— А-Юэ! — внезапно перебил Цзин Тяньмин. — К чему ты вдруг заговорила об этом? Не продолжай, я не хочу слушать.
Кэ Юэ, видя, что Цзин Тяньмин впервые на её памяти выказывает недовольство, лишь слегка улыбнулась и замолчала.
Ветер шумел листвой в лесу. Слова Кэ Юэ прозвучали словно последнее завещание, и Цзин Тяньмин ощутил недоброе предзнаменование. Глядя на вход в пещеру в горной стене, он поднялся. В его душе бушевала борьба: «Боевое искусство Сюй Жана слишком высоко, Вэй-шишу ему не ровня. Стоит ли мне рискнуть и броситься в пещеру?»
В этот миг у входа в пещеру мелькнули два силуэта — это Вэй Чжуан выбежал наружу, неся на руках Дуаньму Жун.
— Почему только двое? Где тётя Удуань? — Кэ Юэ, увидев, что из пещеры вышли лишь двое, хотела броситься навстречу на поиски Удуань, но Цзин Тяньмин крепко схватил её за руку.
— Юэ-эр, не горячись! Действуем по плану!
Цзин Тяньмин понимал, что Удуань, скорее всего, уже нет в живых. Указывая на груду камней неподалеку от входа в пещеру, он без тени паники скомандовал:
— Быстро! В каменную ловушку!
Кэ Юэ, моргая полными слёз глазами, последовала за Цзин Тяньмином, и они вместе отступили в лабиринт камней.
Вэй Чжуан подхватил Дуаньму Жун за талию и стремительно мчался вперёд. Её ноги не касались земли, а тело словно летело, оседлав облака и туман1, через непроглядную тьму туннеля. Наконец впереди забрезжил свет, он становился всё ярче, ярче и ярче… Дуаньму Жун едва могла открыть глаза, но пальцы её крепко сжимали деревянную шкатулку с эликсиром бессмертия.
Вэй Чжуан, неся Дуаньму Жун, направил Чжэньци в ноги и бежал изо всех сил, однако всё равно слышал за спиной топот преследующего их Сюй Жана. В голове Вэй Чжуана билась одна мысль, как защитить Дуаньму Жун, вырваться из пещеры и вместе с Цзин Тяньмином и Кэ Юэ убить Сюй Жана. Только так можно было обеспечить Дуаньму Жун покой до конца её дней.
— Хоть бы у Небес были глаза2, и они помогли мне, Вэй Чжуану.
Стиснув зубы, он выскочил из пещеры. Солнечный свет ослепил его, но, полагаясь на память, он устремился к каменному лабиринту, где затаились Цзин Тяньмин и Кэ Юэ.
— Моё снадобье! Моё бессмертное снадобье! Оно моё, моё, моё!.. — эхо криков Сюй Жана доносилось из глубины пещеры. Едва крик затих, Сюй Жан вслед за Вэй Чжуаном ворвался в каменную ловушку. Как только Вэй Чжуан остановился, он с громким кличем швырнул обломок меча назад правой рукой, а левой ладонью бережно переправил Дуаньму Жун на огромный валун в центре камней.
— Дядя Вэй, лови меч! — увидев, что Вэй Чжуан безоружен, Кэ Юэ немедленно бросила ему чёрный меч, а своим белым клинком дважды со свистом пронзила воздух, метя в налетающего Сюй Жана. Сюй Жан ударом ладони отбил летящий обломок меча, но тут же почувствовал перед собой ослепительные вспышки. Резко сжавшись, он уклонился от двух острейших выпадов и, не сбавляя шага, проскользнул сквозь сияние клинка, изгибая тело.
Едва он миновал мечи, как услышал за спиной свист ветра — это Цзин Тяньмин руками и ногами вырывал валуны, обрушивая их на Сюй Жана, словно метательные снаряды.
