В голове Сяо Чанъяня промелькнула искра озарения, и он прищурился:
— Когда это дело закончится и я вернусь в столицу, нужно будет как следует встретиться с тайцзы-дянься.
В отношении этого старшего брата, который рос не вместе с ними, Сяо Чанъянь на самом деле всегда сохранял ясность ума: он не питал чрезмерных подозрений, но и не спешил слепо доверять.
Просто когда он вернулся в столицу, влияние Шэнь Сихэ было настолько велико, что она приковала к себе всеобщее внимание. В результате и он, и Бися по какому-то необъяснимому недоразумению игнорировали тайцзы, не допуская и мысли о подозрениях в его адрес.
Но теперь, когда в душе Сяо Чанъяня зародилось сомнение относительно Сяо Хуаяна, многие события предстали в ином свете. Казалось, стоит лишь рассеять туман и облака1, как тень Сяо Хуаяна начинает видеться буквально во всем. Он не знал наверняка, было ли это плодом его излишней подозрительности или же отражением действительности.
Ему оставалось лишь подавить волнение в душе; окончательные выводы можно будет сделать только по возвращении в столицу.
— Удалось ли узнать, чьих будут те, кто вступил в схватку с теневыми охранниками? — сейчас Сяо Чанъяня это беспокоило больше всего.
Его теневые охранники прошли через тысячи испытаний. На поле боя каждый из них стоил десятерых, они были обучены, дисциплинированы и действовали в полном согласии. Встреча с ними не сулила ничего хорошего даже обычным войскам, однако теперь они раз за разом терпели неудачи.
Люди, посланные ранее убить Бу Шулинь, столкнулись с засадой Сяо Чанъина и некоего таинственного человека, в результате чего несколько охранников погибло. В этот раз обошлось без потерь, однако десятки человек оказались в ловушке и не могли прорвать окружение!
— Дянься, ваш подчиненный только что расспросил их. Они никогда прежде не встречали подобных противников: в них сочетается свирепость и самоотверженность воинов-смертников со сплоченностью и четкостью тайных стражей, — советник тоже был встревожен: они наткнулись на достойного противника!
— Как думаешь, сколько таких людей в руках Шэнь Юньаня? — спросил Сяо Чанъянь. — В этот раз он рассчитывал на то, что я прислал немного теневых охранников, или же он отправил куда больше людей, но, увидев численность моих стражей, позволил обнаружить себя лишь малой части, которой достаточно для отпора?
Задав вопрос, Сяо Чанъянь не стал ждать ответа советника и заговорил сам:
— Наверняка второе.
Первое было бы возможным только в том случае, если бы Шэнь Юньань заслал соглядатая в его ближайшее окружение, ведь о переброске этих теневых охранников и их количестве знали только он сам и советник.
— Разыщи Юй Сяна и поддерживай тесную связь с Шэнь Юньанем. Мы как следует проводим его и Бу Шыцзы в последний путь, — не дав советнику вставить ни слова, Сяо Чанъянь закончил распоряжения и ушел в спальню, чтобы набраться сил.
Тем временем Шэнь Юньань, чей сон продлился до самого расцвета сил, наконец поднялся с постели. Он навестил раненых подчиненных и только после этого сел перекусить вместе с Шэнь Двадцать семь.
В присутствии Шэнь Юньаня Шэнь Двадцать семь все еще держался несколько скованно. Перед посторонними он мог безупречно изображать Бу Шыцзы, но перед старым хозяином чувствовал себя не в своей тарелке. К счастью, Шэнь Юньань заметил это и не стал докучать ему разговорами.
После еды Шэнь Юньань велел Шэнь Двадцать семь, Шэнь Лю, Шэнь Пятнадцатому, Мо Яо, Чжапу и Ци Пэю собраться в чайной комнате при своей опочивальне. Он заварил котелок характерного для Северо-Запада чая с козьим молоком и первым делом подал чашу Шэнь Двадцать семь и Ци Пэю:
— Попробуйте наш северо-западный чай.
О том, кем на самом деле является Шэнь Двадцать семь, здесь знали только Шэнь Юньань и он сам.
Оба приняли чаши и, как и полагалось, отвесили подобающие похвалы, после чего разговор перешел к тому, как им возвращаться в Шучжун.
— Судя по нынешней обстановке, путь по воде кажется полным преград и опасностей, но на нем есть лишь один заслон, и это самая выгодная для нас дорога, — первым заговорил Ци Пэй.
Сменить маршрут и отправиться сушей было можно, но через сколько уездов и округов пришлось бы пройти? На пути их ждало бы куда больше застав. А пройдя по реке Минцзянь, можно было прямиком причалить к пристаням Шудэ. Земли Шу — это владения семьи Бу, и, как только они благополучно достигнут тех причалов, опасность минует.
