В тот вечер в итоге все напились до беспамятства, даже Лэй Сююань, подпирая подбородок рукой, едва держался. Лифэй уже давно крепко спала, прислонившись к его плечу, Чанъюэ тоже была пьяна до беспамятства и прильнула к Байли Гэлинь. Цзи Тунчжоу остекленевшим взглядом сверлил чарку в своей руке. Захмелевший Е Е шутил с Гэлинь, а та от опьянения и вовсе перепутала Лэй Сююаня с каким-то знакомым учеником и, смеясь, вцепилась ему в руку.
Лэй Сююань осторожно высвободил руку и негромко, с оттенком усталости, спросил:
— За эти пять лет вы слышали какие-нибудь вести о Чжэнь Юньцзы?
Его всё время тревожил этот вопрос, но в присутствии Цзи Тунчжоу было неудобно говорить прямо. Теперь тот наконец опьянел, впрочем, остальные были не лучше. Е Е даже начал глупо хихикать:
— Не… не слышал…
Цзи Тунчжоу вдруг встрепенулся и пробормотал заплетающимся языком:
— Цяньбэй Чжэнь Юнь? Что с ним? Его силы иссякли настолько, что он больше не мог оставаться старейшиной сюаньмэнь, и отправился странствовать, чтобы развеяться?
Странствовать, чтобы развеяться? Лэй Сююань невольно погрузился в раздумья.
Раньше они думали, что, лишившись защиты академии, столкнутся с бурями и грозами, но кто же знал, что пять лет в ордене пройдут ещё спокойнее, чем в академии. Очевидно, причиной тому было почти затворническое обучение новобранцев в бессмертных орденах. То, что Чжэнь Юньцзы не мог найти лазейку для удара, ещё ладно, но полное отсутствие новостей совсем не соответствовало его стилю. В своё время он сумел скрываться на всём пути от академии до Цинцю и так долго вынашивал свои планы. Разве мог он теперь просто «странствовать, чтобы развеяться»?
Однако он был слишком пьян, чтобы размышлять об этом глубже. Видя, что все вповалку разлеглись на столах и стульях, а Лифэй сладко спит, приткнувшись к его плечу, Лэй Сююань в конце концов тоже не выдержал и, откинувшись на спинку стула, медленно заснул.
Три дня пролетели в мгновение ока. В городе собиралось всё больше учеников Горной и Морской фракций. За исключением немногих молодых учеников лет шестнадцати-семнадцати, таких как Лифэй и её друзья, большинству прибывших было по двадцать-тридцать лет. Они давно вышли из возраста порывистых юношей. Ученики Горной и Морской фракций уживались друг с другом на удивление мирно. Порой в трактирах можно было увидеть, как они сидят вперемешку, выпивают и болтают. Атмосфера была весьма гармоничной и совсем не напоминала то противостояние двух фракций, о котором тогда говорили ученики Союза Гуаншэнхуэй.
В Час У четвёртого дня ученики Горной и Морской фракций, задержавшиеся здесь на три дня, наконец отправились вслед за своими старейшинами, покидая город с явной неохотой. Спустя примерно час полёта все опустились на бескрайний пустынный берег с серебристым песком. Морская гладь напротив была необычайно спокойной, однако в лазурно-чистой воде скрывалась чёрная дымка. Ученики с первого взгляда узнали в ней магическую силу барьера. Неужели место испытаний находится прямо в море?!
Лэй Сююань окинул взглядом окрестности. Ученики Горной фракции стояли с одной стороны, Морской — с другой. В каждой группе было примерно по сто человек. Для бесчисленных, словно звёзды, сект и орденов то, что Горная и Морская фракции выставили для первого контакта всего по сто учеников с каждой стороны, было прискорбно мало. Казалось, в этой первой встрече обе стороны проявляли крайнюю осторожность.
