Сяо Цзы пациента, услышав в этот момент сигнал монитора ЭКГ, тоже вбежал внутрь и, указывая на Чэнь Цзюньнаня, обругал его:
— Ах ты, мерзавец! Ты же говорил, что врач из Пекина — мастер своего дела! Раз он такой мастер, почему довёл моего отца до такого состояния? Деньги потрачены, а ты подсунул мне какого-то коновала. Лечи его и не смей останавливаться! Только попробуй бросить — ноги тебе переломаю!
Чэнь Цзюньнань подошёл и продолжил делать непрямой массаж сердца. Он давил на грудную клетку целых полчаса.
При последнем нажатии Чэнь Цзюньнань услышал глухой хруст внутри тела пациента — он сломал ему ребро. На ЭКГ не было никаких изменений, зрачки давно расширились.
Больной умер.
На следующее утро прямо в холле нейрохирургии установили поминальный алтарь, толпа плакальщиков заполнила весь этаж. Врачи в больнице давно привыкли к подобным схемам: раз кто-то пришёл скандалить, лучше просто обходить их стороной.
Один врач, встретив Чэнь Цзюньнаня, сказал:
— Ничего страшного, дело ведь не в нашей квалификации и не в том, что его залечили до смерти из-за врачебной ошибки. У пациента случилось послеоперационное осложнение, небо не даровало ему жизни, тут врачи бессильны. Пусть покуражатся пару дней. Не верю я, что завтра снова придёт больше сотни человек, небось все подставные. Тебе, дружище, в этот раз предстоит вести затяжную войну. Договорись с директором, потяни время недельку-другую, они сами и угомонятся. Кому охота здесь торчать?
Чэнь Цзюньнань подумал: «Резонно». Случилось ли это из-за эмоционального всплеска после операции или по какой другой причине, давление резко подскочило, вызвав повторное кровоизлияние в мозг. Если начинать разбираться, кто виноват, то и боги не рассудят.
На второй день людей и впрямь пришло гораздо меньше, осталось всего человек семь-восемь. Однако они вывесили транспарант: «Незаконная медицинская практика».
Сердце Чэнь Цзюньнаня ёкнуло.
Как и следовало ожидать, скандал докатился до директора, и тот вышел на переговоры с родственниками.
Увидев директора, родственники заявили, что оперирующий хирург не был сотрудником данной больницы, а был приглашён со стороны, и поэтому больница несёт ответственность за контроль.
Директор сказал:
— В данной ситуации мы, как государственное учреждение, если и имеем к этому отношение, то вы можете подать судебный иск. Если судебно-медицинская экспертиза установит, что смерть пациента наступила в результате врачебной ошибки в нашей больнице, то с этим заключением вы сможете обратиться в суд. Мы выплатим компенсацию за сопутствующую ответственность в полном объёме. Мы приняли пациента и предоставили медицинские ресурсы для содействия в лечении исключительно в рамках гуманитарной помощи, что подробно зафиксировано в согласии на операцию. Мы также провели проверку: все счета, выставленные больницей, абсолютно законны и обоснованы, никаких нарушений нет. Что же касается ваших утверждений о незаконной медицинской деятельности или нарушении медицинских стандартов лечащей стороной — это не входит в зону ответственности нашей клиники как третьей стороны. Это предмет вашего договора с оперирующим хирургом, так что вам следует искать его в Пекине. Что до нашего врача Чэня, мы обязательно примем меры. Если у вас есть претензии к его личным действиям, вы также можете подать на него в суд.
Родственники, услышав это, конечно, остались недовольны, но больница в данном деле действительно не несла юридической ответственности. Они проконсультировались с местным адвокатом, и тот сказал:
— Если будете настаивать, возможно, удастся выбить немного денег, тысяч десять-двадцать, я полагаю.
Сяо Цзы обрадовался: даже ножка мухи — мясо, какая бы маленькая она ни была. Он уже почти согласился на сотрудничество, но затем спросил адвоката:
— А сколько составят ваши услуги?
Адвокат, не отрываясь от дел и не поднимая головы, ответил:
— Тысяч двадцать-тридцать.
Сяо Цзы пришёл в ярость:
— Я что, выиграв суд, ещё и в убытке на десять тысяч останусь?
Адвокат всё так же не поднимал головы:
— Ответственность тех, на кого вы подаёте, невелика, больше этой суммы не выплатят. Да и то не факт — всё зависит от того, как решит суд. Деньги отдадут, только если вы выиграете. А я буду из кожи вон лезть, бегать по судебно-медицинским экспертизам в поисках улик, возиться с вами полгода, и всё ради того, чтобы заработать жалкие двадцать-тридцать тысяч? Мне что, благотворительностью заниматься? Мои юридические консультации оплачиваются по времени. Ваше время бесплатной консультации истекает, дальше придётся платить.
Сяо Цзы тут же замолчал. Выходя из дверей адвокатской конторы, он сказал Сянь Суню:
— Обойдёмся без адвокатов, всё равно своё получим. И из центральной больницы, и из этого паршивого доктора Лю воду выжмем.
Чэнь Цзюньнаню велели уволиться из больницы. Впрочем, он по этому поводу не особо переживал. Он не Лю Чжэнлян, на квартиру копить ему не нужно — его отец служит заместителем начальника бюро здравоохранения. Увольнение — это не исключение по статье; он был всего лишь посредником, а не тем, кто незаконно практиковал, так что лицензию у него не отберут. Отдохнёт немного дома, а через какое-то время просто устроится в другую больницу.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
