В горах, круглый год окутанных густым туманом, даже в обычные дни трудно увидеть прямой солнечный свет. Поэтому в Силине, где большинство земель довольно засушливы, эти горные хребты были редким местом, полным влаги и тенистой зелени.
У ворот небольшого дворика хрупкую бледную девушку, не успевшую сделать и шага наружу, кто-то окликнул.
— Кто это?
Ян Сянъя вздрогнула и с некоторым испугом произнесла.
— Я… я хотела пойти проведать Алиня, узнать, как его раны…
Стражник, стоявший у ворот, остался невозмутим, казалось, его ничуть не тронул вид стоящей перед ним слабой девы.
— Гунцзы приказал Ян-гунян хорошенько восстанавливать силы во дворе. Когда тот шивэй Линь поправится, он, естественно, сам придет повидаться с гунян.
Ян Сянъя слегка прикусила губу и тихо проговорила.
— Но… я очень беспокоюсь. У-у-у… рядом со мной нет ни одного знакомого человека. Остался только… только он… Прошу вас, позвольте мне его навестить.
Увидев, что стоящая перед ними гунян плачет так жалостно, двое стражников заколебались. В конце концов, она была гостьей, которую привез сам гунцзы и велел им хорошенько о ней заботиться…
— Гунян, подождите немного, мы пойдем и доложим гунцзы, — наконец уступил стражник.
— Что случилось? — Ян Сянъя только собиралась поблагодарить, как за воротами раздался голос Чжу Линя.
Стражники поспешно поклонились и вкратце пересказали слова Ян Сянъя о ее слуге. Чжу Линь вскинул брови и задумчиво посмотрел на стоящую перед ним болезненно-бледную девушку, в чьем облике сквозила тревога.
Ян Сянъя осторожно спросила.
— Чжу-гунцзы… не знаете ли вы, как раны Алиня? Когда… когда мы сможем отправиться в столицу? Прошу Чжу-гунцзы одолжить людей, чтобы они сопроводили нас с ним обратно. Когда мы вернемся в столицу, и я, и семья Лин будем очень благодарны гунцзы.
Глаза Чжу Линя слегка блеснули, и его взгляд на Ян Сянъя стал еще мягче. Он с легкой улыбкой ответил.
— Ян-гунян может быть спокойна. Как только вы поправитесь, я тут же распоряжусь, чтобы вас отправили в столицу. Однако тот шивэй Алинь ранен действительно тяжело, боюсь, ему придется пролежать в постели еще несколько дней.
Ян Сянъя с облегчением выдохнула и кивнула.
— В таком случае, благодарю Чжу-гунцзы. Хорошо, что с Алинем все в порядке. Я… я могу его проведать?
Чжу Линь улыбнулся.
— Ян-гунян достаточно будет взглянуть на него от дверей. На его раны лучше не смотреть вблизи. Я уже отправил гонца в столицу с письмом для Лин-гунцзы. Возможно, скоро Лин Да-гунцзы сам приедет за вами.
Услышав это, Ян Сянъя просияла от радости и облегчения.
— Это просто замечательно, благодарю вас, Чжу-гунцзы! Чжу-гунцзы действительно добрый человек…
Чжу Линь ответил со слабой улыбкой:
— Не стоит. Ян-гунян, потомок преданного и героического мужа, для меня это пустяковое дело.
Успокоив Ян Сянъя и проводив ее обратно в комнату, Чжу Линь вышел из дворика и направился к внешним покоям. Хотя этот дом, построенный среди горных лесов, казался довольно простым по сравнению с городскими усадьбами, в нем все же было два внутренних двора, а кабинет располагался в углу внешнего.
Когда они вошли в кабинет, следовавший за ним стражник заговорил.
— Гунцзы, похоже, эта Ян-гунян действительно дочь генерала Хувэй. Когда гунцзы сказал, что Лин-гунцзы скоро приедет, она не проявила никакой необычной реакции.
Чжу Линь кивнул и, сев за письменный стол, с некоторой усталостью произнес.
— Сейчас необычное время, осторожность не помешает. Тот шивэй по имени Алинь уже пришел в себя?
Стражник кивнул.
— Очнулся совсем недавно. Его раны слишком тяжелые. Тот удар мечом в спину едва не стоил ему жизни. Его рассказ совпадает с тем, что говорила Ян-гунян. Когда армия Мо начала наступление на Лючэн, генерал Ян распорядился, чтобы десяток человек сопроводили Ян-гунян в столицу под покровительство семьи Лин. Никто не ожидал, что армия Мо захватит город так быстро, они не успели далеко уехать от Лючэна, как тот пал. Когда они, переодевшись в простых людей, проезжали через уездный город, занятый Чжан Циланем, то случайно выдали себя, и тогда армия Мо пустилась за ними в погоню.
