Мощь Зерцала инь-янских бедственных волн не вызывала сомнений. Цинь Янлин неспешно вышел на середину тренировочной площадки и вновь уселся на землю.
Он тренировал этот приём долгие годы и, разумеется, был безмерно уверен в своём методе сдерживания. Не только Лэй Сююань, едва преодолевший третий порог, но и ученики, перешагнувшие четвёртый, не смели недооценивать его силу. Одной этой техники было достаточно, чтобы старейшины не желали отказываться от него. Людей с духовным корнем чистой стихии воды было немало, но не каждый, подобно Цинь Янлину, мог довести владение Зерцалом инь-янских бедственных волн до такого совершенства.
Он сидел неподвижно и даже не смотрел наружу. Хотя Зерцало бедственных волн и напоминало добровольное заточение в нарисованном на земле круге, он знал, что Лэй Сююань обязательно войдёт внутрь. Большинство заклинаний, изучаемых приверженцами стихии металла, требовали ближнего боя, и как только противник окажется внутри, он неизбежно проиграет.
Все взгляды сейчас были прикованы к Лэй Сююаню. Люди гадали, какой приём он применит. Тот же, скрестив руки на груди, постоял некоторое время за пределами действия Зерцала инь-янских бедственных волн, а затем внезапно взмахнул рукой. Раздался резкий звук, похожий на свист бамбукового свистка, и в его ладони сконденсировался сияющий летающий меч, который мгновенно превратился в золотой луч и исчез из поля зрения наблюдателей.
Этот пронзительный звук то удалялся, то приближался, он был стремительным и неуловимым. Однако стоило мечу влететь в радиус действия Зерцала бедственных волн, как спустя всего три вздоха раздалось несколько звонких ударов «кэн-кэн», и лезвие мгновенно сковало льдом. Хотя меч был непревзойдённо острым и в мгновение ока пронзил ледяную корку, он не мог противостоять отражениям бесчисленных зеркальных поверхностей. Спустя мгновение летающий меч был намертво заморожен в толще льда в несколько чжанов и больше не мог пошевелиться.
Золотой свет мелькнул, и Лэй Сююань развеял технику. Лёд, сковавший меч, вмиг исчез без следа. Цинь Янлин не удержался от холодной усмешки и лениво произнёс:
— Лэй-ши-ди, в радиусе действия Зерцала бедственных волн замёрзнет даже божественное оружие. Ты слишком недооцениваешь меня, используя простую технику летающего меча!
Не успел он закончить, как снова раздался резкий свист. На этот раз летающий меч зашёл с тыла и вдребезги разбил одно ледяное зеркало. Однако не прошло и трёх вздохов, как на его месте возникло новое. Лэй Сююань снова развеял технику и потер подбородок, явно над чем-то раздумывая.
Наблюдавшие за боем сверху люди невольно разволновались. Лэй Сююань дважды пытался прощупать мощь Зерцала инь-янских бедственных волн с помощью техники летающего меча, но результат оставлял желать лучшего. Чем сильнее заклинание было похоже на рисование круга на земле для превращения его в темницу, тем труднее было его разрушить. Если использовать мощные приёмы, чтобы сокрушить зеркала, как это только что делала Чжао Минь, то Цинь Янлин быстро возведёт новые, и в итоге нападающий сам окажется в ловушке в зоне действия техники.
Ху Цзяпин тоже ломал голову над этой задачей. На его месте он бы использовал непрерывную серию мощных ударов, чтобы разбивать зеркала быстрее, чем они успевают восстановиться за три вздоха, но Лэй Сююань, вероятно, ещё не достиг такого уровня мастерства…
Внезапно Лэй Сююань пришёл в движение. Сосредоточенно сложив печати, он в следующий миг призвал бесчисленные золотые лучи, которые, бурля, вырвались из-под земли. Хрупкие ледяные зеркала тут же рассыпались по полу. Цинь Янлин уже успел взмыть в воздух на облаке, избегая мощи этой техники «Золотого дракона, пронзающего землю», и собирался снова возвести зеркала, но, к его удивлению, поток «Золотых драконов» не прекращался. Плитка на тренировочной площадке давно превратилась в крошево. Цинь Янлин вздрогнул, внезапно ощутив движение воздуха за затылком. Его реакция была молниеносной: он тут же воздвиг вокруг себя стены стихии земли. Снова раздался громкий лязг — золотой световой меч в руках Лэй Сююаня пронзил земляную стену, и его раскалённое острие едва не коснулось плеча Цинь Янлина.