Шэнь Юньань кивнул:
— Путь по воде неизбежен. У Цзин-ван-дянься люди разделены на три отряда, в общей сложности это многотысячная армия, среди которой есть и присланная военным губернатором Цзяньнань флотилия. Вчера вечером мы вызволили Бу Шыцзы, и сегодня Цзин-ван-дянься наверняка под предлогом того, что Бу Шыцзы был похищен злодеями, открыто двинет войска и с огромной помпой выставит против нас свои силы.
Слова Шэнь Юньаня заставили всех присутствующих посерьезнеть, но никто не перебивал его.
Шэнь Двадцать семь обменялся взглядом с Чжапу и нарушил тишину:
— Ведение войны всегда было сильной стороной Шэнь-шицзы. Если у шицзы-е есть добрый план, прошу вас, не таите его и наставьте нас. Я и мои подчиненные приложим все силы для содействия и поступим в полное распоряжение шицзы-е.
Шэнь Юньань улыбнулся Шэнь Двадцать семь и не стал ходить вокруг да около:
— В этот раз я прибыл сюда по просьбе тайцзыфэй, чтобы помочь Бу Шыцзы вернуться в Шунань-ванфу. За эти дни я разведал расположение правительственных войск и составил в уме некий расчет. С другой стороны, хотя генерал Юй и внес величайший вклад в успешное спасение Бу Шыцзы, я все еще испытываю к нему некоторые опасения…
Договорив, Шэнь Юньань сделал вид, будто колеблется.
— Генерал Юй? — слегка удивился Чжапу. — Тот самый генерал Юй, присланный императорским двором?
Шэнь Юньань кивнул:
— Я и тайцзыфэй принудили этого человека обмениваться с нами сведениями.
— Если так, то почему у шицзы-е все еще есть опасения? — спросил Чжапу.
— Дело не в недоверии, а в необходимости быть начеку. Одна ошибка в ходе — и вся партия проиграна2, — негромко вздохнул Шэнь Юньань.
— Но если генерал Юй действительно искренне перешел на нашу сторону, не приведет ли подозрительность шицзы-е к тому, что вы сами все испортите? — Чжапу не притворялся, он задавал вопросы, следуя логике рассуждений Шэнь Юньаня.
На губах Шэнь Юньаня промелькнула едва заметная улыбка:
— Поэтому я придумал безупречный план. Военный губернатор Цзяньнань может лишь помочь Цзин-ван-дянься перекрыть нам путь через Тубо, он не может надолго покидать вверенные ему земли. В противном случае у Тубо могут возникнуть иные помыслы, что принесет беду простому народу, и тогда ни он, ни Бися не смогут оправдаться. Стало быть, нам нет нужды чрезмерно опасаться его. Что же касается генерала Юя и Цзин-ван-дянься, то главнокомандующим является Цзин-ван-дянься. Мы разделимся на две группы. Одна группа отсюда двинется в обход на восток. Другая же пойдет противоположным путем…
Шэнь Юньань указал на карту: два пути пролегали вдоль реки, один слева, другой справа, чтобы рассредоточить вражеские силы.
Кратко проанализировав карту, Шэнь Юньань продолжил:
— Я последую по восточному пути, а Бу Шыцзы — по западному. Я сообщу генералу Юю, что Бу Шыцзы идет со мной на восток, а западный путь — лишь уловка для отвода глаз. Генерал Юй, не сомневаясь во мне, естественно, вызовется перехватить меня на востоке, а на самом деле даст нам дорогу. Я выступлю первым, а затем кружным путем встречу Бу Шыцзы. На западном пути в этом месте есть район рифов, а матросы Цюйши — люди опытные. Если Цзин-ван-дянься бросится в погоню на запад, мы зажмем его в клещи, и тогда Бу Шыцзы точно сможет избежать опасности. Если же генерал Юй лишь притворяется покорным, он вместе с Цзин-ваном отправится преграждать мне путь на востоке, и тогда те, кого они пошлют на запад, не будут представлять угрозы. Бу Шыцзы все равно сможет благополучно спастись!
— Этот путь через рифы — о нем мало кто знает? — Чжапу мгновенно ухватил суть.
— Да, они проступили лишь недавно, — ответил Ци Пэй. — Только люди Цюйши могут в ночи разобрать, сколько там преград и где именно они находятся.
Этот утвердительный ответ привел Чжапу в неописуемый восторг!
Шэнь Юньань обвел всех взглядом:
— Если ни у кого нет возражений, на этом и порешим.
Разумеется, возражений не последовало, и Шэнь Юньань велел Мо Яо приступить к приготовлениям.
***
- Рассеять туман и облака (拨开云雾, bō kāi yún wù) — увидеть истину, прояснить запутанную ситуацию. ↩︎
- Одна ошибка в ходе — и вся партия проиграна (一步棋差，满盘皆输, yī bù qí chà, mǎn pán jiē shū) — малейшая оплошность, приводящая к полному краху. ↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
