, приведя мысли в порядок, произнесла.
— В этом мире существуют не только Великое Чу, Бэйжун, Силин и Наньчжао. К западу от Силин есть бесчисленное множество малых государств и, возможно, даже великие державы, о которых мы ничего не знаем. Лишь из-за огромных расстояний обычные люди не ведают о них. Наш Северо-запад сейчас находится в окружении этих стран. Если мы будем продавать товары из Восточного Чу, Бэйжуна и Наньчжао через Силин в более западные земли, а вещи оттуда привозить и перепродавать людям Великого Чу или Бэйжуна… Если мы даже направим купцов из тех стран к нам… Со временем Жуян и весь Северо-запад непременно станут важнейшим центром экономического и культурного обмена между Востоком и Западом…
Сюй Цинбай был человеком проницательным и сразу всё понял. Он с улыбкой спросил.
— Ли-эр, когда ты планируешь начать? Запиши и меня в долю.
— Я тоже хочу! — Сюй Цинъянь, который всегда придерживался политики следования за Сы-гэгэ, поспешно поднял руку в знак согласия.
Е Ли рассмеялась.
— В том, что касается сельского хозяйства, часть людей уже отправлена. Что же до коммерции… у Сы-гэгэ нет опыта, так что можешь расспросить Хань Минси и Лэн Хаоюя… — при мысли о Хань Минси и Лэн Хаоюе, которые вертелись как белки в колесе, у Е Ли слегка разболелась голова.
Затем она вспомнила об одном человеке, который сейчас неизвестно где предавался унынию, и в душе пожалела, что в своё время слишком быстро прикончила Су Цзуйдие. Иначе какой бы получился прекрасный бесплатный работник.
— Докладываю Ванъе и Ванфэй, прибыли Ли-ван и Ли-ванфэй из столицы Чу, — пока они разговаривали, шивэй вошел с докладом.
— Ли-ван? Мо Цзинли? — Е Ли оторопела.
Она никак не ожидала, что он явится в Жуян, да еще и привезет с собой Е Ин. К слову сказать, Е Ли не видела Е Ин почти два года. Раньше ту держал в заточении Мо Цзинци, но теперь Мо Цзинли вернулся в столицу и, имея под рукой мощную армию, фактически открыто противостоял императору. Е Ин, будучи Ли-ванфэй, разумеется, обрела свободу.
Мо Сюяо поднялся и с усмешкой промолвил.
— Мо Цзинли? Раз так… А Ли, пойдем встретим Ли-вана и Ли-ванфэй. Как раз и я хочу поглядеть, насколько вырос этот Мо Цзинли за то время, что мы не виделись.
У Е Ли, конечно, не было возражений, и она последовала за Мо Сюяо к выходу. Лишь Сюй Цинбай, не успевший задать все вопросы, выглядел так, словно его прервали на самом интересном месте.
Назвать это «встречей» можно было лишь с натяжкой, Е Ли и Мо Сюяо просто вышли к дверям главного зала, когда управляющий Мо пригласил гостей войти. Мо Цзинли, очевидно, и не рассчитывал на радушный прием у Мо Сюяо, поэтому выражение его лица оставалось вполне обычным. Едва приблизившись к приёмному залу особняка Динго-вана, он увидел стоящую у входа пару, подобную драгоценной яшме1. Мо Сюяо был облачен в светло-фиолетовые парчовые одежды, его белые как снег волосы были небрежно зачесаны назад, а в облике прибавилось холодности и пугающего величия. Е Ли же была в платье светло-бирюзового цвета с потайным узором из пионов, вышитых серебряной нитью. Её улыбка была по-прежнему мягкой, но в чертах лица прибавилось благородства и очарования. Глядя на женщину в зеленых одеждах, стоявшую рядом с Мо Сюяо с улыбкой на губах, Мо Цзинли на мгновение замер, и в его сердце шевельнулось необъяснимое чувство.
— Для нас большая честь, что Ли-ван и Ли-ванфэй почтили нас своим присутствием. Добро пожаловать, — видя, что Мо Сюяо не собирается открывать рот, произнесла Е Ли с легкой улыбкой.