Цинь Янлин от ужаса превратился в сгусток тумана и отлетел на десяток чжанов, спешно возводя новые земляные стены. Однако перед его глазами метались золотые огни: Лэй Сююань, обратившись золотым лучом, стремительно преследовал его. Взмахом руки он разрубил земляную стену, и резкий порыв ветра от меча даже рассёк одежду на груди Цинь Янлина.
Он подобрался вплотную! В ладони Цинь Янлина мелькнула тень и свет, появилось маленькое ледяное зеркало, но как бы он ни старался, он не мог поймать противника в отражение. Движения Лэй Сююаня были стремительными и неуловимыми. Несокрушимая мощь и молниеносная скорость техники бессмертных стихии металла ослепляли. На какое-то мгновение показалось, что на тренировочной площадке появилось бесчисленное множество золотых силуэтов — истинных и ложных, непредсказуемых и трудноразличимых.
Все земляные стены, что возводил Цинь Янлин, мгновенно разрубались в щепки. Внезапно он почувствовал острую боль в спине — острие меча вошло под лопатку на полцуня. Он вскрикнул от боли и снова воздвиг земляную стену, окружив себя несколькими ледяными зеркалами, обращёнными поверхностью наружу. Золотые силуэты уже отступили вдаль. Несколько сгустков золотого тумана вырвались наружу, перемалывая ледяные зеркала в осколки. Лэй Сююань широко развёл руки, и этот туман внезапно превратился в золотую сеть, которая накрыла Цинь Янлина с головой, намертво заперев его внутри.
Золотой световой меч в руках Лэй Сююаня превратился в длинный лук, на тетиве которого ярко сияли три золотые стрелы. Он резко натянул лук, выгнув его подобно полной луне. Три стрелы, подобные падающим звёздам, со свистом полетели в запертого в золотой сети Цинь Янлина.
Первые две стрелы силой сокрушили последние два слоя земляных стен. Цинь Янлин не успел среагировать, как почувствовал жгучую боль в плече — золотая стрела пронзила его ключицу и умчалась в небо. От этой властной и резкой силы его тело отбросило назад.
Эта череда заклинаний была запредельно быстрой и свирепой. Множество учеников вокруг даже не успели вскрикнуть, все замерли, ошеломлённые. Вот это называлось битвой, вот это был настоящий поединок! Все предыдущие схватки по сравнению с этой казались просто детской игрой.
Лэй Сююань уже собирался продолжить атаку, как вдруг почувствовал, что его стопы словно примерзли к месту. Он слегка вздрогнул и увидел, что прямо позади него лежит маленькое ледяное зеркало размером всего с ладонь. Одним ударом он разбил его, но перед глазами всё поплыло, и вокруг снова возникло множество ледяных зеркал. Он попытался отступить, обратившись в золотой свет, но опоздал лишь на миг. Неизбежный холод в мгновение ока сковал его ноги льдом. Пронзительная стужа, исходящая от льда, заставляла силы покидать тело, мешая применять техники. Золотой световой меч в его руке начал тускнеть и в конце концов растворился в пустоте.
Цинь Янлин медленно поднялся с земли. Выглядел он крайне жалко: ученическое одеяние в пятнах крови, а в плече — зияющая кровавая рана. Мышцы на его лице подёргивались от боли. Он поспешно возвёл лечебную сеть и с искажённым лицом уставился на замороженного Лэй Сююаня.