В этот момент и горцы, и моряки перешёптывались, оживлённо обсуждая и гадая, каким окажется это место испытаний. Должно быть, даже для учеников Морской фракции то, что новое место испытаний находится в море, было делом диковинным — на лицах людей из Союза Гуаншэнхуэй тоже читалось изумление.
Спустя короткое время послышался свист ветра над головой, и в мгновение ока перед собравшимися предстали трое седовласых бессмертных с лицами младенцев. Множество старейшин Горной и Морской фракций тут же вышли вперёд, сложив руки в приветствии. Зоркая Лифэй сразу разглядела среди них давно не виденного Цзоцю-сяньшэна и тут же пришла в волнение.
Дунъян-чжэньжэнь с улыбкой произнёс:
— Цзоцю-сяньшэн, как ты находишь сто учеников Горной фракции? Как ты и просил, были отобраны лучшие из тех, кто преодолел второе препятствие.
Шэнь-сяньшэн из Союза Ваньсяньхуэй Восточного моря тоже рассмеялся:
— Верно! Мои сто учеников Морской фракции также лучшие из лучших, прошедшие через огонь и воду!
Цзоцю-сяньшэн ответил на поклон и мягко сказал:
— Это замечательно. Благодарю всех за труды. Вы проявили искреннее желание помочь, и я, Цзо Цю, безмерно вам благодарен.
Гуан Вэй-чжэньжэнь с улыбкой добавил:
— Цзоцю-сяньшэн смотрит далеко вперёд. Раз уж ты намерен навести мосты, почему бы нам не пойти навстречу? Этот визит к Восточному морю и впрямь открыл нам глаза. Пусть ученики моей Горной фракции увидят всё великолепие Морской фракции, это лучше, чем целыми днями прозябать, словно лягушка на дне колодца.
Несколько старейшин Морской фракции поспешили обменяться вежливыми фразами. Видя, как старейшины любезно и гармонично беседуют, Лифэй потянула Лэй Сююаня за рукав и прошептала:
— Смотри, даже Цзоцю-сяньшэн пришёл. Наверняка нас не заставят сражаться с Морской фракцией.
Лэй Сююань задумался:
— Раз уж нужно наладить связь и при этом разведать силы друг друга, не нарушая согласия, значит, ученики Горной и Морской фракций вместе войдут в место испытаний и свободно разделятся на группы.
— Из чего сделана твоя голова? — Лифэй подняла руку и погладила его по макушке. — То одно угадаешь, то другое. Дай-ка я её вскрою и посмотрю, что там внутри.
Лэй Сююань хотел было рассмеяться, но сдержался. Он тоже погладил её по макушке и тихо произнёс:
— Уж точно не как у тебя — полная голова чистой водицы.
Лифэй тут же принялась разминать пальцы, намереваясь, как в детстве, угрожающе хрустнуть ими, но, увы, за те несколько лет, что она не совершала подобных уличных замашек, суставы подвели её и не издали ни звука.
Лэй Сююань больше не мог сдерживаться и прыснул:
— Глупышка.
Лифэй всё ещё была занята своими пальцами, которые никак не желали хрустеть. Неужели она совсем растеряла свои прежние навыки рукопашного боя? Почему с возрастом она кажется слабее, чем была раньше?
Лэй Сююань крепко сжал её руку, и её сердце вдруг дрогнуло. В этот момент раздался зычный голос Дунъян-чжэньжэня:
— Ученики Горной фракции, слушайте внимательно! Сейчас вас отправят в новое место испытаний Восточного моря. Тамошние условия совершенно не похожи на то, к чему вы привыкли, их нельзя измерять привычным здравым смыслом. Это испытание Горная и Морская фракции проведут совместно. Это великое событие для обеих сторон, поэтому будьте предельно серьёзны и не смейте проявлять беспечность!
Среди учеников снова поднялся гул. За три дня, проведённых здесь, глядя на то, как собираются силы двух сторон, даже самый глупый мог осознать истинную суть этого испытания. Действительно ли это означало начало сближения Горной и Морской фракций?
