Из-за того что высокопоставленный монах проповедовал слово Будды, внизу не было слышно, что говорят люди. Му Ваньяо открыла рот, но Янь Шан не расслышал её слов.
Янь Шан склонил голову:
— Что?
Му Ваньяо вздернула подбородок, жестом приглашая его наклониться к её уху.
Янь Шан приклонил ухо и склонил голову; её голос коснулся его барабанных перепонок — звонкий и в то же время слегка чарующий.
В её тоне сквозила насмешка:
— Я говорю, наш чистый как лед и холодный как нефрит, бесстрастный второй господин Янь наконец-то соизволил явиться.
Уши Янь Шана обдало жаром.
Он отступил на шаг.
Му Ваньяо тут же схватила его за запястье, не давая уйти. Она напустила на себя суровый вид, выглядя недовольной.
Янь Шан понял, что она имеет в виду. Беспомощно он вынужденно приблизился к её уху и прошептал:
— Здесь слишком много людей, ничего не слышно из-за шума, давай сменим место.
Его дыхание коснулось мочки её уха.
Му Ваньяо резко прикрыла уши ладонями. Её уши покраснели до кончиков, и она мгновенно осознала, почему Янь Шан отстранился, когда она говорила с ним только что.
Когда дыхание касается уха человека противоположного пола, это действительно очень… двусмысленно.
Му Ваньяо вскинула веки, глядя на Янь Шана.
Он невозмутимо отвел взгляд.
Затем, прикоснувшись через рукав платья, он взял её за запястье и повел за собой наружу. Чуньхуа и остальные собирались последовать за ними, но Му Ваньяо обернулась и одарила их гневным взглядом, после чего слуги замерли, глядя в небо, и продолжили слушать проповедь.
Они вдвоем шли по бамбуковой роще на заднем дворе храма Юншоу.
Здесь наконец-то никого не было. Стоило им войти в рощу, Янь Шан извинился и отпустил запястье Му Ваньяо.
Му Ваньяо потерла руку, взглянула на него, но промолчала.
Они шли в молчании.
С той ночи это была их первая встреча. И едва увидевшись, они невольно вспомнили о случившемся… Если бы Янь Шан тогда не уклонился, у них бы всё свершилось.
Но даже при том, что он уклонился, сейчас… всё равно было очень неловко.
Му Ваньяо кашлянула, прерывая странную атмосферу между ними:
— Чем ты был занят весь этот месяц?
Янь Шан опустил глаза и тихо ответил:
— Мы с Цзюй Юанем договорились вместе сдавать экзамен Босюэ хунцы1, к октябрю этого года будут результаты. В ближайшие месяцы я буду занят этим делом.
Му Ваньяо сухо отозвалась:
— О.
И снова разговор оборвался.
Постепенно Му Ваньяо начала злиться: почему он молчит? Неужели она сама должна придумывать темы для разговора? С какой стати? О чем ей вообще с ним говорить? Она не видела его целый месяц, откуда взяться новостям?
Она ведь совсем его не знает!
В порыве негодования Му Ваньяо тут же прибавила шагу, оставив Янь Шана позади.
Янь Шан оторопел: в одно мгновение принцесса, которая только что шла почти плечом к плечу с ним, умчалась прочь, словно всадник, оставляющий за собой лишь облако пыли.
Янь Шану ничего не оставалось, кроме как догнать её:
Ему пришлось снова протянуть руку и схватить её за запястье, чтобы заставить остановиться. Она посмотрела на него, поджав губы, и на её лице было написано явное недовольство. Янь Шан встретился с ней взглядом и тихо вздохнул:
— Это моя вина. Я молчал и заставил Дянься чувствовать неловкость.
Му Ваньяо высвободила руку и отвернулась к бамбуковым листьям:
— …Хорошо, что ты это понимаешь!
Она холодно добавила:
— Я вижу, ты очень занят. Неужели ты искал меня сегодня только ради того, чтобы посмотреть на кости Будды? Если есть дело — говори быстрее. У меня есть другие дела, и мне некогда тратить на тебя время.
Янь Шан достал из-за пазухи свиток и протянул ей. Му Ваньяо с сомнением взяла его, перевернула пару страниц, и её веки слегка дрогнули.
Это был список имен.
Там были не только имена, но и биографические сведения, происхождение… все было расписано крайне подробно.
Янь Шан заговорил:
— В Академии Хунвэнь я познакомился с некоторыми учеными мужами и обнаружил, что в этом мире есть те, кто на самом деле не желает примыкать к какой-либо стороне. Они готовы пойти к кому-то на службу, но не хотят быть привязанными к одной лодке всю жизнь. Я слышал от Цзюй Юаня, что такие великие кланы, как род Вэй, и вовсе никогда не выбирают сторону. К тому же, помня урок Ли-ши из Цзиньлина, род Вэй стремится к долголетию, а не к знатности. Поэтому они вряд ли станут опорой для какого-либо принца, в лучшем случае выделят несколько человек, чтобы помогать то тут, то там.
Му Ваньяо погрузилась в раздумья.
Янь Шан посмотрел на неё и вдруг спросил:
— Дянься хорошо знает Цзюй Юаня?
Му Ваньяо оторопела, а затем её лицо внезапно помрачнело — она подумала, что он упрекает её в близости с Вэй Шу. Она бросила:
— Какое тебе дело? Разве я не могу водить дружбу с другими мужчинами?
Янь Шан растерялся, поняв, что она превратно его поняла. Он объяснил:
— Я лишь хотел на примере Цзюй Юаня поведать Дянься о помыслах великих кланов.
— В случае с Цзюй Юанем, у которого есть разногласия с семьей, он, вероятно, выберет путь преданного чиновника. Говорят, на днях Цзюй Юань даже поссорился со своим дагэ, и об этом раздоре между седьмым господином Вэй и родом Вэй узнал весь Чанъань. Я же считаю: то, что род Вэй позволил всему Чанъаню узнать об их разладе с Вэй Цзюйюанем, явно сделано для того, чтобы вывести его из круга семьи и дать ему возможность пойти иным путем. В конце концов, если подумать, Цзюй Юань не планирует искать покровительства императорской власти, так зачем старшему господину из рода Вэй публично порицать младшего брата? Вероятно, это лишь способ гарантировать, что у рода Вэй будет не один-единственный путь.
- Босюэ хунцы (博学宏词科, bó xué hóng cí kē) — особый вид императорского экзамена для отбора наиболее эрудированных и одаренных в литературе ученых мужей. ↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