— Лэй-ши-ди, ты всё ещё слишком зелён, — с ненавистью произнёс он. Немного отдышавшись, он снова медленно сел на землю. — Эту обиду за несколько ударов мечом я буду возвращать тебе не спеша.
В его ладони тоже внезапно появился маленький летающий меч, размером всего с указательный палец, издающий свистящие звуки. Меч начал кружить в воздухе и вдруг резко сорвался с места, оцарапав щеку Лэй Сююаня. На его лице тут же проступил красный след, и лишь спустя долгое время из него медленно начала сочиться кровь.
Дунъян-чжэньжэнь внезапно произнёс:
— Я уже говорил: если будут замечены преднамеренные действия с целью причинения вреда, поединок будет немедленно аннулирован!
Цинь Янлин рассмеялся:
— Старейшина Дунъян, я всего лишь заморозил его и немного оцарапал лицо. Разве это можно назвать преднамеренным вредом? Разве вы не видите моих ран?
В душе Дунъян-чжэньжэня закипал гнев:
— В середине поединка можно признать поражение, запомните это правило!
Он намеренно напоминал Лэй Сююаню, чтобы тот не упрямствовал. Уровень совершенствования Цинь Янлина изначально был выше, а после того, как противника сковало Зерцало инь-янских бедственных волн, шансов на спасение не оставалось вовсе. Признать поражение не было постыдным. Но если тот будет держаться из последних сил и ни за что не уступит, он, как старейшина, не сможет принудительно остановить бой. Цинь Янлин был прав: маленький летающий меч можно было счесть пустяком, а не преднамеренным вредом. Если и искать причину для гнева, то это было его извращённое поведение, подобное игре кошки с мышкой.
Использование маленького меча для истязания соперника в поединке учеников было почти что актом унижения.
Лэй Сююань не произнёс ни слова. Он молчал, позволяя этому игрушечному мечу летать вокруг своего тела, разрез за разрезом рассекая одежду и кожу. Царапины от меча были лишь лёгкими повреждениями, но раны располагались так плотно друг к другу, что его ученическое одеяние постепенно покрывалось кровавыми пятнами.
Лифэй чувствовала, что её ладони стали влажными от пота. Су Вань, стоявшая рядом, крепко обняла её, не зная, стоит ли утешать подругу или поддаться гневу. То, чего они боялись больше всего, всё-таки случилось. Характер Лэй Сююаня не позволил бы ему признать поражение, и теперь он подвергался унизительным истязаниям со стороны Цинь Янлина.
Ху Цзяпин крепко нахмурился: неужели этот малец и впрямь собирается упрямиться до конца, не признавая поражения? Предыдущий поединок был проведён на редкость красиво, и признать поражение сейчас не было бы чем-то зазорным; напротив, это стало бы доброй притчей. За много лет на собрании по состязанию в фаншу не случалось столь ярких и яростных настоящих схваток. Если он продолжит упираться, то через пол-шичэня бой всё равно будет прекращён принудительно, и вот тогда проигрыш станет истинным позором.
Цинь Янлин в душе торжествовал. Это чувство превосходства и воодушевления приносило ему такой восторг, какой не смогло бы подарить тело ни одной, даже самой прекрасной женщины. В его ладони внезапно появился ещё один маленький летучий меч; со свистом пронесшись в воздухе, он перерезал ленту, стягивающую волосы Лэй Сююаня. Длинные волосы тут же рассыпались по плечам, закрывая окровавленные щеки.
— Лэй-ши-ди, я уже предостерегал тебя, — Цинь Янлин громко расхохотался. — Чем выше поза, тем болезненнее будет кувырок. Сдавайся, мне уже недосуг с тобой возиться.
Чем выше поза, тем болезненнее будет кувырок (姿态越高，日后跟头栽得便越惨, zītài yuè gāo, rìhòu gēntou zāi dé biàn yuè cǎn) — образное выражение, означающее, что чем больше человек заносится в своей гордыне, тем тяжелее будет его падение.
