Когда расцветаю я, все остальные цветы увядают — Глава 452. Это было всё равно что заживо вырезать плоть Бися

Время на прочтение: 5 минут(ы)

Тайхоу, тайхоу, позвольте рабу доложить, тайхоу

В этот момент снаружи послышались умоляющие голоса придворных слуг, которые становились все ближе. Услышав их, император Юнин немедленно поднялся и направился к выходу. Столкнувшись в дверях с разгневанной тайхоу, он поспешно склонился в поклоне:

А-нян

— Я этого не заслуживаю. — Тайхоу обошла императора Юнина и с холодным лицом отвернулась от него.

Лю Санчжи, видя, что дело принимает дурной оборот, немедленно отослал придворных слуг и придворных служанок прочь. В покоях остались только тайхоу и император Юнин.

А-нян, ваш сын вовсе не собирался причинять вред седьмому лану, — тихо объяснил император Юнин.

Тайхоу обернулась и впилась в него пронзительным взглядом, долго храня молчание.

— Перейти реку и снести мост 1 — не твой ли это привычный прием? Седьмой лан — не твоя плоть и кровь. Ты отравил его, довел до такого состояния, ему и так недолго осталось, а тебе все мало? Тебе непременно нужно сжить его со свету?

А-нян, я уже не раз объяснял, что яд в молочную вишню подсыпал не я. — Император Юнин в очередной раз повторил это с чувством глубокого бессилия. — Тот яд предназначался мне, а седьмой лан съел вишню по ошибке.

— По ошибке? — Тайхоу издала короткий смешок и с горькой иронией посмотрела на сокрушенного императора Юнина. — Хорошо, допустим, седьмой лан съел ее по ошибке. Считай, что он спас тебе жизнь. Если бы он не съел ту молочную вишню, то подумай сам: если бы ее съел ты, смог бы ты дожить до сегодняшнего дня?

Знаешь ли вы, через какие мучения он прошел все эти годы из-за этого редкого яда? Только в последние два года ему стало немного легче. А раньше, стоило болезни обостриться, как его тело сковывал такой холод, что он терял сознание, даже если его сажали в огромный чан с кипящей водой. С приходом осени он не переставал кашлять, а в моменты самых жестоких приступов харкал кровью, заливая ею все ладони…

Если бы ты оказался на его месте, разве смог бы ты достичь своих нынешних великих свершений? Разве смог бы сосредоточиться на государственных делах?

Он с таким трудом дожил до этого дня, сама жизнь для него — тяжкое бремя. От чего же ты все еще пытаешься оградиться, в чем подозреваешь его?

Глаза тайхоу покраснели, а голос дрогнул:

— Сколько твой старший брат задолжал тебе в прошлой жизни, что в этой ты так обходишься с его единственным сыном?

Ослепленный жаждой власти, ты убил его, а теперь не желаешь оставить в покое даже его кровь? Если ты не хочешь передавать ему трон, я не стану тебя винить. Но когда ты назначал его тайзы, ты сам прекрасно понимал, что выгадываешь от этого больше всех!

Если он тебе не нужен — просто лиши его титула. Но ты не можешь на это пойти, потому что пока он на месте, твое государство пребывает в спокойствии. Ты хочешь использовать его и при этом боишься его, поэтому истязаешь его таким образом. Твое сердце все еще сделано из плоти?

Пока Сяо Хуаян занимает место тайзы, остальные принцы, даже зная о его скорой кончине и тайно планируя борьбу за престол, не смеют действовать открыто. Чиновники тоже не спешат примыкать к разным фракциям, и большинство из них сохраняют верность Бися.

Это выгодно Бися для контроля над двором, позволяя максимально эффективно проводить государственную политику.

Именно поэтому император Юнин, даже обнаружив, что Сяо Хуаян не различает пять цветов и имеет телесный недуг, что давало легкий повод для смещения, не сделал этого. Вместо этого он решил испытать Сяо Хуаяна.

А-нян… — тяжело и протяжно выдохнул император Юнин, и в его голосе прозвучала глубокая усталость. — Верите вы или нет, но ваш сын никогда не делал различий между седьмым ланом и другими своими сыновьями.

Если бы он мог прожить долго, ваш сын искренне желал бы передать ему престол. Это мой долг перед старшим братом. Я лишь хотел узнать… — Император Юнин поднял глаза и пристально посмотрел на тайхоу. — Не ненавидит ли меня седьмой лан…

Он подозревал, что Сяо Хуаян уже узнал правду о своем происхождении. Он мог бы отдать императорский трон Сяо Хуаяну, если бы у того хватило сил его удержать, но он не мог допустить, чтобы Сяо Хуаян покушался на его жизнь и строил против него козни на каждом шагу.

Он — император. Он может даровать, но не позволит отнимать.

Тайхоу, встретив его тяжелый, испытующий взгляд, холодно произнесла:

— Ты подозреваешь меня в том, что я пытаюсь рассорить вас, «отца» и «сына»?

