Немного побеседовав, Сяньшэн Цинъюань и остальные стали торопить Е Ли и Мо Сюяо идти отдыхать, даже двух малышей, Мо Сяобао и Лэн Цзюньханя, Сяньшэн Цинъюань увел в кабинет для наставлений. Е Ли и Мо Сюяо не стали церемониться и, попрощавшись со всеми, вернулись в свои покои. Там слуги и служанки уже подготовили чай, угощения и теплую воду. За эти годы окружение Е Ли почти не изменилось, лишь несколько личных служанок, что прежде всегда следовали за ней, вышли замуж и нашли свое пристанище. Только Цин Шуан все еще оставалась незамужней и неотлучно находилась подле Е Ли, да еще две момо продолжали ей служить. Просто Е Ли подолгу отсутствовала в Личэне, и они уезжали присматривать за Мо Сяобао.
Как только они вошли, Цин Шуан во главе служанок, прислуживающих в покоях, вышла им навстречу. Сейчас Цин Шуан, которой уже перевалило за двадцать, совсем не походила на ту наивную и игривую девчушку, какой была прежде. Увидев Е Ли, она расплылась в улыбке.
— Цин Шуан приветствует Ванъе и Ванфэй. Поздравляю Ванфэй, у вас снова будет сяо-шицзы.
Е Ли одарила Цин Шуан мягкой улыбкой. К этой девушке, которую она когда-то выкупила, и которая росла при ней с малых лет, она всегда относилась с большей теплотой, чем к остальным.
— В этом году меня почти не было, ты много трудилась, — тихо проговорила она.
Цин Шуан улыбнулась в ответ.
— Это лишь то, что обязана делать рабыня, о каком труде речь? То, что мне довелось служить Ванфэй, не знаю, в какой из прошлых жизней я взрастила свое счастье. Я велела заранее подготовить теплую воду. Прошу Ванъе и Ванфэй умыться, а после отведать горячей каши, на улице сейчас, должно быть, очень холодно.
Эти слова Цин Шуан говорила от чистого сердца. Она, когда-то бывшая бездомной сиротой, теперь стала одной из самых доверенных служанок прославленной Динго-ванфэй, и считала, что нет в мире человека удачливее ее. К тому же, в отличие от Цинъюй или Цинлуань, у которых были родители и семьи, она была сиротой и давно позабыла, кем были ее отец и мать. Ванфэй всегда относилась к ней прекрасно, и, хотя она была лишь служанкой при Дин-ванфэй, ее положение было куда почетнее, чем у дочерей некоторых богатых семей в Личэне. Цин Шуан чувствовала, что даже если она всю жизнь не выйдет замуж и останется прислуживать Ванфэй, это будет того стоить. Поэтому в последние годы, когда Цинъюй, Цинлуань и даже Цин Ся одна за другой вышли замуж, Цин Шуан несколько раз отказывала свахам, желая лишь преданно служить Е Ли. Она была первой, кто последовал за Е Ли, и теперь оставалась с ней дольше всех.
Е Ли и Мо Сюяо умылись и переоделись, и к тому времени, как они вышли, Цин Шуан уже подала горячую кашу, именно такую, какую они любили, и весьма питательную. С годами Цин Шуан повзрослела, стала рассудительной и основательной, в ее поведении больше не осталось прежней живости и порой случавшейся рассеянности. Отпустив слуг, Е Ли принялась за еду, погрузившись в раздумья. Мо Сюяо, заметив это, вскинул бровь и спросил.
— О чем думает А Ли?
Е Ли улыбнулась.
— Ни о чем особенном, просто вдруг пришло в голову, что время пролетело незаметно и Цин Шуан уже исполнилось двадцать.
За столько лет она действительно невольно затянула с ее замужеством.
— Если А Ли хочет выдать ее замуж, лучше поговорить об этом позже, — произнес Мо Сюяо.
Обычно замужние служанки больше не могли прислуживать в покоях. И дело было не в том, что Мо Сюяо было жаль расставаться с Цин Шуан, просто все эти годы она служила А Ли очень преданно, А Ли привыкла к ней и могла на нее положиться. Сейчас, когда А Ли была беременна, нужно было соблюдать осторожность, так что свадьба вполне могла подождать, пока ребенок не появится на свет.
Е Ли кивнула.
— В любом случае нужно сначала спросить мнение Цин Шуан. В свое время Цинъюй и Цинлуань были выданы за людей из семьи моего старшего дяди, так что они воссоединились со своими родными. Те ведь ради меня перебрались из Юньчжоу в Чуцзин. Цин Ся сейчас тоже живет неплохо. Только вот Цин Шуан росла при мне с самого детства, поэтому о ней я невольно беспокоюсь больше.
Мо Сюяо немного подумал и сказал.
— Раз так, то пусть после замужества она по-прежнему остается при тебе. Что скажешь об А Цзине?
— А Цзинь? — Е Ли на мгновение замерла.