— В этом месте кишат демоны, оно невероятно опасно. Всего там находится тридцать демонических плодов чжу. По возвращении каждая группа должна собрать как минимум три штуки. Те, кто не наберёт три плода, будут считаться проигравшими. Демонические плоды чжу могут собирать только демоны, даже не надейтесь заполучить их человеческими силами.
Как только Дунъян-чжэньжэнь закончил говорить, среди учеников Горной фракции снова поднялся шум. Тридцать демонических плодов чжу, минимум по три на группу… А ведь всего здесь двести учеников! Как бы они ни делились, в группе никак не могло оказаться по двадцать человек. Это значило, что им придётся не только сражаться с демонами и свирепыми зверями, но и остерегаться остальных! И что ещё за «демонические плоды чжу», которые могут собирать только демоны? Как они заставят демонов собирать их? Призывать демонов и управлять ими под силу только людям из Морской фракции, не так ли?
Пока ученики Горной фракции шумели, с другой стороны заговорил Шэнь-сяньшэн:
— В этом испытании группа, добывшая три плода, будет считаться прошедшей. Однако если в группе окажутся только ученики Морской фракции, это также будет признано неудачей.
Люди из Морской фракции тоже мгновенно загалдели. Если группа, состоящая только из моряков, считается проигравшей, значит, они обязаны объединиться с горцами? Методы совершенствования у двух фракций совершенно разные, как же им сотрудничать?!
— Тишина! — внезапно рявкнул Шэнь-сяньшэн, заставив учеников Морской фракции умолкнуть. Этот глава Союза Ваньсяньхуэй Восточного моря был человеком крайне суровым и пользовался огромным авторитетом в Морской фракции; его побаивались даже те, кто не состоял в его союзе.
— Это Восточное море, и здесь вы — хозяева! Гости проделали путь в тысячи ли, так будьте же достойными сынами и дочерьми Восточного моря, ведите себя как подобает хозяевам! Тот, кто печётся лишь о победе и думает только о себе, останется никчёмным ничтожеством, даже если победит! Неужели мне нужно напоминать вам, как люди Восточного моря должны принимать гостей?!
Эти слова мгновенно воодушевили учеников Морской фракции, и их ответный клич громом раскатился по небу.
Когда все необходимые наставления были даны, старейшины горной школы расступились. Цзоцю-сяньшэн с улыбкой сказал:
— Шэнь-сяньшэн, прошу тебя взять на себя пересылку двухсот учеников в место испытания.
Шэнь-сяньшэн кивнул:
— Это мой долг. Слушайте внимательно: срок этого испытания — один месяц. До последнего дня никто не смеет терять бдительность. Крепче держите добытые демонические плоды киновари! Грабёж разрешён!
Для учеников морской школы магические поединки и борьба друг с другом во время испытаний, казалось, были обычным делом, и все оставались спокойны. Однако ученики горной школы невольно занервничали. Не зря перед отправлением старейшины сокрушались: каждый из горной школы искусен в истреблении демонов и нечисти, но не умеет сражаться с людьми. Оставалось лишь надеяться, что в этом совместном испытании двух школ они не станут тянуть морскую школу за заднюю ногу1.
Шэнь-сяньшэн внезапно взмахнул широким рукавом, и прежде спокойная морская вода мгновенно поднялась на несколько чжанов. В стене лазурной воды заклубился и зашевелился чёрный туман. У всех замерло сердце, когда их тела, словно от сильного толчка, невольно полетели прямо в водяную стену. Руку Лифэй крепко сжал Лэй Сююань. Его хватка была настолько сильной, что она почувствовала невыносимую боль. Мощная тяга увлекала их за собой, и Лифэй казалось, что руку вот-вот оторвёт.
