Была пятая стража — время между первым криком петухов и рассветом. За окном царил мутный серо-синий полумрак.
Пэй Юань находился между сном и явью.
Став взрослым, он еще никогда не спал так крепко и спокойно. Хотя сон начался с неприятных обрывков воспоминаний, после того как они рассеялись, сон стал долгим, глубоким, теплым и… мягким.
Он сильнее обнял то, что находилось рядом. Но мягкость и нежность под его ладонью внезапно показались ему странными. Пэй Юань нахмурился, а затуманенное сознание постепенно прояснилось.
Его веки дрогнули. Он резко открыл глаза и проснулся.
В слабом свете рассвета Пэй Юань увидел, что рядом с ним спит его двоюродная сестра Цзяфу. Они лежали на одной постели под одним одеялом. Девушка свернулась у него в объятиях, одной рукой обхватив его за талию. Из-под края одеяла виднелась лишь ее голова, черные волосы рассыпались по его плечу, а глаза были закрыты.
Цзяфу крепко спала, ее лицо пылало румянцем. Она лежала неподвижно, а Пэй Юань обнимал ее одной рукой, ладонью касаясь кожи на тонкой талии. Казалось, они провели в таком положении уже очень долго.
Пэй Юань оцепенел. Сначала ему показалось, что он всё еще спит, но затем он наконец пришел в себя и словно получил удар иглой. Резко убрав руку, он сел на постели и инстинктивно опустил взгляд, быстро осмотрев себя.
На нем по-прежнему было нижнее одеяние, но оно оказалось покрыто складками. Внизу живота ощущалось нечто необычное, возникла тупая, ноющая тяжесть.
В голове Пэй Юаня словно прогремел взрыв. Он тут же отбросил одеяло, вскочил с постели и схватил верхнюю одежду, которую Цзяфу вчера сняла с него и повесила рядом. Торопливо накидывая ее на себя, он услышал за спиной:
— Старший брат…
Пэй Юань замер и медленно обернулся.
Цзяфу уже проснулась из-за его движения. Она сидела на постели, одной рукой прижимая одеяло к груди, а другой протирая глаза. Ее ясные глаза были полуприкрыты, лицо сияло утренней свежестью, а в голосе звучали сонная мягкость и легкая капризная леность.
Казалось, на ней вообще ничего не было. Поднявшись, девушка прижала край одеяла к груди, но ее гладкие плечи и белые руки всё равно оставались открытыми. Даже тусклый утренний свет не мог скрыть сияние ее кожи.
Она напоминала бегонию, томящуюся в весенней неге.
Пэй Юань почувствовал, как его глаз невольно дёрнулся. В груди забилось сердце, уголки глаз покраснели. Он на мгновение закрыл глаза и резко отвернулся.
Но за спиной снова прозвучал голос Цзяфу:
— Старший брат, теперь я ваша. Пусть прошлой ночью между нами ничего не произошло, после этого я уже не могу выйти замуж за другого.
Она, должно быть, тоже окончательно проснулась. Голос ее оставался мягким, но каждое слово звучало необычайно четко.
Воздух словно застыл.
Через некоторое время Пэй Юаня расправил плечи и медленно запахнул одежду.
— Оденься.
Голос его был хриплым.
Позади послышался тихий шелест одежды. Через некоторое время Цзяфу сказала:
— Я оделась.
Пэй Юань не сразу обернулся. Он еще долго стоял неподвижно, затем спросил:
— Вчера ты вернулась в свою комнату. Как же потом оказалась в моей постели?
В ответ воцарилось молчание.
Пэй Юань медленно повернулся. Его взгляд остановился на Цзяфу.
Рассвет постепенно становился светлее. Девушка завернулась в одежду, ее черные волосы лежали на плечах. Сначала Цзяфу неподвижно смотрела вниз, затем медленно подняла лицо и встретилась с его взглядом.
— Я сама вернулась, — тихо сказала она.
— Кто научил тебя, девушку, прибегать к подобным низким уловкам?
Его голос был напряженным, взгляд — мрачным.
— Я сама до этого додумалась…
Ресницы Цзяфу дрогнули, и она опустила голову.
Воздух снова застыл.
Сердце Цзяфу билось всё быстрее. На кончике ее носа выступили мелкие капли пота.
Она злилась на себя за малодушие. Изначально девушка всё продумала. Она собиралась сказать Пэй Юаню, что ночью он проснулся и попросил пить, она услышала это и пришла помочь. Он был пьян, схватил ее и потянул на постель, а она не смогла сопротивляться.
Если бы Цзяфу твердо придерживалась этой версии, даже не поверив ей, Пэй Юань уже не смог бы полностью снять с себя ответственность.
Она осмелилась забраться в его постель, но когда настал решающий момент, и он действительно задал ей вопрос, почему-то не смогла воспользоваться этой презренной отговоркой.
Даже если, услышав правду, он станет презирать ее или возненавидит, Цзяфу всё равно не захотела лгать. Подобная отговорка казалась ей отвратительной.
Как Пэй Юань мог быть таким человеком?
Ей было достаточно лишь остаться рядом с ним. Судя по ее интуиции, если он позволит ей остаться, то обязательно будет ее защищать. Всё остальное не имело значения.
Цзяфу так убеждала себя, подавляя подступившие тревогу и печаль. Собрав всё мужество, она снова подняла голову и встретилась с его взглядом.
— Старший брат, я всю ночь спала рядом с вами. Если вы всё равно не захотите меня, а мне каким-то чудом удастся вырваться из рук наследника и выжить, то до конца жизни я постригусь и стану монахиней!
Сказав это, она затаила дыхание и не мигая посмотрела на него.
Пэй Юань несколько мгновений молча смотрел на нее. Лицо его оставалось бесстрастным. Затем он вдруг сказал:
— Возвращайся в свою комнату. Без моего разрешения не выходи оттуда ни на шаг.
— Старший брат…
Цзяфу умоляюще посмотрела на него.
— Возвращайся в свою комнату.
Он повторил это и отвернулся.
Кровь в теле Цзяфу постепенно словно остыла. Девушка некоторое время сидела неподвижно, затем молча спустилась с постели и, опустив голову, медленно прошла мимо него.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
ну теперь то уже можно перестать прикидываться?)
хочу видеть настоящую Цзяфу