Застава Цзяньмэнь имела важнейшее значение. Если она падет, это будет преступлением, за которое полагается лишиться головы. Но если Ху Лянцай сумеет разбить кочевников, его ждет огромная заслуга.
Он мечтал о военной славе и боялся, что военачальники Яньчжоу и Юньчжоу узнают о нападении и присвоят себе победу.
Поэтому Ху Лянцай уже подготовил войско к немедленному выступлению. Армия должна была отправиться на рассвете.
Он не желал ничего слушать и холодно усмехнулся:
— Довольно! Теперь ты всего лишь частное лицо. Занимайся своим заготовительным двором и не вмешивайся в военные дела.
— Какое право ты имеешь рассуждать о государственных тайнах?
— Если немедленно не уйдешь, я обвиню тебя в оскорблении вышестоящего и вмешательстве в военные дела. Тогда посмотрим, как ты будешь отвечать перед судом!
Пэй Юань и Ху Лянцай некоторое время смотрели друг на друга.
Ху Лянцай усмехался, всем своим видом выражая высокомерие.
Пэй Юань сложил руки в приветствии, развернулся и вышел.
Когда он уже направлялся к воротам, сзади его окликнули.
Пэй Юань обернулся и увидел советника Яна, который когда-то приезжал на заготовительный двор. Тот поспешно догнал его.
Пэй Юань остановился.
Советник Ян глубоко поклонился и тихо сказал:
— Господин Пэй, откровенно говоря, когда я впервые услышал это сообщение, оно тоже показалось мне подозрительным. Я советовал господину Ху тщательно всё обдумать, но он обвинил меня в нерешительности и трусости.
— Он утверждал, что источник абсолютно надежен, поэтому я тоже не осмелился с уверенностью судить о ситуации.
— Но, услышав ваши слова, я понял, что полностью с вами согласен.
— Сейчас я всего лишь заурядный советник, который служит ради куска хлеба. Но когда-то я сдавал государственные экзамены и мечтал посвятить себя стране. Это стремление во мне еще не умерло.
— Нынешнее дело чрезвычайно важно: от него зависят безопасность нескольких городов и жизнь множества военных и гражданских.
— Вы — выдающийся человек, какого трудно найти во всей Поднебесной. Я всегда восхищался вами и уверен, что вы не оставите всё как есть.
— Если я могу вам чем-то помочь, приказывайте. Я готов следовать за вами в огонь и воду и служить вам до самой смерти.
На следующий день, еще до пятой стражи, небо оставалось совершенно черным.
На военном плацу за пределами Суе гремели сигнальные рога, а факелы ярко освещали лагерь.
Перед главными воротами лагеря солдаты готовили щиты и военные воззвания. В соответствии с прежним планом лишь небольшой отряд должен был остаться для защиты города, а остальные войска под командованием заместителей и военных советников уже выстроились в боевые порядки.
Оставалось дождаться прибытия главнокомандующего, провести обряд жертвоприношения военному знамени и выступить к Цзяньмэнь.
Наступила пятая стража, но Ху Лянцай так и не появился.
Подождали еще немного — по-прежнему никаких известий.
Среди командиров и солдат начали появляться недоумение и тревога.
Ху Лянъю увидел, что старший брат не прибыл вовремя, и испугался, что боевой дух войска пошатнется.
Он уже собирался послать человека в город, чтобы выяснить причину задержки, когда вдруг заметил со стороны городских ворот отряд из нескольких сотен всадников.
Впереди мчались факелы, и всадники стремительно приближались к воротам лагеря.
Ху Лянъю решил, что это прибыл его брат, и страшно обрадовался.
Он немедленно приказал бить в барабаны, приветствуя прибывших.
Но когда отряд подошел ближе, вперед выехал другой человек. Он высоко поднял руку с каким-то предметом и громко крикнул:
— Командирский знак здесь! Всем войскам приказано немедленно и организованно вернуться в лагерь!
Этого человека звали Ли Жуй.
Он много лет служил на границе, прежде занимал должность заместителя военного управителя, отличался проницательностью и храбростью и пользовался большим уважением среди солдат.
После прибытия Ху Лянцая Ли Жуй, как бывший подчиненный Вэйго-гуна, неоднократно подвергался притеснениям. В итоге его разжаловали до офицера разведывательно-дозорного отряда.
Разумеется, Ху Лянцай не включил его в состав походного войска и приказал остаться в городе с пятьюстами солдатами.
Ху Лянъю пришел в изумление и ярость:
— Ли Жуй, ты вздумал бунтовать? Как ты смеешь самовольно передавать приказ командующего?
— Откуда у тебя командирский знак? Где мой брат?
Ли Жуй резко приказал:
— Взять его!
Из-за его спины тут же выскочили около десяти солдат и быстро схватили Ху Лянъю.
Раздался щелчок — на него надели воинскую колодку.
Ху Лянъю отчаянно сопротивлялся и не переставал ругаться.
События развивались настолько неожиданно, что остальные командиры лишь после того, как Ху Лянъю заковали, пришли в себя.
Они выхватили мечи, приблизились к Ли Жую и потребовали отпустить пленника.
Обе стороны стояли на грани столкновения.
Именно в этот момент со стороны городских ворот вновь появился всадник.
Боевой конь стремительно ворвался в лагерь и остановился между двумя группами.
Всадник держался прямо на спине могучего черного скакуна. Он натянул поводья и спокойно оглядел командиров, которые кричали и размахивали руками.
Его взгляд был острым, словно молния.
На нем была простая одежда, но исходившее от него мужество заставляло окружающих невольно отступать.
Кто-то узнал его и изумленно выкрикнул:
— Пэй Юань!
Остальные застыли.
Неподалеку среди войска пробежало легкое волнение. Солдаты перешептывались, вытягивали шеи и старались разглядеть знаменитого человека.
Пэй Юань спешился.
Под взглядами множества людей он быстрым шагом подошел к помосту для назначения военачальников, поднялся по ступеням, с обеих сторон окруженным факелами, и взошел на возвышение.
Оказавшись наверху, Пэй Юань повернулся к войску, окинул его взглядом и громко произнес:
— Ху Лянцай лишен командирской печати. Я, Пэй Юань, временно принимаю командование.
— От военачальников до простых солдат — все слушать приказ! Немедленно возвращайтесь в лагерь и ожидайте дальнейших распоряжений!
Его голос был исполнен силы. Он разнесся по плацу, оглушая своей властностью, и достиг самых дальних уголков лагеря.
Перед казармами воцарилась тишина.
Даже доверенные люди братьев Ху, не говоря уже о простых солдатах, оказались подавлены внушительной манерой Пэй Юаня. Некоторое время они переглядывались и не осмеливались поднять мятеж.
Хотя Ху Лянъю был закован, он не желал сдаваться.
Он с силой вырвался от двух солдат, удерживавших его, и резко крикнул:
— Пэй Юань, ты уже давно не занимаешь должности, а всё еще прикрываешься чужой властью!
— На каком основании ты командуешь войском моего брата?
— Ты срываешь военные планы. Не боишься, что потом двор привлечет тебя к ответственности?
— Я достойный заместитель военного управителя четвертого ранга. В чем моя вина?
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