Лэй Сююань по-прежнему хранил молчание. Внезапно он шевельнулся и сделал шаг. Лёд толщиной в чи под его ногой с лёгким треском рассыпался в крошку. Он шаг за шагом направлялся к Цинь Янлину. Холодные блики, отражённые Зерцалом инь-янских бедственных волн, сыпались дождём стрел, но почему-то ни один из них не мог поразить его тело. Он шёл небыстро, но в его движениях сквозила странная лёгкость и стремительность, словно внутри него была заключена пугающая сила.
Цинь Янлин вдруг почувствовал, как над головой потемнело: огромные клубы чёрных туч поглотили его. Лэй Сююань нырнул в это облако. Тучи неистово клубились и закручивались, так что никто не мог видеть, что происходит внутри. Слышались лишь истошные вопли Цинь Янлина, от которых волосы вставали дыбом.
Дунъян-чжэньжэнь в ужасе выкрикнул:
— Лэй Сююань! Лэй Сююань! Немедленно убери застилающие солнце чёрные облака1!
Лифэй замерла как вкопанная. И не только она — каждый присутствующий оцепенел, не совсем понимая, что произошло в это мгновение и как ход боя внезапно перевернулся. Жи Янь повёл ушами, не мигая уставившись на облако, но затем на его морде появилось брезгливое выражение.
— А я-то думал, он явит какое-то великое могущество! Хм! Оказывается, использовал такую подлую и низкую технику из низших девяти разрядов! — холодно бросил он.
Едва он договорил, как из густых чёрных туч кто-то выкатился. Это был Цинь Янлин. Он катался по земле, то ли плача, то ли смеясь; крики его не прекращались, а лицо было перепачкано слезами и соплями.
Дунъян-чжэньжэнь поспешно приземлился рядом с ним и, внимательно присмотревшись, замер в замешательстве. Это… это что, техника щекотки? Судя по всему, тот, кто применил это заклинание, не сдерживался: Цинь Янлин извивался на земле от нестерпимого зуда, то рыдая, то хохоча, словно безумный. О бессмертных техниках не могло быть и речи. Он, вероятно, даже подняться не мог, весь перепачкавшись в грязи.
Густые тучи постепенно рассеялись, и на разбитой арене появилась фигура Лэй Сююаня. Лицо его по-прежнему ничего не выражало. Взмахом руки он снял заклинание щекотки с Цинь Янлина, и несчастный Цинь-ши-сюн наконец перестал вопить, потеряв сознание с дыханием, подобным плывущей нити.
Лэй Сююань победил! Сначала вокруг воцарилась мёртвая тишина, но вскоре она сменилась оглушительным гулом, от которого, казалось, задрожал весь город. Сложив руки в приветственном жесте, Лэй Сююань поднялся на облаке в воздух. Навстречу ему устремились многие. Дэн Сигуан, жестикулирующий и бессвязно бормочущий от радости, Су Вань, беспрестанно прыгающая на месте, Ху Цзяпин с едва не отвисшей челюстью и многие ученики пика Яогуан.
Лэй Сююань глазами искал лишь одного человека. Внезапно он почувствовал, как его крепко обхватили. Лифэй бросилась к нему и на глазах у всех прижала к себе.
Она так и не произнесла ни слова, но всё её тело било крупной дрожью. Она не могла унять этот трепет. В голове всё перемешалось: тревога, радость, боль и ликование. Ей хотелось лишь одного — дать волю слезам и разрыдаться.
Вдруг она почувствовала тяжесть на плече: Лэй Сююань уткнулся головой ей в шею. Его голос прозвучал очень хрипло и тихо:
— Уходим.
Уходим? Лифэй на мгновение оторопела. Внезапно она ощутила на коже запах крови и нечто горячее. Струйки внезапно хлынувшей крови быстро окрашивали светло-коричневую ученическую одежду Лэй Сююаня в алый цвет.
- Застилающие солнце чёрные облака (乌云蔽日, wū yún bì rì) — образное описание густых туч, полностью скрывающих солнечный свет. ↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