— Опять вы, паршивцы! — прорычал Сюй Жан, теряя терпение. Он жаждал лишь одного: добраться до дрожащей Дуаньму Жун, проглотить эликсир и прикончить лекаря. Но Цзин Тяньмин, Кэ Юэ и Вэй Чжуан не давали ему исполнить задуманное. Цзин Тяньмин без устали швырял огромные камни. Кэ Юэ, не будучи уверенной в своей технике Ладоней Девяти Душ, Низводящих Истину, вложила всё мастерство в тридцать два выпада мечом в стиле Линьюань. Вэй Чжуан тоже не медлил ни секунды и, сжимая чёрный меч, нанёс удар «Пронзающий насквозь» из техники Летящего Меча на Сотню Шагов.
Под прикрытием летящих камней белый меч ослепительно сверкал на солнце, целя в уязвимые места на теле Сюй Жана, а чёрный меч обрушился сверху подобно удару грома, метя прямо в переносицу. Блики на белом клинке слепили Сюй Жана, не давая открыть глаз, но он ориентировался по звуку ветра и нанёс восемнадцать ударов ладонью подряд.
Половина из восемнадцати ударов обрушилась на камни, летящие от Цзин Тяньмина. Валуны сначала задрожали, а затем с оглушительным грохотом взорвались, рассыпавшись каменным дождём. Вторая же половина ударов со всех сторон сковала мечи в руках Вэй Чжуана и Кэ Юэ, несмотря на лёгкость клинков, они словно застыли на месте. Под яростным натиском этих восемнадцати ударов Цзин Тяньмин, Кэ Юэ и Вэй Чжуан почувствовали себя щепками в бушующем море. В ушах стоял непрерывный гул — внутренняя сила Сюй Жана оказалась настолько сокрушительной, что превзошла все их ожидания.
Кэ Юэ лишь на мгновение замешкалась, и правая рука Сюй Жана тут же мёртвой хваткой вцепилась в кончик её белого меча. Вэй Чжуан понял, что Сюй Жан намерен повторить свой прежний трюк и переломить клинок. Кэ Юэ значительно уступала ему в силе, разве могла она выдержать такой удар? В ужасе Вэй Чжуан выкрикнул:
— Бросай меч!
Кэ Юэ не успела даже осознать происходящее, но из привычного доверия к Вэй Чжуану мгновенно разжала ладонь. Всё решилось в долю секунды. Сюй Жан повёл плечами, вкладывая мощь внутренней силы, и белый меч мелко и часто задрожал под его напором, однако клинок так и не сломался.
С коротким звоном белый меч упал на землю. Сюй Жан внезапно замер и с удивлённым возгласом уставился на клинок Кэ Юэ. Он невольно восхитился:
— Старик Фэн Пуцзы и впрямь был мастером, раз оставил после себя такой божественный меч!
Вэй Чжуан, Кэ Юэ и Цзин Тяньмин покрылись холодным потом. То, что меч не сломался, означало, что передаваемая через него энергия не встретила преграды. Если бы Кэ Юэ не выпустила рукоять, то наверняка получила бы тяжелейшие увечья.
Видя, что камни не могут остановить Сюй Жана, Цзин Тяньмин вытянул руки и применил первый прием из техники Ладоней Девяти Душ, Низводящих Истину — «Любовь с первого взгляда», целясь врагу в низ живота. Сюй Жан почувствовал снизу мощный порыв ветра, по силе подобный движению гор и морей, и был вынужден закрыться, отражая этот град ударов.
— Это же Ладони Девяти Душ, Низводящих Истину! — Сюй Жан слышал от Чжао Наньяна, что Цзин Тяньмин владеет этим стилем, но только сейчас поверил в это по-настоящему. Он разразился небывалым потоком криков:
— Кто обучил тебя технике Ладоней Девяти Душ, Низводящих Истину? Ма Шуйцзинь? А ну, зови сюда Ма Шуйцзиня!
- Оседлав облака и туман (腾云驾雾, téng yún jià wù) — образное описание очень быстрого перемещения, подобного полету небожителя. ↩︎
- У Небес есть глаза (苍天有眼, cāng tiān yǒu yǎn) — идиома, означающая, что высшая справедливость существует и видит поступки людей. ↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