Чжу Линь нахмурился и подтвердил.
— Похоже, этот Алинь, верный слуга. Велите дайфу использовать самые лучшие лекарства, нужно во что бы то ни стало вылечить его как можно скорее.
— Слушаюсь, гунцзы.
— Есть ли новости от деда? — сменив тему, Чжу Линь перешел к делам.
На лице стражника отразилось беспокойство, он покачал головой.
— Нет. С тех пор как Бяньчэн был окружен армией Мо, от старого генерала не было никаких вестей. Чжан Цилань удерживает уездный город, и каждый, кто входит или выходит, подвергается строжайшему досмотру. Боюсь, старый генерал даже если захочет, не сможет отправить письмо. Гунцзы, неужели мы так и будем здесь прятаться? Позволим Чжан Циланю занимать важные пути к Бяньчэну? Хотя запасы в Бяньчэне велики, если осада продлится месяц или два, боюсь, им станет трудно.
Чжу Линь на мгновение задумался и покачал головой.
— Нет, Мо Сюяо не станет так поступать. Он торопится больше нашего. Если затянуть на пару месяцев, подкрепления со всего Силина успеют добраться до Бяньчэна. Тогда его четырехсоттысячная армия, какой бы элитной она ни была, окажется подобна дракону на мелководье или тигру на равнине1.
— Гунцзы имеет в виду…
Чжу Линь нахмурился.
— Сил у Мо Сюяо изначально было не так много, а в это время он еще может выделить несколько десятков тысяч воинов, чтобы удерживать не самый большой уездный город. Я подозреваю… он уже знает о нашем существовании.
Стражник вздрогнул от неожиданности.
— Дин-ван приказал Чжан Циланю охранять Бяньчэн, чтобы помешать нам прийти на помощь и ударить ему в тыл?
Чжу Линь поднял руку и потер переносицу.
— Я скорее склоняюсь к тому, что он хочет, чтобы Чжан Цилань уничтожил нас.
— Как это возможно? — стражник холодно хмыкнул, не желая верить. — Не говоря уже о том, что мы знаем здешнюю местность гораздо лучше армии Мо, даже по численности войск те несколько десятков тысяч человек Чжан Циланя нам не соперники.
Чжу Линь покачал головой и вздохнул.
— Мо Сюяо не делает бесполезных вещей. Пошли людей вниз, пусть снова разведают обстановку в Бяньчэне и действия армии Мо-цзяцзюнь.
— Слушаюсь, гунцзы.
Спустя два дня Чжу Линь сидел в кабинете и играл в шахматы с Ян Сянъя. За эти несколько дней общения девушка наконец избавилась от первоначального страха и беспокойства. Особенно после того как она узнала, что Чжу Линь, внук старого генерала Чжу Яня, она окончательно успокоилась. Хотя она была еще мала и никогда не видела старого генерала Чжу Яня, она слышала о нем от своего вайцзуфу и цзюцзю. Семьи Чжу и Линь также поддерживали дружеские отношения.
Избавившись от тревоги, девушка постепенно стала более открытой. Чжу Линь с удивлением обнаружил, что Ян Сянъя не была похожа на обычных женщин Силина, которые не сильны в изящных искусствах. Напротив, она была весьма искусна в каллиграфии и живописи, хотя он не слышал ее игры на цине, ее мастерство в шахматах было весьма недурным, она совсем не походила на дочь из семьи потомственных военных. Однако, если вспомнить, что супруга генерала Яна была дочерью прежнего тайши Силина, выходца из одной из лучших ученых семей государства, то все становилось на свои места.
Чжу Линь, хоть и родился в семье военных, вырос в таком месте, как Бяньчэн. Академия Луншань, одна из трех величайших академий современности, находилась именно в Бяньчэне, и Чжу Линь с малых лет воспитывался у знаменитых конфуцианских ученых своего времени. Однако, в силу многих причин, ему приходилось круглый год оставаться в этих лесах в окружении воинов, не сведущих в грамоте. Теперь, когда ему довелось встретить человека, одаренного талантом, пусть даже это была женщина, им двоим было о чем поговорить.
— Докладываю гунцзы, у подчиненного есть дело, — раздался за дверью громкий голос.
