Лао Лю всё время ждал на парковке снаружи спортзала, а Лян Чэнь бросила Юань Кэкэ и выбежала одна. Из-за слишком высокой скорости студенты вокруг даже не успели понять, кто это был, лишь увидели остаточную тень, стремительно промелькнувшую мимо.
Юань Кэкэ пришлось разбираться с последствиями: она быстро собрала людей, и они поспешно покинули место событий.
Лян Чэнь, сидя в машине, напридумывала организаторам вечера несколько оправданий. В любом случае, репетиция уже закончилась, и руководство вуза, разумеется, не стало бы задерживать большую звезду, заставляя её тратить время впустую.
Лян Чэнь повесила трубку, тяжело вздохнула и сказала:
— Поехали, возвращаемся.
Сяо Юй всё ещё не понимала, что происходит. Сев в машину, она широко раскрыла глаза и спросила Юань Кэкэ на переднем сиденье:
— Кэкэ, что случилось? Почему мы так спешим уехать?
Юань Кэкэ и Лян Чэнь переглянулись. Сработала многолетняя слаженность их тандема, и Лян Чэнь тут же нахмурилась:
— Мне нехорошо.
Сяо Юй подалась вперёд, просунув голову в промежуток между сиденьями:
— Где именно нехорошо? Это серьёзно?
Лян Чэнь отодвинула её голову обратно:
— Дай мне побыть в тишине.
Эта тишина продлилась сорок минут.
Водитель припарковал машину у дома Лян Чэнь. Юань Кэкэ и Сяо Юй хотели подняться вместе с ней, но Лян Чэнь не позволила. Она сама взяла сумку, поправила волосы и невозмутимо пошла наверх.
Вернувшись домой, Лян Чэнь окончательно перестала сдерживаться и рухнула на кровать.
Почему такое совпадение?
Почему это оказался именно Лу Цзин?
Почему он появился именно сейчас?
В полном отчаянии Лян Чэнь, потянув себя за волосы, перевернулась на кровати. В этот момент позвонила Юань Кэкэ.
Лян Чэнь нехотя ответила:
— Что ещё случилось?
Юань Кэкэ была ещё в машине и не доехала до дома, в трубке слышался шум от Сяо Юй и остальных:
— Я просто напоминаю, завтра официальное выступление, отдохни сегодня как следует.
— О-хо, — Лян Чэнь лежала на кровати, уставившись в потолок, её зрачки не шевелились. — Как думаешь, если я сейчас решу не участвовать в юбилее школы, это сработает?
— Сама-то как думаешь? — переспросила Юань Кэкэ. — Отсутствие по болезни или как? Ногу тебе перебили? Или инопланетяне похитили?
Лян Чэнь натянула одеяло на голову и мучительно простонала:
— Как же раздражает…
— Как бы ни раздражало, придётся встретиться с этим лицом к лицу, моя почтенная, — сказала Юань Кэкэ. — Там всего-то несколько секунд, зажмуришь глаза, стиснешь зубы, и всё пройдёт.
— Тебе легко говорить, стоять и говорить — поясница не болит.
— А как же моё лицо?
— В том-то и суть, завтра всё закончится, никто никого не будет знать, и повода для встреч не будет, что ещё может случиться?
— Ты… ты… Ладно, тебе не объяснишь!
***
Когда Лу Цзин вышел из спортзала, Ци Ци шла рядом с ним плечом к плечу.
Спортзал находился далеко от общежития, и они оба собирались ждать школьный автобус на остановке. По пути Ци Ци внезапно ответила на звонок, сказала пару фраз и развернулась в сторону университетской больницы.
Лу Цзин остался один и ждал автобус на остановке.
Сейчас был пик возвращения студентов после занятий, и каждый проезжавший школьный автобус был забит до отказа. Подождав три автобуса без свободных мест, Лу Цзин скривил губы и решил пойти в общежитие пешком.
Всё равно сегодня было хорошее настроение.
Отблески заката, словно блёстки, рассыпались по листьям гинкго на главной аллее, кружась на лёгком ветру.
Лу Цзин шёл медленно, в наушниках играли только песни Лян Чэнь.
Спустя пять песен Лу Цзин как раз подошёл к дверям общежития. Он постучал, никто не открыл, тогда он сам отпер дверь ключом, и внутри, разумеется, никого не оказалось.
Лу Цзин стоял у двери и включил свет. В тот миг, когда комната озарилась, он увидел на стене у первой кровати справа криво написанные слова: «Если я не сдам на четвёртый уровень, пусть все остальные в комнате потолстеют на десять цзиней!» Лу Цзин изогнул губы в улыбке, поднял руку и слегка коснулся пальцами надписи.
Четвёртый уровень (四级, sìjí) — Общекитайский экзамен по английскому языку (CET-4).
Цзинь (斤, jīn) — китайская мера веса, равная 0,5 кг.
Неглубокие царапины хранили в себе годы, цепляясь за стену и оставляя след её пребывания здесь.
Лу Цзину казалось, что он видит выражение лица Лян Чэнь, когда она в порыве чувств писала эти слова, и её уныние после каждого экзамена.
Его взгляд переместился со стены на кровать, пальцы Лу Цзина медленно коснулись подушки и скользнули по простыне.
Кровать была узкой и тесной, но она такая худенькая, что ей, должно быть, спалось просторно.
Интересно, спала ли она раньше допоздна, ела ли вкусности в постели и смотрела ли сериалы под одеялом, как другие девушки?
Глаза Лу Цзина были полны улыбки, он погрузился в приятные фантазии.
В этот момент… кто-то за его спиной внезапно дважды кашлянул.
Лу Цзин обернулся и увидел троих соседей по комнате, которые в ужасе смотрели на него.
Хозяин этой кровати — Чжоу Чжоу — с пунцовым лицом произнёс:
— Лу Цзин, я… я не знал, что ты в меня тайно влюблён. В моём сердце уже кое-кто есть, прости, я не по этой части.
Лу Цзин:
— …
Ну вас всех.
Прекрасные грёзы были прерваны этой троицей. Лу Цзин про себя закатил глаза и сказал:
— Сегодня ужинаем не в столовой, я угощаю.
Трое тут же воодушевились и перестали шутить:
— Что едим? Можно хот-пот?
— Жалкие людишки, — сказал Лу Цзин. — Пойдём есть хот-пот из цельной говядины.
Чжоу Чжоу тут же выпалил:
— Цзин-гэгэ, я готов ради тебя свернуться в спираль для отпугивания комаров!
Лу Цзин:
— Проваливай.
Вчетвером они пришли в ресторан хот-пота из цельной говядины в торговом центре неподалёку от университета. Цены здесь были высокими, студенты заходили редко, зато обстановка была сравнительно приятной.
Стол восьми небожителей (традиционный большой квадратный стол на восемь человек.) был заставлен закусками и пивом. Посреди зимы четверо парней наелись так, что вспотели. Насытившись, они начали болтать о том о сём.
Чжоу Чжоу всегда больше всех интересовался личной жизнью соседей по комнате, к тому же он был близок с Ци Ци, поэтому из чистого любопытства спросил Лу Цзина:
— Ты в прошлый раз правда помог Ци Ци поиграть в игры вместо Гу Фэймина?
Лу Цзин кивнул:
— И что?
Чжоу Чжоу вздохнул:
— А я-то думал, ты собираешься приударить за Ци Ци, мол, ты, парень, наконец-то за ум взялся… Зачем ты вообще всё это затеял? К чему такие сложности, разве нельзя было просто согласиться на предложение Чжун Юаньюань?
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
