— Духу лоу, — Сяо Хуаян немного помолчал, а затем вновь произнес название вслух. — Весьма дерзкое имя.
— Дянься, как мы поздравим цзюньчжу с открытием дела? — спросил Тянь Юань.
— Отправим чашу из плодов плюща… — Сяо Хуаян задумался. Улыбка в уголках его глаз стала шире, коснувшись родинки у края глаза. — Одну.
Тянь Юань в недоумении замер.
Чаши из плодов плюща были подношением из Западных регионов. Эти сосуды источали аромат кардамона и обладали чудесным свойством: если пить из них крепкое вино, человек не пьянел. Такие редкие сокровища существовали лишь в двух экземплярах, и оба хранились в Дунгуне.
Подарки всегда преподносили парами. Разве кто-то дарит вещи поодиночке?
— Если я подарю одну, она не станет выставлять её перед гостями, — Сяо Хуаян мизинцем слегка коснулся крошечной родинки у края глаза. — Будет справедливо: одна ей, другая мне.
Тянь Юань промолчал.
Не желая больше спорить, он покорно отозвался и уже собирался уйти, когда Сяо Хуаян снова его окликнул:
— Отправляйся туда лично. Посмотри, продают ли в Духу лоу аромат против холода. Если он там есть, скупи всё до остатка. — Разве мог он позволить кому-то другому владеть тем, что она подарила ему? — Передай управляющему: впредь пусть весь аромат против холода доставляют прямиком в Дунгун.
— Слушаюсь, — Тянь Юань помедлил и добавил: — Дянься, неужели мы купим только аромат против холода? Может, стоит приобрести и что-нибудь ещё?
Это был бы отличный повод выказать расположение цзюньчжу.
Сяо Хуаян бросил на него холодный взгляд.
— Ты забыл? Она сама сказала, что не нуждается в золоте.
Открыла ли она дом благовоний от скуки или ради иных целей, ему не следовало пытаться завоевать её сердце подобным образом. Поступи он так на самом деле, это бы не обрадовало её, а лишь вызвало раздражение.
В день открытия Духу лоу благоухание разнеслось на десять ли вокруг. Шэнь Сихэ всего лишь хотела прославить заведение и заявить всем, что это лавка благовоний. Она и представить не могла, что все её запасы раскупят за три дня.
— Принесите счетные книги, — велела Шэнь Сихэ, едва узнав новости.
Цены в Духу лоу были выше, чем в других лавках, но здесь продавали не только благовония, но и всё, что с ними связано. Перед открытием Шэнь Сихэ лично проверила количество товара, рассчитывая, что запасов хватит на два месяца.
Биюй взяла книги у стоявшего снаружи управляющего и подала их Шэнь Сихэ.
Книги состояли из трех толстых томов. Шэнь Сихэ просматривала их один за другим. Она требовала записывать имена всех покупателей, чтобы выделить постоянных и важных клиентов. Для них всегда придерживали лучший товар и готовили подарки к праздникам.
Подарки были лишь предлогом. На самом же деле Шэнь Сихэ хотела, чтобы путь каждого проданного товара можно было отследить. Тем, кто отказывался называть имя или адрес, товар не продавали. Тех же, кто пытался выдать себя за другого, навсегда вносили в черный список Духу лоу.
Она старалась не давать повода для лишних толков, хотя полностью избежать этого было невозможно; если бы кто-то действительно посмел чинить беспорядки, ей оставалось лишь убить курицу, чтобы напугать обезьяну 1.
Духу лоу входило в приданое Тao-ши, и любой, имеющий хоть какое-то влияние, мог найти запись об этом в архивах чиновника Цзинчжао. Шэнь Сихэ не скрывала этого, чтобы всякий сброд и мелкие злодеи даже не помышляли о дурных намерениях. Если же кто-то всё-таки решился бы на провокацию, это был бы не обычный человек — удар метили бы в неё саму.
Перелистывая страницы, Шэнь Сихэ задержала взгляд на имени Цао Тяньюаня из Дунгуна. Напротив него значился аромат против холода — он скупил всё, что было в наличии.
Аромат против холода было непросто изготовить. У Хуньюй пока не получалось добиться нужного качества, так что в лавке было лишь пять коробочек, сделанных самой Шэнь Сихэ.
— Цзюньчжу, телохранитель Цао также передал, что впредь Дунгун заберет весь аромат против холода, который у нас появится, — вовремя доложила Биюй, заметив, на чем остановилась хозяйка.
