Когда расцветаю я, все остальные цветы увядают — Глава 687. Раз и навсегда

Время на прочтение: 5 минут(ы)

— Что касается А-Линь… — Шэнь Сихэ заволновалась еще сильнее.

— У нее пока все в порядке, тебе не о чем тревожиться… — Сяо Хуаян как раз утешал Шэнь Сихэ, когда снаружи раздался голос Хуньюй:

Дянься, Цуй-гун просит аудиенции.

— Чжэньчжу, ты и А-Си пойдете со мной. — Шэнь Сихэ решила лично отправиться в особняк рода Цуй.

— Тебе стоит пойти, — кивнул Сяо Хуаян.

Проявление тайцзы заботы о придворных чиновниках было в порядке вещей, а раз его здоровье оставляло желать лучшего, то визит тайцзыфэй от его имени выглядел вполне разумно. К тому же оба медика были ее людьми; личное присутствие помогло бы ей лучше справиться с непредвиденными обстоятельствами, и у окружающих не возникло бы лишних подозрений.

Прибыв в особняк рода Цуй, Шэнь Сихэ не ожидала встретить там Бу Шулинь. Едва завидев Шэнь Сихэ, та сразу же направилась к ней, но из-за множества людей была вынуждена сдерживать порывы: она сперва исполнила полагающиеся ритуалы и не осмелилась самовольно приближаться к Шэнь Сихэ.

Все собравшиеся ждали во дворе перед покоями Цуй Цзиньбая добрый час. Лишь по прошествии этого времени двери распахнулись, и Чжэньчжу вместе с Суй Аси вышли в сопровождении нескольких императорских врачей. Они поспешно подошли к Шэнь Сихэ, чтобы доложить:

Дянься, на теле Цуй Шаоцина множество сабельных ран, некоторые глубокие, до самой кости, однако они не смертельны. Но в плечо ему попал отравленный дротик. К счастью, Цуй Шаоцин носил при себе несколько пилюль, сдерживающих яд, и вовремя их принял, что и спасло ему жизнь.

Однако этот яд весьма необычен. Хотя пилюли способны на время подавить его действие, они не могут его нейтрализовать. А-Си применила иглоукалывание, чтобы защитить сердечный меридиан Цуй Шаоцина и временно сдержать распространение токсинов, но необходимо как можно скорее отыскать противоядие, иначе…

Договаривать не было необходимости: если не найти противоядие, медицина окажется бессильна.

— Сколько времени мы сможем выиграть? — спросила Шэнь Сихэ.

Чжэньчжу посмотрела на Суй Аси, и та ответила:

Дянься, ваша служанка провела иглоукалывание, это даст отсрочку от пяти до семи дней.

Суй Аси не могла назвать точный срок, поэтому обозначила лишь временные рамки.

— Что это за яд? Какое нужно противоядие? Вам что-нибудь известно? — снова спросила Шэнь Сихэ.

На этот раз не только императорские врачи, но даже Суй Аси и Чжэньчжу промолчали. Молчание означало, что они не знают.

— Вы в силах сделать хоть какое-то предположение? — Шэнь Сихэ посмотрела на Чжэньчжу.

Чжэньчжу не посмела дать точного ответа. Только что она вместе с Суй Аси и несколькими опытными императорскими врачами обсуждала этот вопрос, но никто из них не смог за столь короткое время распознать яд.

У Бу Шулинь потемнело в глазах, она едва не рухнула на землю. К счастью, головокружение длилось лишь мгновение; она пошатнулась, но быстро обрела равновесие. Обернувшись, она вымученно улыбнулась и сказала всем:

— Я сегодня еще ничего не ела, проголодалась.

— Это наше упущение, — засуетился Цуй Чжэн как глава дома и распорядился: — Приготовьте еду.

— Не стоит, право, не стоит… — Бу Шулинь замахала руками. — Я лишь беспокоилась о ранах Цуй Ши… Цуй Шаоцина, теперь же, когда результат известен, мне неловко задерживаться надолго…

— Перекуси немного, я тоже поем, — прервала ее Шэнь Сихэ.

Сейчас Сяо Чанминь пристально следил за Бу Шулинь. Если та покинет особняк рода Цуй, Шэнь Сихэ не сможет открыто последовать за ней в дом Бу, а ей нужно было кое о чем поговорить с подругой.

Поняв намек Шэнь Сихэ, Бу Шулинь лишь виновато улыбнулась Цуй Чжэну.

Шэнь Сихэ оставила Чжэньчжу и Суй Аси на месте, велев им еще раз все обсудить. Нельзя было просто сидеть сложа руки и ждать, пока Цуй Цзиньбай умрет от яда, следовало выработать план действий.

Они с Бу Шулинь прошли в главный зал для приемов. Все домочадцы особняка рода Цуй вышли их поприветствовать, и тогда Шэнь Сихэ сказала Цуй Чжэну:

— Цуй-гун, мне нужно поговорить с Бу Шыцзы с глазу на глаз, прошу вас оказать любезность и оставить нас.

Цуй Чжэн, разумеется, согласился. Он отослал всех прочих, а затем ушел сам, освободив комнату.

