Янь Шишэн же снова сказал:
— Но я действую открыто, это не тайный заговор. Я и не собирался вредить принцессе, тебе действительно не о чем беспокоиться. Я лишь… прощупываю почву и ищу путь к будущему.
Его слова наконец-то успокоили Янь Сяочжоу.
Она посмеялась над собой, думая, чего же она боится. Второй старший брат Янь — хороший человек.
Погодите, второй старший брат Янь ведь хороший человек… верно?
Дождь прекратился.
Принцесса Даньян и ее спутники, в крайнем изнеможении, блуждали по лесу еще один день. Снова стемнело, густой туман вновь окутал высокие деревья.
Шивэй, обессилев, прислонились к стволам деревьев, чтобы отдохнуть.
Му Ваньяо, сжимая кинжал, сидела у костра. После двух дней скитаний они так и не выбрались из этого горного леса. Какой бы сильной ни была ее воля, сейчас она не могла совладать с тревогой.
Со временем она почувствовала недомогание: то бросало в жар, то в холод, а в голове все мутилось.
Фан Тун подошел к принцессе. Глядя сверху вниз на ее лицо, бледное в отсветах пламени, он негромко произнес:
— У Чуньхуа все еще сильный жар, она не приходит в сознание.
Му Ваньяо рассеянно отозвалась:
— Хм.
Другой шивэй приблизился и тревожным голосом сообщил принцессе:
— Дянься, кажется, мы столкнулись с «бесовской стеной»1. Мы кружим в этом лесу и не можем выбраться.
Голос его был достаточно громким, и многие шивэй, услышав слова о «бесовской стене», поддались панике.
Му Ваньяо холодно взглянула на шивэй, упомянувшего «бесовскую стену», и отрезала:
— Просто в последние дни погода не задалась, и в лесу поднялся туман. Это вы, кучка никчемных людей, не способны определить направление. Не ищите оправданий собственной бесполезности.
Люди тут же понурили головы, осознавая вину. Хоть принцесса и отругала их, ее присутствие как опоры уняло их страх.
Увидев, что они успокоились, Му Ваньяо поднялась. Когда она вставала, ее тело слегка качнулось, и Фан Тун поспешил поддержать ее.
Му Ваньяо подала Фан Туну знак, и они отошли в сторону.
Фан Тун понизил голос, полный беспокойства:
— Как и сказала Дянься, туман в лесу слишком густой. Если мы не выберемся, «змеиный яд» в теле Чуньхуа некому будет излечить, и она, боюсь, погибнет здесь.
Му Ваньяо на мгновение задумалась.
Она произнесла:
— Чуньхуа больше не может ждать, мы продолжаем путь.
Фан Тун возразил:
— Это всего лишь служанка. Все уже вымотаны…
Му Ваньяо ровным голосом ответила:
— Это не просто служанка.
Она устремила на Фан Туна взгляд своих холодных прекрасных глаз и медленно произнесла:
— Если я смогла вывести вас из земель Умань, то, конечно, смогу вывести и из этой «бесовской стены».
Она обернулась, глядя на густой туман, окутавший мир.
Чистый голос девушки прозвучал в ушах у каждого:
— С той ночи, как мы покинули земли Умань, я поклялась: я не позволю тем, кто рядом со мной, снова жертвовать собой или получать раны!
Ее взгляд пронзал каждого шивэй, она чеканила каждое слово:
— Я не оставлю ни одного из вас! А теперь — за мной!
Все застыли, глядя на принцессу, а затем без единого слова один за другим поднялись, перехватывая оружие. Они молча шли сквозь лесную чащу, и в шорохе шагов чувствовалась их решимость следовать за принцессой.
Шли они в молчании неведомо сколько времени. Туман неотступно преследовал их, казалось, они все еще кружат на месте, но никто больше не проронил ни слова, чтобы не сеять смуту.
Му Ваньяо шла впереди всех. Внезапно какой-то звук заставил ее затуманенный разум мгновенно проясниться. Она сделала два быстрых шага, раздвинула траву высотой в полчеловека и увидела кого-то с фонарем, идущего навстречу. Она замерла, наблюдая. Юный книжник, шедший по лесу с фонарем, внезапно поднял глаза.
Их взгляды встретились.
…Это был Янь Шишэн!
Стоя среди сорных трав, он улыбнулся ей — тепло и мягко:
— В добром ли здравии Му-нянцзы?
- Бесовская стена (鬼打墙, guǐ dǎ qiáng) — китайское народное суеверие о призраке, который сбивает путника с пути, заставляя его бесконечно ходить кругами. ↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
