В маленьком трактире в Ханьдане собрались группы едоков. В углу заведения, оживлённо дискутируя, сидело несколько молодых людей, среди которых был и Сян Юй. Движимые великими стремлениями, они часто сходились здесь, чтобы за кувшином вина обсудить дела Поднебесной. В этот раз речь зашла о недавних слухах, бродящих по цзянху. Легендарный Клинок Холодной Луны и Инея1 появился в Срединной равнине. Некоторое время назад отряд воинов сюнну вёз его в Сяньян, но по пути он бесследно исчез, и теперь никто не знал, где он находится.
— Говорят, Цинь Ван пообещал, что как только получит Клинок Холодной Луны и Инея, сразу отправит войска, чтобы помочь сюнну сражаться с сюнну, — произнёс один из присутствующих.
— Сюнну против сюнну? — тут же переспросил сидящий рядом. — Что это значит? У них там междоусобица?
— Именно так, — кивнул первый.
— И когда только успели развязать внутреннюю смуту? — покачал головой сосед, выругавшись. — Им бы объединиться, чтобы вместе противостоять Цинь.
Обычно эти люди не питали к сюнну особой симпатии, но теперь, когда все оказались под гнётом Цинь, они невольно прониклись к ним чувством общей вражды к единому врагу. Кто-то заметил:
— Это даже к лучшему. Раз клинка больше нет, разгневанный Цинь Ван не захочет посылать войска, и эта смута среди сюнну не разгорится в полную силу.
Услышав это, Сян Юй покачал головой и произнёс:
— Не думаю, что всё так просто.
Стоило ему заговорить, как все притихли, ожидая его слов. Он немного помолчал и продолжил:
— Насколько мне известно, разлад в племенах сюнну уже стал явным. Полагаю, даже если Цинь Ван не пришлёт войска, им всё равно придётся воевать, хотят они того или нет. Если бы Цинь Ван поддержал одну из сторон, другая, без сомнения, была бы обречена на поражение. Но сейчас, если Цинь Ван откажется помогать, силы обеих сторон окажутся равны, и война принесёт им колоссальные потери. Сюнну испокон веков были свирепы и искусны в бою, и если бы Цинь захотела их поглотить, это было бы непростой задачей. Теперь же, когда драгоценный клинок украден, у Цинь Вана появился предлог не помогать ни одной из сторон. Я думаю, он только рад возможности наблюдать за сражением тигров со стороны2, дожидаясь, пока они обескровят друг друга, чтобы потом направить войска и пожинать плоды победы, подобно рыбаку, который ловит и баклана, и рыбу, пока те спорят друг с другом.
После такого анализа Сян Юя на лицах присутствующих отразилось озарение, они кивали, не скрывая восхищения.
Последние пару лет Сян Юй усердно изучал военное искусство и достиг в этом немалых успехов. Он происходил из знатного рода, его отец и дядя были прославленными полководцами. С детства впитывая их знания, он учился быстрее сверстников. Сейчас в нём уже проглядывала стать великого военачальника, и среди молодых людей он естественным образом выделялся как лидер.
— Эй! Если рассуждать так, то внезапное исчезновение Клинка Холодной Луны и Инея по пути, возможно, тоже дело рук Цинь Вана? — спросил один из них после слов Сян Юя.
— Ну, это не факт, — возразил сосед. — Кто в цзянху не мечтает о таком сокровище, как Клинок Холодной Луны и Инея?
Тут тема сменилась, и собравшиеся принялись горячо обсуждать всевозможные слухи о легендарном оружии.
Редко какой воин останется равнодушным при вести о божественном оружии. Молодые люди так вдохновенно описывали чудесные свойства Клинка Холодной Луны и Инея, что у Сян Юя зачесались руки. «Интересно, каков этот Клинок Холодной Луны и Инея в сравнении с моей драгоценной саблей?» — размышлял он. А следом пришла другая мысль: «Моё мастерство в боевых искусствах весьма посредственно, хотя я и владею редким клинком. Цзин Тяньмин владеет боевыми искусствами куда лучше меня, он — ученик величайшего меча в Поднебесной, но оружие у него в руках никудышное. Жаль, что моя сабля — семейная реликвия, и я не могу её подарить. Но если бы у Тяньмина был Клинок Холодной Луны и Инея, он стал бы подобен тигру, обретшему крылья. Тогда, объединив его мастерство с моими познаниями в стратегии, мы могли бы призвать людей под свои знамёна и, быть может, действительно совершить великие дела».
Чем больше Сян Юй думал об этом, тем сильнее распалялся. Он выложил деньги на стол и сказал:
— У меня дела, я пойду. Сегодня я угощаю!
Под одобряющие возгласы товарищей он широким шагом вышел из трактира.
Вернувшись домой, Сян Юй без лишних слов постучал в дверь комнаты Цзин Тяньмина. Он стучал долго, но никто не отвечал, поэтому он решился войти без приглашения. Цзин Тяньмин смирно сидел на кровати с закрытыми глазами, но не казался спящим. Его дыхание то учащалось, то замедлялось — было похоже, что он упорядочивает ци.
Сян Юй не решился его беспокоить и принялся нетерпеливо мерить комнату шагами, то потирая макушку, то почесывая затылок, изо всех сил стараясь сдержать волнение.
Наконец Цзин Тяньмин открыл глаза, и Сян Юй тут же воскликнул:
— Чего это ты средь бела дня дрыхнешь?
Цзин Тяньмин смахнул пот и ответил:
— Я не спал, я тренировался.
Сян Юй рассмеялся:
— Да знаю я, что ты тренировался, просто подшутил над тобой. Почему ты, пробыв столько времени рядом с Гао Юэ, всё такой же чурбан?
Цзин Тяньмин не понял и переспросил:
— А при чём тут А-Юэ?
- Клинок Холодной Луны и Инея (冷月霜刀, lěng yuè shuāng dāo) — легендарное оружие, чьё название символизирует его смертоносный блеск и ледяную мощь. ↩︎
- Наблюдать за сражением тигров со стороны (坐观虎斗, zuò guān hǔ dòu) — китайская идиома, означающая выжидательную тактику в расчёте извлечь выгоду из чужого столкновения. ↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