Главный зал был просторным, внутри не осталось ни одного слуги. Двери были распахнуты настежь, а снаружи стояли люди Шэнь Сихэ. Шэнь Сихэ с тревогой посмотрела на Бу Шулинь, которая выглядела совершенно потерянной:

— А-Линь, еще есть шанс все исправить. Бэйчэнь знаком с мастером медицины священной рукой абрикосового леса1 господином Линху Чжэном, я также попрошу его о помощи.

Придется снова отправить письмо Се Юньхуаю, чтобы он поскорее вернулся и посмотрел, осталась ли у Цуй Цзиньбая надежда на спасение.

Бу Шулинь знала, что Шэнь Сихэ заботится о ней, и с трудом выдавила улыбку:

— Я… я знаю…

Ее рука непроизвольно легла на живот. Она ждала возвращения Цуй Цзиньбая, чтобы все ему объяснить и сообщить о своем вынужденном решении. Поймет он ее или не сможет простить — ее сердце уже было твердо.

Кто мог знать, что случится такая беда? Теперь она не знала, как поступить с ребенком. Если с Цуй Цзиньбаем действительно что-то случится, это будет его единственная плоть и кровь — как она найдет в себе силы избавиться от него? Но если не избавиться, как ей благополучно родить его, не привлекая внимания? Она не могла рисковать а-де и домом Бу.

Шэнь Сихэ догадывалась о страданиях в душе Бу Шулинь:

— Осталось подождать всего несколько дней. Ты должна сдерживать себя и не выдать тайну в это время.

По сути, это был крайне неблагоразумный совет, но Шэнь Сихэ все же была человеком из плоти и крови. Она не могла в такой момент рассуждать о выгоде и потерях, и тем более не могла убеждать Бу Шулинь в нынешнем положении Цуй Цзиньбая поскорее избавиться от этой крупицы жизни, которая в любой момент могла навлечь на нее смертельную опасность.

Бу Шулинь взяла себя в руки, закрыла глаза и сделала глубокий вдох. Взяв палочки, она принялась запихивать еду в рот, словно вымещая на ней гнев, и начала бесчувственно пережевывать огромные куски.

Шэнь Сихэ не останавливала ее. Бу Шулинь нужно было выплеснуть чувства. Сихэ просто смотрела на нее и подавала чай, когда та начинала давиться.

Проведя время с Бу Шулинь за едой в особняке рода Цуй и оставив там Чжэньчжу и Суй Аси, Шэнь Сихэ наконец ушла вместе с подругой, но у ворот особняка их пути разошлись.

Вернувшись в Дунгун, Шэнь Сихэ немедленно написала письмо Се Юньхуаю, а Сяо Хуаян отправил срочное послание Линху Чжэну.

К великому удивлению, пока они ждали прибытия обоих лекарей, Шэнь Сихэ первая получила весточку от шуфэй.

— Чжао-ван на самом деле попросил шуфэй о помощи, чтобы вызвать у Бися подозрения относительно личности А-Линь. — Прочитав донесение от шуфэй, Шэнь Сихэ вскинула брови.

Шуфэй и впрямь хороший выбор. — Сяо Хуаян не выглядел удивленным.

Сяо Чанминь сам не желал высовываться, но Бися не из тех, против кого можно легко действовать. Слухи на него не влияют, нужен был кто-то, кому Бися мог бы доверять. В правительстве, конечно, хватало доверенных лиц Бися, но чиновники слишком сильно связаны между собой и вряд ли стали бы хранить тайну Сяо Чанминя.

Шуфэй же во дворце и за его пределами была лишена всякой поддержки. А самое главное — по замыслу Шэнь Сихэ, шуфэй считалась ее врагом, а значит, была единственным человеком, который не стал бы ничего ей разглашать.

Конечно, Сяо Чанминь не знал, что именно шуфэй с наибольшей вероятностью выдаст его тайну Шэнь Сихэ.

— Чжао-ван пообещал шуфэй выгоду, и та немного колеблется, поэтому спрашивает моего мнения. — Шэнь Сихэ протянула письмо Сяо Хуаяну.

Шуфэй была ее партнером, а не подчиненной. Смысл ее слов был ясен: она могла и не помогать принцу, но тогда Шэнь Сихэ должна была возместить ей то, что она потеряла бы, отказав Сяо Чанминю.

— Пусть помогает. Вместо того чтобы отказываться и позволять второму принцу, чьи злодейские помыслы не угасают, искать кого-то другого, лучше потрудиться один раз, чтобы обрести покой на вечные времена2. — Взгляд Сяо Хуаяна слегка потяжелел.

***


  1. Священная рука абрикосового леса (杏林圣手, xìnglín shèngshǒu) — образное выражение для выдающегося врача. ↩︎
  2. Потрудиться один раз, чтобы обрести покой на вечные времена (一劳永逸, yī láo yǒng yì) — идиома, означающая решение проблемы раз и навсегда. ↩︎
Добавить в закладки (0)
Please login to bookmark Close

Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.

Подписаться
Уведомить о
0 комментариев
Старые
Новые Популярные
Межтекстовые Отзывы
Посмотреть все комментарии
Закрыть
Asian Webnovels © Copyright 2023-2026
Закрыть

Вы не можете скопировать содержимое этой страницы