И вот оба затаили дыхание, у обоих сердца от напряжения едва не выпрыгивали из горла, и оба от этого были счастливы.
Слегка прикусывая, посапывая и лаская друг друга, они полагали, что это и есть поцелуй.
Но после таких недолгих касаний Му Ваньяо не только раскраснелась донельзя, но и у Янь Шана на висках выступил пот. Он инстинктивно чего-то желал, но, привыкнув постоянно сдерживаться, сам не вполне понимал, чего именно. Однако рвущееся наружу1 желание сделало его руки, сжимавшие её плечи, обжигающе горячими и сильными.
Поцелуй за поцелуем. Хотя это и не были настоящие поцелуи, они уже начали нащупывать верный путь.
Неизвестно, кто начал первым, неизвестно, кто схватил другого за рукав. Пока один склонял голову, а другая поднимала лицо, пока они то закрывали, то открывали глаза, их дыхание смешалось в единый аромат.
Когда Му Ваньяо пришла в себя, она уже не просто сидела, прислонившись к его плечу. Сама не заметив когда, она оказалась на руках у Янь Шана — он усадил её к себе на колени. Одной рукой он обнимал её за плечи, а ладонь другой прижал к её щеке. Когда её щёки запылали, она крепко обхватила его за шею, издавая тонкие, нежные звуки.
Янь Шан с трудом отстранился.
Му Ваньяо широко раскрыла глаза и удивленно посмотрела на него.
Янь Шан, сгорая от неловкости, отвернулся.
Му Ваньяо прильнула к его уху и, смущаясь, прошептала:
— Ты… ты… твоё тело словно изменилось… немного как… как в ту ночь в брачных покоях, ты знаешь?
Янь Шан сжал губы.
— Я знаю, — неловко проговорил он. — Ты можешь об этом больше не говорить?
В тот миг он позабыл называть её Дянься, а себя — вэйчэнь.
Му Ваньяо послушно отозвалась «о» и приникла к его шее, позволяя ему обнимать себя. Она завороженно смотрела на перекатывающийся кадык на его шее; ей хотелось протянуть руку и коснуться его, но она чувствовала, что это, пожалуй, не очень пристойно. Так она и смотрела в оцепенении, борясь с внутренним порывом.
В то же время она заметила на шее Янь Шана пот. Мелкие капли пота, кадык дергался.
Он застыл, словно камень.
Как только Му Ваньяо почти не удержалась и собралась дотронуться до него, едва она подняла руку, Янь Шан перехватил её пальцы. Му Ваньяо вздрогнула, подумав, что он заметил её любопытство и не позволяет коснуться.
Му Ваньяо виновато посмотрела на Янь Шана, он опустил взгляд, и их глаза встретились.
Спустя мгновение борьбы с собой, он всё же не выдержал и прошептал ей на ухо:
— Можно… можно попробовать один раз?
— Хорошо, — растерялась Му Ваньяо. — Твоё лицо такое красное. Но что пробовать? Я не понимаю. Второй старший брат Янь, можешь ты говорить немного яснее?
Лицо Янь Шана покраснело ещё сильнее.
Он долго молчал, а затем заговорил совсем тихо — если бы Му Ваньяо не прижималась к нему, она бы точно не расслышала:
— …Как… как в тот вечер, в брачных покоях. Я… я хочу… хочу.
Му Ваньяо на миг замерла.
Она боялась боли и немного не хотела. Но момо из дворца говорила, что после первого раза болеть больше не будет. К тому же… в прошлый раз из-за волнения и стыдливости она всё время держала глаза закрытыми и так и не смогла как следует рассмотреть второго старшего брата Янь без одежды.
Когда любишь человека, инстинктивно действительно хочется на него смотреть.
Видеть его любым, особенно в постели.
Му Ваньяо радостно кивнула и прищурилась:
— Хорошо!
Однако сказать было легко, а сделать — трудно.
Му Ваньяо и вправду была очарована Янь Шаном, но когда он прижал её к постели и начал, вся её нежность мигом улетучилась от боли. Она побледнела, но, видя, как он сдерживается, изо всех сил старалась подстроиться. Но она не знала, в чём причина, ей просто было больно, очень больно… Не так, как в прошлый раз, но всё же неприятно!
Он положил руку рядом с подушкой, нахмурился и слегка сжал кулак. А Му Ваньяо закрыла глаза и тихо всхлипнула.
Слёзы застыли на её ресницах, она прерывисто дышала и дрожала.
Услышав её всхлипы, Янь Шан с трудом очнулся от охватившего его наслаждения и замер, глядя на неё. В тёплом пологе витал аромат, но девушка в его объятиях плакала и всхлипывала, и он сам на самом деле тоже… Янь Шан мгновенно ощутил поражение и крайнюю неловкость.
Среди груды расшитых одежд он отстранился, обхватил её за плечи и усадил. Успокаивающе похлопывая её по плечу, он хрипло произнес:
— Тише, тише, мы не будем этого делать, не плачь.
— Я тоже не хочу плакать… — пробормотала Му Ваньяо.
На самом деле было не так уж больно, но всё же больно… И стоило Янь Шану начать её утешать, как она словно стала совсем хрупкой, и умеренная боль превратилась в невыносимую. Чем больше он её утешал, тем сильнее текли слёзы. Она в смятении думала, почему всё так, ведь это совсем не приносило удовольствия.
Прислонившись к подушкам, она сидела с растрепанными волосами, её лицо раскраснелось, но под румянцем проступала бледность. Она всё ещё упрямилась:
— Не обращай на меня внимания, продолжай…
Янь Шан горько усмехнулся. Своими пальцами он стирал слёзы под её глазами, чувствуя, что даже они ему бесконечно дороги, но он не смел заставлять её плакать.
— Как я могу не обращать на тебя внимания? — сказал Янь Шан. — Я правда больше не буду, только не хмурься.
Он обнимал её, шепча множество ласковых и нежных слов. Своё физическое неудобство он подавил волей; поначалу его прошиб холодный пот, но со временем напряжение спало. Пока Янь Шан в душе беспрестанно вздыхал, Му Ваньяо наконец перестала плакать.
- Готовый выйти по первому зову (呼之欲出, hūzhīyùchū) — образное выражение, означающее нечто крайне живое, явственное или близкое к проявлению. ↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