Таков был порядок предварительных заказов: богатые гости могли заранее заявить права на будущие партии.
— Только аромат против холода? — Шэнь Сихэ пролистала еще пару страниц, но больше не нашла записей о покупках из Дунгуна.
— Да, — кивнула Биюй.
Шэнь Сихэ согласно кивнула. Похоже, Сяо Хуаяну действительно нравился аромат против холода. Он не стал скупать всё подряд ради показухи или в попытке выслужиться, тем самым не мешая её торговле. Мнение Шэнь Сихэ о нем снова немного улучшилось.
Потратив час на изучение книг, она убедилась, что всё в порядке. Кроме купцов, направлявшихся на юг, никто не совершал подозрительно крупных закупок.
Закрыв счетную книгу, Шэнь Сихэ произнесла:
— Вы славно потрудились. Управляющему выдать награду в десять лянов. Счетоводы, посыльные и слуги, следящие за чистотой, также получат награду.
— Благодарю цзюньчжу за милость! — управляющий сиял от счастья, ведь такая сумма равнялась его жалованью за полгода. Преисполнившись рвения, он добавил: — Но, цзюньчжу, в лавке совсем не осталось товара…
— В мастерской есть запас на экстренный случай, возьми его пока. К тому же у меня припасено кое-что новое, — Шэнь Сихэ подала знак Хуньюй. — Забери это и выставь на полки.
Вскоре Хуньюй вместе с помощниками внесла несколько сундуков. Еще до того, как крышки открыли, по комнате поплыл нежный аромат. Когда же сундуки распахнули, запахи смешались в дивное благоухание, заставляя невольно сделать глубокий вдох.
В одном сундуке лежали чаши, ложки и палочки для еды, вырезанные из ароматной древесины. В двух других — веера. Среди них были веера из пахучего дерева, веера из шелка, пропитанного благовониями, и простые белые веера, покрытые особым составом. Последние подходили и мужчинам, и женщинам; их можно было купить, чтобы позже собственноручно украсить стихами или рисунками.
В процессе изготовления благовоний неизбежно оставались излишки. Шэнь Сихэ придумала, как пустить их в дело: из остатков варили ароматную воду для окрашивания шелка или растирали их в порошок, чтобы покрывать бумажные свитки. А древесину, не подходившую для сжигания, отдавали мастерам для изготовления утвари.
Изначально она не хотела тратить материалы впустую и планировала выставить эти вещи позже, но не ожидала, что они пригодятся так скоро. Управляющий, довольный результатом, забрал товар и ушел.
— В столице деньги будто из воздуха берутся, — Биюй подвела итоги и обнаружила, что всего за два дня чистая прибыль Духу лоу превысила сто золотых!
— Это лишь первые дни, — с легкой улыбкой ответила Шэнь Сихэ.
Её товары стоили дорого, но служили долго. Впрочем, среди богачей хватало тех, кто желал попробовать всё новое или, видя ажиотаж вокруг Духу лоу, стремился скупить товар впрок. В будущем дела должны были идти успешно, и прибыль в сто золотых за месяц казалась вполне достижимой целью.
Биюй понимала это, но всё равно принялась усердно считать. Если не случится ничего непредвиденного, за год они вполне могли выручить десять тысяч лянов серебра. От одной мысли о такой сумме глаза Биюй засияли. Она была настоящей охотницей до денег и отвечала за всё имущество цзюньчжу.
Шэнь Сихэ лишь беспомощно улыбнулась. Биюй, подавив восторг, протянула ей свиток:
— Цзюньчжу, это список подношений в честь открытия, я уже всё внесла в реестр.
Духу лоу открылся без лишнего шума, Шэнь Сихэ никого не приглашала. Она не стремилась выставлять свое дело напоказ, но и не скрывала его. Те, кто разузнал правду, прислали подарки. Отказаться от таких подношений было трудно, поэтому она приняла их и велела записать в книгу, чтобы позже подготовить ответные дары.
Шэнь Сихэ лениво пролистала записи и заметила, что Сяо Хуаян прислал ей чашу из плодов плюща.
— Принеси-ка её, — распорядилась она.
Подарки из Дунгуна, разумеется, хранились отдельно, и Биюй вскоре принесла подношение.
Шэнь Сихэ открыла шелковую шкатулку и, достав чашу из плодов плюща, замерла в изумлении. На стенке кубка был искусно вырезан её собственный лик!
- Убить курицу, чтобы напугать обезьяну (杀鸡儆猴, shājī-jǐnghóu) — наказывать кого-либо одного в назидание остальным. ↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
