Когда подошло время ужина, Цзяфу услышала за дверью шаги. По ним она узнала Иньхуань и поспешно легла, не снимая одежды, закрыв глаза.
Иньхуань вошла и сказала:
— Юная госпожа, не спите. Господин велел позвать вас вниз к ужину.
— Я не голодна и не хочу есть, — ответила Цзяфу. — Передай ему, чтобы не ждал меня и ужинал сам.
Иньхуань ушла. Цзяфу снова забралась в постель и легла, решив дождаться, когда Пэй Юань сам придет к ней.
Но она ждала так долго, что живот уже начал болезненно урчать. Небо окончательно потемнело, а Пэй Юань так и не появился. Иньхуань тоже больше не приходила.
В конце концов Цзяфу не выдержала, поднялась и подошла к окну. Внизу она увидела, что в кабинете Пэй Юаня уже горит свет.
Оказалось, он давно поужинал и ушел работать.
Цзяфу застыла.
Теперь она всё поняла.
Пэй Юань догадался о ее намерениях и решил не обращать на них внимания.
Цзяфу мучительно досадовала на себя. Подавив охватившее ее чувство поражения, она долго неподвижно смотрела на освещенное окно его кабинета.
В середине часа Сюй ночь уже окончательно вступила в свои права.
Цзяфу подошла к кабинету, несколько раз постучала и сразу вошла. Подойдя к письменному столу, она осторожно поставила рядом с рукой Пэй Юаня белую фарфоровую чашу, накрытую крышкой, и тихо сказала:
— Старший брат, я принесла вам поздний ужин.
Пэй Юань по-прежнему смотрел на свиток в руках и спокойно ответил:
— Поешь сама. Я не голоден.
— Я только что ходила на кухню найти что-нибудь поесть и случайно увидела, что кухарка заранее замочила снежный древесный гриб. Поэтому я сама приготовила десерт из снежного гриба и таро с молоком — это мое любимое блюдо с детства. Кухарка сказала, что вы не очень любите сладкое, поэтому я добавила всего одну ложку меда. Я попробовала: получилось вполне съедобно, и только после этого принесла вам. Попробуйте, старший брат.
Пэй Юань поднял глаза и посмотрел на Цзяфу.
Ее черные волосы были уложены в прическу с двумя свисающими пучками — так обычно причесывали незамужних девушек. Пучки были собраны на макушке, а длинные пряди свободно спадали на плечи. На ней было светло-розовое платье, и она напоминала нежную бегонию, только начинающую распускаться.
Цзяфу стояла рядом и смотрела на него. В ее глазах читалось легкое напряжение и одновременно ожидание.
Брови Пэй Юаня едва заметно дрогнули, но голос остался спокойным:
— Значит, теперь ты всё-таки спустилась поесть?
Цзяфу тихо промычала в ответ и опустила голову:
— На самом деле сначала я не спустилась, потому что рассердилась на вас за то, что вы не захотели взять меня с собой… А потом так проголодалась, что сама пошла на кухню. Кухарка сказала, что вы велели оставить для меня горячий ужин… Вы так хорошо ко мне относитесь, а я постоянно капризничаю перед вами… Я понимаю, что снова была неправа…
Голос Цзяфу становился всё тише.
Пэй Юань молча взял ложку, попробовал десерт и остановился.
— Невкусно? — тревожно спросила Цзяфу.
Пэй Юань съел еще одну ложку и ответил:
— Это сладкий десерт. В следующий раз можешь добавить еще одну ложку меда. Так, вероятно, будет вкуснее.
Цзяфу с облегчением выдохнула. Ее глаза сразу засияли, словно в них закружились звездные искры. Она энергично кивнула:
— Я запомню! Кроме этого, я умею готовить говяжий суп из моего родного края, лепешки, пирог из таро… Все эти блюда мама заставляла меня научиться готовить, потому что говорила: когда я выйду замуж…
Цзяфу поспешно закрыла рот и широко раскрытыми глазами посмотрела на Пэй Юаня. На лице ее появилось смущение.
— В общем… если вы захотите есть, старший брат, я буду готовить для вас каждый день…
Выражение лица Пэй Юаня незаметно смягчилось, и он слегка улыбнулся:
— Я не привык есть поздно вечером, поэтому тебе не нужно готовить для меня каждый день. Ты сама поужинала?
На щеках Цзяфу появился легкий румянец. Она тихо ответила:
— Да, я уже поела.
В глазах Пэй Юаня мелькнула едва заметная улыбка, которой он сам не заметил. Он слегка кивнул, а затем указал ей на стул рядом с собой.
Цзяфу удивилась. Потом услышала, как он велел положить руку на стол, и поняла, что собирается проверить ее пульс.
Ей не слишком хотелось этого, но ослушаться она не осмелилась и протянула руку.
Пэй Юань осторожно закатал рукав ее одежды, не коснувшись пальцами кожи. Открыв белое, гладкое запястье, он легко приложил к нему два пальца.
Закончив осмотр, Пэй Юань убрал руку, взял кисть и написал на листе несколько строк.
— Ничего серьезного нет. Сейчас я велю приготовить лекарство по этому рецепту. Начиная с сегодняшнего вечера принимай его за полчаса до сна. Оно поможет успокоить дух и заснуть.
Он немного подумал и добавил:
— Лекарство не будет слишком горьким. Его действие хорошо сочетается с выдержанным медом. Когда оно немного остынет, добавь мед — это также поможет восполнить кровь и питать инь.
Пэй Юань дописал еще несколько иероглифов.
Цзяфу неподвижно смотрела на него. Ее глаза постепенно наполнились слезами.
Пэй Юань повернул лицо и заметил это. Цзяфу поспешно отвернулась и быстро вытерла глаза пальцами.
— Что случилось? Помимо ночных кошмаров, тебя еще что-нибудь беспокоит? Расскажи мне.
Его голос звучал особенно мягко.
Цзяфу покачала головой и тихо сказала:
— Я подумала: вы так хорошо ко мне относитесь. Даже если после вашего лекарства мне снова приснятся кошмары, я не захочу больше тревожить вас…
Рука Пэй Юаня, державшая кисть над бумагой, слегка замерла. Он бросил на нее взгляд.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
вот честно, я так не люблю (точнее меня это страшно бесит) когда, чтобы понравиться мужчине, женщине нужно прикидываться глупой, жалкой, слабой, как дитя, угождать, льстить, почему нельзя понравиться, оставаясь самой собой?..
Возможно, что после того, как ее заколотили заживо в гробу и закопали, не так-то просто оставаться собой, а всё выше Вами перечисленное – это хорошо работающие методы, проверенные веками 😉❤️ Спасибо, что продолжаете читать и делиться впечатлениями🌺🎀
да, я понимаю, почему она это делает, тут у меня больше вопрос к мужчинам)