В следующий миг перед глазами всё поплыло, холодная морская вода хлынула в нос и рот. Лифэй тут же сделала несколько глотков горько-солёной влаги. Перед взором колыхались лишь синие оттенки разной глубины. Хотя она видела это впервые, в сердце возникло чувство небывалой близости: эти лазурные, глубокие, бескрайние цвета словно были запечатлены в глубинах её памяти с самого рождения.
Прошло неизвестно сколько времени, и вода, поглотившая её, внезапно исчезла. Лифэй почувствовала вокруг лишь густую тьму, в которой ничего нельзя было разглядеть. Она словно падала в бездну, и её тело стремительно неслось вниз. Её левую руку всё ещё крепко держал Лэй Сююань, и на сердце у неё вдруг стало спокойно. Вслед за этим по телу Лэй Сююаня разлилось пламя призрачного очарования. Яркий свет мгновенно озарил всё вокруг, под их ногами соткалось белое облако, и падение тут же замедлилось.
Казалось, они находились в узкой и длинной тёмной пещере. Камни на стенах были чёрными и матовыми, на вид, будто их постоянно омывало море. В них виднелись бесчисленные отверстия. На ощупь поверхность была неровной, но при этом до странности скользкой.
Лэй Сююань поднял голову и увидел лишь узкую полоску белого света. Оттуда они и упали. Посмотрев вниз, он заметил в десяти чжанах под ногами бурлящую серо-чёрную воду, а в стене пещеры прямо над водой виднелся другой проход.
— Сначала пойдём низом.
Лэй Сююань потянул Лифэй к тому проходу. Спустя время, за которое выпивают половину чашки чая, перед ними внезапно открылся простор.
Высоко над головой, подобно небу, застыла тёмно-синяя морская вода, и ни одна капля не падала вниз. Снаружи пещеры расстилалась подводная пустошь: высились кораллы выше человеческого роста, дно было устлано морскими травами, а мелкий белый песок казался мягким и нежным.
Если бы не пламя призрачного очарования на теле Лэй Сююаня, то невозможно было бы разглядеть ничего дальше трёх шагов. Неизвестно, на какой глубине они находились: здесь царила кромешная тьма и мёртвая тишина. Лифэй тут же воздвигла две Техники медной стены, и на её теле тоже проступил слой пламени призрачного очарования.
Она крепко вцепилась в рукав Лэй Сююаня и невольно прильнула к нему — это безмолвное и тёмное морское дно вовсе не располагало к радости. К тому же большинство из них видели море впервые, не говоря уже о том, чтобы оказаться на самом его дне, так что в её сердце неизбежно закрался страх.
— Ты мне так рукав порвёшь, — тихо сказал Лэй Сююань.
И в такое время он вздумал шутить! Кто это только что сам вцепился в неё мёртвой хваткой и не отпускал! Лифэй яростно сверкнула на него глазами. Лэй Сююань, сдерживая смех, протянул руку:
— На, возьми.
Сердце Лифэй снова екнуло. Неужели он предлагает ей взять его за руку? Внезапно она ощутила радость, но в этой радости была и тень сомнения. Он мог быть к ней бесконечно добр, но скупился на слова признания. Она боялась, что если бы она погрузилась в эти чувства с головой, то могла бы пострадать, но радость в глубине души невозможно было скрыть.
Она невольно протянула руку и, с надеждой и в то же время с опаской, ухватилась за его палец.
В следующий миг его ладонь сжалась, заключая всю её руку в свою, горячую.
Лифэй почувствовала безграничную радость, но вместе с тем и какую-то тревогу. Ей оставалось лишь отвести взгляд и смотреть вдаль, в глубокую непроглядную тьму, где, казалось, было скрыто сердце Лэй Сююаня.
Его сердце, которое она не могла разглядеть.
- Тянуть за заднюю ногу (拖后腿, tuō hòutuǐ) — мешать кому-либо, быть обузой или задерживать прогресс. ↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