Сказать по правде, хотя А Цзинь с детства следовал за Мо Сюяо, Е Ли почти не доводилось с ним общаться. Вскоре после ее свадьбы с Мо Сюяо он был отправлен выполнять поручения и постоянно находился в разъездах, редко возвращаясь. К тому же А Цзинь не обладал красноречием Фэн Чжияо или Лэн Хаоюя, это был молчаливый юноша, и если не проявлять осторожности, можно было ненароком принять его за немого. Поэтому Е Ли знала его плохо.
Мо Сюяо кивнул.
— А Цзинь племянник Шу Мо, но по характеру он определенно не сможет занять место дяди. Семья Шу Мо и родители А Цзина погибли из-за дома Дин-вана. Все эти годы я отправлял его на закалку, надеясь, что он научится действовать самостоятельно и Шу Мо сможет за него не волноваться. Пусть он не ровня Фэн Саню или Лэн Эру, но и зазорным такой брак для этой девицы не будет.
Е Ли, разумеется, все понимала. Хоть она и не была близко знакома с А Цзинем, она знала, что за человек Шу Мо, к тому же А Цзинь вырос вместе с Мо Сюяо. И учитывая характер Мо Сюяо, то, что он решил так много сказать о делах Цин Шуан, само по себе было редкостью. Слегка нахмурившись, она произнесла.
— Позже я спрошу Цин Шуан, но А Цзинь целыми годами не бывает в особняке вана, даже если у Цин Шуан и возникнут чувства, то…
— Когда ребенок родится, Чуцзин уже должен быть взят. К тому времени ты приедешь в Чуцзин встретить меня, и А Цзинь вернется вместе с нами. Я заранее поговорю об этом с Шу Мо, — Мо Сюяо пристально посмотрел на Е Ли, произнеся это низким голосом.
При этих словах рука Е Ли, державшая палочки, замерла. Через несколько дней Мо Сюяо снова должен был отправиться в путь, к заставе Фэйхун. С некоторой беспомощностью она слегка погладила живот и с горькой усмешкой сказала.
— Малыш пришел действительно не вовремя.
За пять или шесть мирных лет он так и не появился, а стоило начаться смуте, не продлившейся и года, как она забеременела.
Мо Сюяо тоже был немного недоволен. Он протянул руку и накрыл ее ладонью на своем слегка округлившемся животе.
— Такой же егоза, как Мо Сяобао!
Е Ли не смогла сдержать улыбки. А ведь и правда, разве не так? Совсем как Мо Сяобао, оба решили явиться в этот мир в самый разгар суматохи, чтобы заставить всех волноваться.
— Я скоро уезжаю, неужели А Ли совсем не будет по мне скучать? — в голосе Мо Сюяо прозвучала явная обида.
Жаль, что А Ли беременна, иначе он непременно взял бы ее с собой к заставе Фэйхун, хотя больше всего ему хотелось остаться здесь и быть рядом с ней.
Е Ли с улыбкой посмотрела на него и спросила.
— Если мне будет жаль расставаться с Ванъе, разве вы не уедете?
Жизни сотен тысяч воинов армии Мо, судьбы миллионов жителей и защитников Чуцзина, годы кропотливого планирования и трудов Мо Сюяо, неужели все это можно изменить лишь фразой «мне жаль расставаться»? К тому же… Е Ли с едва заметной усмешкой взглянула на него.
— Разве Ванъе не кажется, что мы слишком долго были неразлучны?
С тех пор как она, будучи беременной Мо Сяобао, вернулась на Северо-запад, дольше всего они расставались лишь на те несколько дней в Бяньчэне, когда она в одиночку покинула лагерь, чтобы заманить Чжу Ляна в ловушку.
— Неужели А Ли уже начала тяготиться своим мужем? — картинно ужаснулся Мо Сюяо.
Е Ли с улыбкой ответила.
— Тяготиться — нет, но люди говорят… дистанция порождает красоту1, а еще, малая разлука лучше медового месяца2… Изредка расставаться, это не так уж плохо.
Мо Сюяо посмотрел на нее и возразил.
— А еще люди говорят, что один день без встречи, словно три осени порознь3. Я начал скучать по А Ли еще до расставания.
Е Ли рассмеялась.
— Тогда возвращайся скорее, или я сама приду к тебе, когда рожу?
Мо Сюяо задумался и серьезно произнес.
— Бэньван обязательно вернется поскорее. Еще до того, как ты родишь малыша.
— Хорошо, я жду тебя, — тихо ответила Е Ли.
Мо Сюяо протянул руки, притянул ее к себе и негромко прошептал.
— А Ли, прости меня.
Е Ли слегка оторопела и мягко спросила.
— За что на этот раз?
Мо Сюяо вздохнул.
— Ты носишь дитя, а Бэньван не может быть рядом.
Е Ли закатила глаза и рассмеялась.
— И стоит ли из-за этого переживать? У тебя ведь есть важные дела, ты же не бездельничаешь и не бродишь где попало?
Она высвободилась из его объятий и серьезно посмотрела ему в глаза.