За те годы, что они не виделись, Е Ин сильно изменилась по сравнению с той Сы-сяоцзе из семьи Е, что когда-то славилась на всю столицу Чу. В её прежнем облике, всегда нежном и трогательном, теперь прибавилось скрытой обиды и безучастности. Чистые, как осенние воды, глаза стали гораздо острее, что заметно ослабило её былую хрупкость. Молча следуя за Мо Цзинли, она теперь больше походила на ванфэй, чем прежде. Однако Е Ли не упустила того, как в глазах Е Ин, едва та взглянула на неё, промелькнули ревность и горечь. В душе Е Ли невольно усмехнулась, возможно, Е Ин действительно много натерпелась за эти два года, но чему ей завидовать? Тому, что Е Ли вела войска в бой и рисковала жизнью на полях сражений? Или тому, что она упала со скалы и едва не погибла вместе с ребенком?
Мо Цзинли посмотрел на стоящую перед ним пару и холодно произнес.
— Давно не виделись. Надеюсь, вы пребывали в добром здравии?
Мо Сюяо в изумлении вскинул бровь. Неужели Мо Цзинли научился прилично здороваться? Похоже, за этот год с лишним он и впрямь многому набрался. Дин-ван бесстрастно кивнул и коротко бросил.
— Благодарю за беспокойство.
Лицо Мо Цзинли окаменело, приняв такое выражение, будто он проглотил муху, кто это о нем беспокоился? Е Ли с улыбкой взглянула на Мо Сюяо и сказала Мо Цзинли.
— Прошу вас, входите.
Когда они вошли в зал и сели, Е Ли заметила, что Мо Цзинли привел с собой еще одного человека. Это была старая знакомая, которую она также давно не видела, гунчжу Цися. Облаченная в наряд служанки, гунчжу Цися следовала за Мо Цзинли, низко опустив голову, и поначалу Е Ли приняла её за обычную ятоу. Однако то, что она вошла в зал вместе со всеми, заставило Е Ли заподозрить неладное. Неудивительно, что у Е Ин был такой мрачный вид, когда Мо Цзинли покидал столицу Чу, он взял гунчжу Цися с собой, и вот теперь, прибыв на Северо-запад, он всё так же держит её при себе. Очевидно, гунчжу Цися значила для Мо Цзинли очень много.
Когда хозяева и гости расселись, Е Ли, немного поколебавшись, посмотрела на гунчжу Цися и спросила.
— А эта…
Мо Цзинли не успел ответить, как Е Ин холодно произнесла.
— Просто ятоу, зачем Сань-цзецзе беспокоиться о ней?
При этих словах лицо Мо Цзинли потемнело, а гунчжу Цися тоже выглядела уязвленной. Прежде, учитывая статус гунчжу Цися, она вполне могла бы стать пинфэй. Но, из-за того скандала на свадьбе ей пришлось спешно инсценировать собственную смерть, чтобы замять дело. Е Ли полагала, что Мо Цзинли поскорее придумает для неё новую личность, но, судя по всему, её положение до сих пор оставалось неопределенным. Видя, что Мо Цзинли молчит, Е Ли не стала настаивать и велела подать чай.
— Нынешний облик Дин-вана немало поразил меня, — сказал Мо Цзинли.
Хотя он и раньше слышал о седине Дин-вана, увидеть это воочию было неожиданно. Он искоса взглянул на сидящую подле Мо Сюяо Е Ли, прикидывая в уме, что значение этой женщины для Дин-вана, похоже, куда больше, чем они все предполагали.
Мо Сюяо это ничуть не задело. Он небрежно откинул прядь волос, спадавшую на грудь, и усмехнулся.
— Цветы расцветают и вянут, люди рождаются, стареют, болеют и умирают, это обычное дело, стоит ли принимать близко к сердцу? Зато я слышал, что Ли-ван в этот год с лишним весьма преуспел в Цзяннани?
Мо Цзинли криво усмехнулся.