О тайне происхождения Сяо Хуаяна действительно рассказала она. Это случилось после инцидента с молочной вишней. Сяо Хуаян, тогда еще восьмилетний ребенок, невероятно чуткий, умный и подозрительный, сумел вычислить, что за отравлением, скорее всего, стоял император Юнин. Для мальчика это стало сокрушительным ударом.

Он не понимал, почему его а-де, которого он боготворил и которым восхищался, который, казалось, любил его больше всех и всячески оберегал, мог так жестоко с ним поступить. Он ежедневно харкал кровью, чувствовал себя преданным всем миром. Маленький ребенок потерял всякую волю к жизни. Что она могла сделать?

Если бы она не помогла ему избавиться от этого узла в сердце, Сяо Хуаян, скорее всего, погиб бы еще в те восемь лет.

Это была единственная кровь, оставшаяся от ее старшего сына, перед которым она чувствовала вину всю жизнь. Как она могла безучастно смотреть, как он опускает руки, позволяя яду, подобному червю в костях, пожирать себя заживо?

Позже, видя, как он изо дня в день борется с мучительным действием яда, она часто раскаивалась и думала, что, возможно, было бы милосерднее позволить ему уйти тогда быстро и безболезненно.

А-нян, седьмого лана действительно увезли мои люди, я не стану этого скрывать. Но у меня правда не было намерения вредить ему, — император Юнин смягчил тон, пускаясь в объяснения. — Ваш сын и впрямь не ожидал, что Лао Сань вмешается в это дело в такой момент и седьмой лан окажется в его руках.

— Небо видит, что творят люди. Ты совершил слишком много зла, и теперь само Небо посылает тебе возмездие, — сурово отрезала тайхоу. — Если с седьмым ланом что-нибудь случится, я повешусь прямо у дворцовых ворот.

Сказав это, тайхоу, не желая больше спорить с императором Юнином, решительно зашагала прочь.

Когда Шэнь Сихэ вернулась в свои покои, она услышала, что тайхоу виделась с Бися и их встреча, судя по всему, закончилась ссорой.

Тайхоу понимает Бися гораздо лучше нас, — Шэнь Сихэ вспомнила о том, на что пошел император Юнин ради трона в те годы.

На самом деле, случись с Сяо Хуаяном любая беда, тайхоу неизбежно сочтет это делом рук Бися.

Бися лишь хотел выманить Сяо Хуаяна и заставить его раскрыть свое истинное лицо, но никак не ожидал, что Сяо Хуаян ответит на его ход так изящно, раздув это дело до невообразимых масштабов.

Теперь, когда жизнь и смерть Сяо Хуаяна под вопросом, а по городу ползут слухи, будто за его исчезновением стоят тайные стражи Бися, в народе зреет смута, все пребывают в тревоге. Сколько государственных дел будет из-за этого заброшено?

— Когда дянься сможет вернуться? — Биюй очень беспокоилась за Сяо Хуаяна.

На этот раз дянься, без сомнения, пытался просить у тигра его шкуру 2. Разве Цзячэнь-тайзы отпустит его?

— Цзячэнь-тайзы не причинит ему вреда. — Шэнь Сихэ меньше всего беспокоилась о безопасности Сяо Хуаяна.

Так же, как в свое время Ли Яньянь не выдала Сяо Хуаяна, Цзячэнь-тайзы поймет, что это ловушка, расставленная Сяо Хуаяном, и укрепится в вере в его происхождение. У них двоих общий враг — Бися.

Сам Цзячэнь-тайзы не имел возможности свергнуть императора Юнина, и он, подобно Ли Яньянь, жаждал столкновения Сяо Хуаяна с Бися. Он не только не тронет Сяо Хуаяна, но и будет во всем ему потакать и помогать.

Он не поверит, что это совместный заговор Бися и Сяо Хуаяна, ставящих целью уничтожить все его силы. С того момента, как Сяо Хуаян сам нашел его, он ясно осознал: если бы Сяо Хуаян хотел его погубить, ему не нужно было бы идти таким сложным путем и заставлять Бися приносить столь огромные жертвы.

Те люди, которых принесли в жертву, были настоящей элитой. Это было все равно что заживо вырезать плоть Бися.


  1. Перейти реку и снести мост (过河拆桥, guò hé chāi qiáo) — избавиться от того, кто помог в достижении цели. ↩︎
  2. Просить у тигра его шкуру (与虎谋皮, yǔ hǔ móu pí) — пытаться договориться с тем, чьи интересы в корне противоречат твоим. ↩︎
Добавить в закладки (0)
Please login to bookmark Close

Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.

Подписаться
Уведомить о
0 комментариев
Старые
Новые Популярные
Межтекстовые Отзывы
Посмотреть все комментарии
Закрыть
Asian Webnovels © Copyright 2023-2026
Закрыть

Вы не можете скопировать содержимое этой страницы