Госпожа Мэн, хлопотавшая с самого обеда, выбилась из сил. Поскольку её сын ушел раньше, она собралась уходить вместе с дочерью. Госпожа Синь искренне благодарила её за помощь и порывалась лично проводить до ворот, но тут подошла статная, красиво одетая юная служанка с овальным лицом и с улыбкой произнесла:
— Госпожа, старая госпожа просит вас пожаловать к себе, у неё есть к вам пара слов.
Эту служанку звали Юйчжу, именно она днем сопровождала старую госпожу Пэй.
Госпожа Синь кивнула и хотела велеть надежной мамушке пересчитать праздничную утварь перед отправкой в кладовую, но той не оказалось поблизости. Госпожа Мэн предложила взять это поручение на себя, и госпожа Синь с благодарностью поспешила к свекрови.
— А-Фу, если ты устала, я велю слугам отвезти тебя домой, — обратилась госпожа Мэн к дочери.
Но Цзяфу пожалела мать и решила остаться с ней. Юйчжу ласково предложила:
— Юная госпожа, проследуйте со мной в покои старой госпожи. Там тепло и тихо, вы сможете отдохнуть в боковом павильоне.
Юйчжу когда-то происходила из знатного рода, но после его падения попала в резиденцию Вэйго-гуна, где благодаря уму и расторопности стала старшей служанкой при старой госпоже. Госпожа Мэн со спокойным сердцем отпустила дочь.
Придя в северный дворик старой госпожи, Цзяфу увидела в окнах главного зала силуэты людей. Юйчжу шепнула:
— Старая госпожа призвала к себе Второго господина и Вторую госпожу, они сейчас там. Я провожу вас в боковой павильон.
В боковой комнате было светло и тепло. Юйчжу усадила Цзяфу на кушетку, заботливо подложила под спину подушку и накрыла ноги меховым одеялом:
— Юная госпожа, если вы смежите веки, никто вас не потревожит. Я принесу вам чистейшего кленового чая.
Служанка Таньсян пошла вместе с Юйчжу за чаем. Едва они вышли за порог, как навстречу им подбежала кормилица, несущая на руках Цань-гэ, закутанного в плащ. Мальчик проснулся и с плачем требовал отвезти его в дом Сун. Юйчжу зашипела на кормилицу:
— Тихо ты! Госпожа сейчас у старой госпожи по важному делу! Немедленно унеси его назад!
Но Цань-гэ уже выскользнул из рук кормилицы и бросился к Таньсян. Цзяфу отворила дверь и тихо сказала:
— Впустите его сюда, ничего страшного.
В главном зале старая госпожа Пэй восседала на стуле, уже сняв жемчужный венец, но всё ещё в парадном платье. Окинув взором стоящих перед ней сына и невесток, она медленно произнесла:
— Все эти дни, чтобы устроить мне праздник, вы неплохо потрудились.
Пэй Цань поспешно возразил:
— Матушка, что вы такое говорите! Это наш прямой сыновний долг.
Старая госпожа Пэй слегка улыбнулась:
— В нашем доме в последнее время немало радостей. Мой юбилей — дело житейское. Сючжи получил должность, Сючжо преуспевает в учебе. Я весьма довольна.
В последние годы старая госпожа редко собирала всех вместе, и снохи ждали упреков за праздничные расходы, но, услышав похвалу, перевели дух.
Однако старая госпожа продолжала:
— Я — старуха, какая от меня польза? Лишь бы вы про себя не желали мне скорейшей смерти, и я буду счастлива.
Слова прозвучали сурово. Пэй Цань испуганно упал на колени:
— Матушка! За что вы так наказываете нас своими словами? Если я в чём виноват — бейте меня, но не навлекайте на себя проклятия!
Старая госпожа молчала. В доме царила гнетущая тишина. Вслух она высказала то, что накапливалось годами:
— Сегодня я выходила в сад и случайно услышала, как слуги за моей спиной чешут языками. И дело не в их гнусных словах, а в том, что в доме Вэйго-гуна совсем не осталось порядка! А всё оттого, что каков хозяин — таков и слуга. Если намертво не скрепить дом, он не устоит. Земля держится связкой, создавая стену, а люди держатся друг друга, создавая дом! Если внутри семьи идет грызня, то через пару лет дом Пэй сгинет сам по себе без чужой помощи!
Пэй Цань покрылся холодным потом, госпожа Синь и госпожа Мэн опустили головы.
— Расходы за назначение Сючжи я полностью возмещу из своих личных сбережений, — добавила старая госпожа. — А когда настанет пора женить Сючжо, я выделю второй ветви ровно столько же. Не хочу, чтобы между ветвями пролегла вражда из-за денег.
Пэй Цань забился лбом об пол, моля матушку не тратить личные средства, а госпожа Синь и госпожа Мэн со слезами просили прощения.
Старая госпожа вздохнула:
— Цань-гэ уже не мал, после Нового года ему исполнится пять лет. Пора учить его правилам и перестать без конца баловать и отсылать в дом Сун. Сючжи думает о сыне или только о своей выгоде?
Госпожа Синь густо покраснела и виновато опустила голову.
Наступила полночь — час Цзы. Пэй Цань и снохи покинули покои.
Юйчжу вошла, чтобы помочь старой госпоже приготовиться ко сну, но та сидела неподвижно, уставившись на водяные часы-клепсидру в углу.
Оставалось совсем немного времени, и этот день ушел бы навеки.
Юйчжу хотела предложить позвать Цзяфу из бокового павильона, чтобы та развлекла её беседой, но в этот момент Цзяфу сама переступила порог и поклонилась:
— Почтенная госпожа, старший двоюродный брат обязательно вернется.
Старуха с печальной улыбкой качнула головой:
— Милое дитя, иди отдыхай.
Цзяфу поклонилась и повернула к выходу. И в этот момент из ночного двора донесся перепуганный, оглушительный крик служанки:
— Старая госпожа! Старая госпожа!
Юйчжу выбежала на порог:
— С ума сошла?! Что за крик посреди ночи?!
Прибежавшая служанка, задыхаясь, размахивала руками:
— Старший молодой господин!.. Старший молодой господин вернулся! Я едва узнала его!
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