— Дин-ван преувеличивает. Куда мне до Дин-вана, который так вольготно обосновался на Северо-западе.
Оба мужчины начали обмениваться колкостями. Прежде Мо Цзинли вряд ли хватило бы смелости и уверенности, чтобы так вести себя с Мо Сюяо. Но, теперь всё изменилось, Мо Сюяо закрепился на Северо-западе, а он захватил Цзяннань. По сравнению с бесплодным Северо-западом богатая Цзяннань явно давала больше преимуществ.
Е Ли с улыбкой повернулась к Е Ин.
— Сы-мэй, как ты поживала в этот год?
Е Ин посмотрела на Е Ли со сложным выражением лица и, издав холодный смешок, процедила.
— Неужели Сань-цзецзе не знает о том, что Император держал меня в заточении? Разве может быть хорошо узнице в темнице?
В её словах явно слышался упрек, она винила Е Ли в том, что та знала о её положении, но не пришла на помощь. Е Ли это не тронуло, между ними никогда не было сестринской любви. Будь это пустяковое дело, она бы помогла, но тогда Е Ин была заложницей, с помощью которой Мо Цзинци сдерживал Мо Цзинли. Её охраняли лучшие воины, и с какой стати Е Ли стала бы жертвовать своими подчиненными ради неё? Перед лицом обвинений Е Ин Е Ли сохранила спокойствие и примирительно сказала.
— Теперь, когда Сы-мэй и Ли-ван воссоединились и у вас есть Шицзы Ли-вана, ваши горести наконец закончились и наступили сладкие времена.
Услышав это, Е Ин потемнела лицом, и её взгляд стал еще тяжелее. Е Ли на мгновение задумалась и тут же всё поняла, должно быть, Мо Цзинли вовсе не собирался назначать ребенка Е Ин своим шицзы. И то верно, Мо Цзинли еще молод, детей у него может быть сколько угодно. А у Е Ин теперь, кроме этой сестры от другой матери, за спиной не было никакой опоры, её положение стало хуже, чем у дочери мелкого чиновника. К тому же отношения с сестрой не заладились, а их семьи и вовсе стали врагами. Разумеется, Мо Цзинли не стал бы рассматривать сына Е Ин как наследника. Скорее всего, он уже планировал выбрать себе новую ванфэй из знатного и влиятельного рода.
Впрочем, до этих дел Е Ли не было никакого дела. Она предпочла не расспрашивать и заговорила с Е Ин о других вещах. Е Ин молча слушала её, и лишь спустя долгое время внезапно спросила.
— Сань-цзецзе, почему ты заставила отца подать в отставку и вернуться в родную деревню?
Е Ли вскинула брови, это уже было похоже на допрос.
Слегка поджав губы, Е Ли слабо и немного холодно улыбнулась.
— Отец уже в преклонных летах, и при императорском дворе он, по сути, достиг вершины. Разве плохо смело отступить перед мощным течением2?
Е Ин прикусила губу и с ненавистью посмотрела на Е Ли. Никто не знал, что она чувствовала, когда после освобождения из места заточения узнала, что ни родителей, ни родных нет в столице. Ванъе больше не окружал её прежней нежной заботой, он стал холоден и безучастен, и даже на её ребёнка не бросил ни одного прямого взгляда. Если бы отец всё ещё был здесь и оставался шаншу, разве всё обернулось бы так?
Е Ли, разумеется, понимала обиду и ненависть Е Ин, и в душе её звучала холодная усмешка. Если бы шаншу Е не подал в отставку по старости, чтобы вернуться в родные края, Мо Цзинци, боюсь, давно бы уже погубил его, и тот никак не дождался бы выхода Е Ин. Она думала, что после перенесённых за этот год с лишним страданий Е Ин повзрослела, но, судя по всему, та осталась такой же наивной и невежественной!
_________________________________-
- Пара, подобная драгоценной яшме (璧人, bì rén) — обр. о красивой супружеской паре. ↩︎
- Смело отступить перед мощным течением (急流勇退, jí liú yǒng tuì) — вовремя уйти в отставку на пике успеха или в момент опасности. ↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