— Раз я беременна, мне, конечно, хочется, чтобы ты всегда был рядом, вплоть до самого рождения ребенка. Но, находясь на своем посту, должно печься о делах государственных4. Если бы ты ради меня бросил сотни тысяч воинов, бросил защитников и жителей Чуцзина, что ждут твоего прихода, остался бы ты тем Мо Сюяо, которого я люблю?
Услышав ее слова, Мо Сюяо невольно просиял.
— А Ли…
Е Ли беспомощно смотрела на радостное выражение лица этого человека, чей интерес еще не был исчерпан5. Она действительно не относилась к тем, кто любит постоянно твердить о любви, но неужели её слова заставили его выглядеть настолько поражённым и обрадованным? Это заставило Е Ли невольно задуматься, неужели в повседневной жизни она и впрямь пренебрегала им?
— Возвращайся поскорее, мы с Сяобао будем скучать по тебе, — тихо произнесла Е Ли.
Мо Сюяо, преисполненный удовлетворения, снова наложил себе каши и принялся есть, ощущая каждый оттенок вкуса6.
После возвращения Мо Сюяо отдыхал всего три дня, прежде чем снова собраться в путь к заставе Фэйхун. На этот раз в Личэне, за исключением обитателей Особняка Дин-вана, большинство людей даже не подозревали о возвращении Дин-вана и ванфэй. И, разумеется, мало кто знал новость о том, что она уже носит под сердцем дитя.
За пределами Личэна Мо Сюяо сопровождали лишь Фэн Чжияо и Юнь Тин, втроём, в легком платье и налегке7, они направились к заставе Фэйхун. Хотя Мо Сюяо запретил ей, Е Ли всё же приехала вместе с Сюй Цинцзе проводить их. Глядя на Е Ли, выходящую из повозки в плотном плаще, Мо Сюяо невольно нахмурился, подошёл и поплотнее запахнул на ней одежду.
— Я же говорил, что не нужно провожать меня за город, сейчас такая холодная погода. Скорее возвращайся, — тихо сказал он.
Е Ли кивнула и с легкой улыбкой ответила.
— Я знаю. Как только вы уедете, я сразу вернусь. Будь осторожен на поле боя.
Она, конечно, понимала, что Мо Сюяо в глубине души был рад её приходу, просто беспокоился, как бы она не простудилась. Её здоровье было крепким, и даже во время беременности эти два месяца прошли спокойно.
Мо Сюяо кивнул и с оттенком нежелания расставаться посмотрел на Е Ли, после чего повернулся к Сюй Цинцзе.
— Вверяю Личэн и А Ли вашим заботам.
Сюй Цинцзе с привычным бесстрастным выражением лица кивнул в знак согласия. Хотя он был немногословен, его всегда отличала рассудительность, всё, за что он брался, исполнялось, не допуская небрежности даже в одной нити8, поэтому Мо Сюяо был спокоен. Хотя он понимал, что под защитой семьи Сюй и особняка Дин-вана А Ли будет в гораздо большей безопасности, чем на поле боя рядом с ним, его сердце всё равно было не на месте от того, что он не мог приглядывать за ней лично.
Бросив последний взгляд на Е Ли, Мо Сюяо больше не медлил, он ловко вскочил в седло и пришпорил коня, устремляясь вдаль.
Глядя, как их силуэты исчезают из виду, Цин Шуан тихо произнесла.
— Ванфэй, снаружи очень холодно, давайте вернёмся поскорее, чтобы не заставлять Ванъе волноваться.
Е Ли кивнула и, тихо вздохнув, сказала.
— Пойдемте назад.
_______________________________________
- Дистанция порождает красоту (距離產生美, jùlí chǎnshēng měi) — современная идиома о том, что временное отдаление помогает лучше оценить достоинства человека. ↩︎
- Малая разлука лучше медового месяца (小别勝新婚, xiǎo bié shèng xīnhūn) — кратковременное расставание супругов делает их чувства при встрече более страстными и свежими. ↩︎
- Один день без встречи — словно три осени порознь (一日不見如隔三秋, yī rì bù jiàn rú gé sān qiū) — выражение из «Ши цзин», описывающее сильную тоску по любимому человеку. ↩︎
- Находясь на своем посту, должно печься о делах государственных (身在其位就要謀其政, shēn zài qí wèi jiù yào móu qí zhèng) — цитата из «Лунь юй», означающая, что каждый должен заниматься своим делом и исполнять обязанности, соответствующие его положению. ↩︎
- интерес еще не был исчерпан (意猶未盡, yì yóu wèi jìn) — состояние, когда интерес или удовольствие от чего-либо не удовлетворены до конца. ↩︎
- ощущая каждый оттенок вкуса (津津有味, jīn jīn yǒu wèi) — есть с большим аппетитом или делать что-то с увлечением. ↩︎
- в легком платье и налегке (輕裝簡行, qīng zhuāng jiǎn xíng) — путешествовать без лишнего багажа и свиты. ↩︎
- не допуская небрежности даже в одной нити (一絲不苟, yī sī bù gǒu) — выполнять работу предельно тщательно и скрупулезно. ↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