Чжу Линь взглянул на сидящую напротив девушку, сосредоточенно обдумывающую шахматную позицию, и спокойно произнес.
— Войди.
Вошедший человек с некоторым сомнением посмотрел на Ян Сянъя. Девушка, проявив тактичность, поднялась со своего места.
— Если у гунцзы есть дела, Сянъя позволит себе откланяться. Партию мы можем продолжить в другой день, а я пойду проведаю Алиня.
Взгляд Чжу Линя потеплел, он кивнул.
— Что ж, так и сделаем. Шивэй Алинь через пару дней уже сможет вставать с постели, так что вам не стоит беспокоиться.
— Я знаю, благодарю вас, гунцзы. — Ян Сянъя еще раз поблагодарила Чжу Линя и вышла.
Глядя на тонкую фигуру девушки, исчезающую за дверью, Чжу Линь опустил голову и на мгновение задумчиво уставился на неоконченную шахматную партию.
— Гунцзы? — с некоторым недоумением позвал стоящий перед ним стражник.
Чжу Линь только тогда пришел в себя и спросил.
— Что случилось?
Шивэй сказал.
— В эти дни армия Мо окружает город Бяньчэн, но масштабного штурма не ведет. Напротив, каждый день они лишь посылают нескольких младших генералов выкрикивать ругательства под стенами города, и после короткой стычки те отводят войска обратно в лагерь. Из армии Мо, начиная от Мо Сюяо и ниже, не появлялся ни один прославленный полководец, способный в одиночку вести бой. К тому же вчера, когда две армии сошлись в сражении, Лао-цзянцзюнь во главе семидесятитысячного войска выступил из города и направился в нашу сторону. Опасаюсь, он намерен сначала разделаться с Чжан Циланем.
Чжу Лин оторопел и, нахмурив мечевидные брови, произнес.
— Ни один из военачальников ниже Мо Сюяо не показался на поле боя? Но… здесь находится только Чжан Цилань. Куда же делись остальные?
Шивэй ответил.
— Армия Мо тайно вывела часть сил из лагеря. Лао-цзянцзюнь подозревает, что они уже давно прознали о нашем существовании и намереваются лишь для видимости осаждать город Бяньчэн, а основные силы сосредоточить против нас. Видимо, Лао-цзянцзюню было неспокойно, поэтому он и поспешил к нам на подмогу.
Чжу Линь прикрыл глаза.
— Кто обороняет город Бяньчэн?
— Лун Ян да-цзянцзюнь тоже находится в городе Бяньчэн.
— Тогда хорошо… Нет, постой! Мо Сюяо вовсе не против нас замышляет, он хочет выманить деда из города! — внезапно осознав что-то, Чжу Лин резко переменился в лице и вскочил с места. — Мо Сюяо не появлялся в лагере армии Мо, нет его и у Чжан Циланя. Значит, он определенно затаился в другом месте! С теми силами, что у него есть, он ни за что не нашел бы нас, если бы мы сами не показались. Он хочет выманить деда из города, чтобы затем постепенно истощить военную мощь города Бяньчэн!
Услышав это, шивэй тоже побледнел.
— Тогда… гунцзы, как нам быть?
Чжу Линь мрачно скомандовал.
— Передай приказ, выступаем в атаку на отряды Чжан Циланя! Мы обязаны взять уездный город до завтрашнего утра, чтобы встретить деда!
— Подчиненный немедленно исполнит!
Глубокая ночь в тихих горах казалась сегодня необычайно безмолвной. Из усадьбы, сокрытой ночным мраком, легко выпорхнул изящный силуэт. Миновав ночных стражников, фигура ловко и проворно проскользнула в тайный кабинет, расположенный в углу переднего двора.
Даже этой ночью, когда большая часть воинов покинула горный лес, кабинет по-прежнему строго охранялся. Тень приблизилась бесшумно, движения, быстрые, словно у призрака, застали четырех шивэй у дверей врасплох, прежде чем они успели что-либо понять, трое уже лежали на земле.
— Это ты? Ты…
Раздался свист и вылетевший кинжал вонзился в сердце последнего из них.
_____________________________________________________-
- Дракон на мелководье, тигр на равнине (龍遊淺灘，虎落平陽, lóng yóu qiǎn tān, hǔ luò píng yáng) — сокращение от пословицы «Дракон, заплывший на мелководье, станет забавой для креветок; тигр, спустившийся на равнину, будет унижен собаками». Означает человека, лишившегося своего могущества или попавшего в неблагоприятную обстановку. ↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
Ох, чует мое сердце не простая это девушка Ян Санъя!