Хань Гуан решил скоропалительно жениться на Юй Жуй.
Пышного торжества не планировали: просто позвать близких и друзей на обед, и дело с концом. Однако после того, как он «чудом спасся», друзей у него почти не осталось. Прежние враги, разумеется, и знать его не желали, а те из друзей, что не превратились в недругов, стали по сути случайными встречными. Поэтому приглашённые были в основном со стороны Юй Жуй.
Хань Гуан позвонил дочери, Си Цянь, и велел ей возвращаться в страну. Узнав об этом, Вэн Юэ пришла в такое бешенство, что, забыв о приличиях, тут же связалась с Юй Жуй. Зятя она винить не могла, зато в выражениях по адресу Юй Жуй не стеснялась: дескать, девчонка воспользовалась моментом, когда человек слаб и беззащитен.
Хотя нынешнего Хань Гуана даже сама Вэн Юэ уже немного презирала. Его словно сбросили с небесного престола и заставили переродиться: если он и захочет снова примкнуть к лику небожителей, то придётся начинать всё с нуля — и ещё неизвестно, хватит ли на это жизни. Вэн Юэ не горела желанием обеспечивать его старость или заниматься благотворительностью. Но и то, что Юй Жуй взялась за это, не давало ей покоя.
В этот миг она вновь оказалась на одной стороне со своей покойной сестрой. Сёстры могли враждовать между собой, но вторжение внешнего врага — это уже смертный грех. Вэн Юэ кричала в трубку с другого берега океана так, что слюна, казалось, вот-вот вылетит из динамика:
— Ну и ну, всё никак не уберёшься! Думаешь, сокровище подобрала? Придёт день, ещё наплачешься!
Маски были сброшены.
Что бы ни говорила Вэн Юэ, Юй Жуй слушала молча. Она решила уступить бывшей начальнице, да и лицо Хань Гуана нужно было поберечь. Она, конечно, понимала, с какими трудностями столкнётся в браке с Хань Гуаном, но чем больше было препятствий, тем твёрже становилась её решимость. Она верила, что Хань Гуан сможет вновь подняться на ноги (а если и нет — не беда). К тому же, разве не эти трудности помогли ей? Она хотела быть рядом с ним именно тогда, когда ему тяжело. Раньше он был недосягаем, а теперь они стали равны.
Она видела в нём обычного мужчину, в чём-то ребёнка, в чём-то старика. У Юй Ци от удивления челюсть едва не отвисла, она спросила сестру:
— Ты всё хорошо обдумала?
Юй Жуй ответила, что всё обдумала. Юй Ци, заикаясь, продолжила:
— Но ведь… — она вышла замуж по любви и желала того же сестре, а не союза с «дряхлым стариком». — Без любви этот брак… в будущем… — Юй Ци осеклась.
Юй Жуй сурово возразила:
— Кто тебе сказал, что у нас нет любви?
Юй Ци замолчала. Решение сестры было не изменить, ей оставалось лишь желать той счастья.
А вот Юй Шуан, напротив, горячо поддержала решение Жуй. Она всегда была бунтаркой и терпеть не могла мещанство, поэтому считала, что поступок Жуй — это истинное воплощение «жизни как искусства».
Жуй — настоящая художница и заслуживает приза за лучшую женскую роль.
Юй Жуй усмехнулась и притворно скромничала:
— Какая там роль, просто вышла замуж за дряхлого старика.
— Если бы он всё ещё был президентом корпорации и оставался прежним, разве ты вышла бы за него? Захотела бы? — горячилась Юй Шуан. — В чём тогда был бы смысл?
— Я замуж выхожу, а не перформанс устраиваю.
— Это и есть любовь: отбросить всё и ни о чём не думать, — Юй Шуан вскочила на кровать. — Я сейчас расплачусь. Жуй, ты великая! Ты такая милая!
Чуньэр подошла поближе и спросила:
— Тётя Сяо Жуй, ты выходишь замуж?
Юй Жуй подтвердила.
Чуньэр добавила:
— Моя тётя тоже хочет замуж.
Юй Шуан прикрикнула:
— Чуньэр!
Только тогда Юй Жуй перевела разговор на отношения Шуан и Кан Луна.
— Не напоминай мне о нём, — Юй Шуан ещё не оправилась от сердечной раны.
Юй Цзя относилась к этому «скоропалительному браку» сдержанно. Не то чтобы она не верила в любовь Юй Жуй, просто объективно считала, что такой девушке, как Жуй, неплохо найти кого-то постарше — с жизненным багажом, опытом, терпимого и способного защитить.
Беспокоило лишь то, что свадьба пришлась на момент, когда Хань Гуана едва не «свергли». Она боялась, что в будущем это отразится на Жуй. Юй Жуй подчеркнула, что буря миновала и у старика Ханя нет проблем.
Юй Цзя хотела спросить о будущей жизни. Юй Жуй, разгадав её мысли, заговорила прежде, чем старшая сестра Цзя успела задать вопрос:
— С бытом проблем не будет, — увидев, что старшая сестра Цзя замялась, Жуй добавила: — С детьми — как бог даст.
Юй Цзя не знала, что ещё сказать: судя по всему, Жуй уже всё для себя решила. Юй Жуй, в свою очередь, спросила, приходила ли снова скандалить золовка. Юй Цзя ответила, что Сысы вмешалась и переговорила с семьёй мужа, так что всё вроде бы утихло.
— Только ты можешь такое терпеть, — возмутилась Юй Жуй.
— Такая уж судьба, — вздохнула Юй Цзя.
Юй Жуй тут же возразила:
— Разве ты не слышала, что говорил тот доктор Кан? Первое — судьба, второе — удача, третье — фэншуй, четвёртое — накопление добродетели, пятое — учение. У тебя достаточно добродетели, ты тоже заслуживаешь счастья.
Юй Цзя уклонилась от прямого ответа, сказав, что как-нибудь проживёт.
— Тебе нужен кто-то, кто будет тебя защищать, — серьёзно произнесла Юй Жуй.
— Я и сама справлюсь.
— А насчёт старины Бая — ты ничего не заметила?
Юй Цзя вздрогнула. Она была уверена, что между ней и Бай Юанькаем ничего не может быть. Откуда же Юй Жуй об этом знает? Раньше Юй Жуй немного завидовала Юй Цзя, потому что когда-то сама симпатизировала Баю, но теперь, найдя своё счастье, она желала того же и остальным, и её беспокоила «беспросветная упёртость» Юй Цзя.
Юй Жуй с улыбкой сказала:
— В наше время возможно всё. Если я нашла старика, почему ты не можешь найти кого-то помоложе? Нет ничего страшного в том, чтобы ломать стереотипы.
Юй Цзя была непреклонна:
— Это действительно невозможно.
Юй Жуй заговорила по душам:
— Сестра, раньше мне было неудобно о многом говорить, но сейчас я могу тебе признаться: Сяо Бай неравнодушен к тебе уже очень давно, — Юй Цзя изумлённо вскинула брови, ожидая продолжения. Юй Жуй продолжала: — Раньше он звал Сяо Ци, потому что якобы интересовался ею, но потом оказалось, что это не так. Он всё время думал о тебе, старшая сестра Цзя. Потом Сяо Ци уехала, вышла замуж, и теперь всё хорошо, каждый на своём месте, — Юй Жуй вздохнула. — На самом деле я только недавно поняла: во многих вещах нужно следовать зову сердца. Если во всём следовать правилам общества и втискивать себя в рамки, то можно просто измотать себя до смерти. Сестра, разве ты не была все эти годы добродетельной женой, заботливой матерью и хорошей невесткой? И что ты получила? Кто сказал о тебе хоть одно доброе слово? Человек живёт один раз, и самое важное — это сам процесс, нужно, чтобы ты сама была довольна.
Юй Цзя почувствовала грусть. Она думала, что недавнее «признание» Бай Юанькая было лишь экстренной мерой, внезапным порывом, а если и чем-то большим, то возникло совсем недавно. Она не ожидала, что его чувства были скрыты так глубоко и так долго. После истории с Юй Мэн Юанькай больше не заходил. Когда Лао Луань спас Мэн и они сообщили, что всё в порядке, Юй Цзя позвонила Юанькаю, чтобы рассказать об этом. В конце концов, человек так искренне помогал, нужно было отчитаться.
Продолжения не последовало.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
