— Ма Шуйцзинь? — Цзин Тяньмин оторопел, а затем хихикнул: — А-Юэ, он хочет повидаться с твоим прадедом, давай-ка поскорее его туда отправим.
— Старый мертвец! — Кэ Юэ гневно вскинула брови и звонко выкрикнула: — Мой прадед умер без малого шестьдесят или семьдесят лет назад, что ты из себя дурака строишь?
Сюй Жан резко вдохнул, на миг даже забыв об атаке, и пробормотал себе под нос: — Шестьдесят или семьдесят лет? Ма Шуйцзинь мёртв уже шестьдесят или семьдесят лет? Неужели прошло столько времени? — В мгновение ока воспоминания десятилетий нахлынули на него, подобно переворачивающимся рекам и вздыбленным морям1, с головой накрывая его. Проиграв Ма Шуйцзиню в юности, он на долгие десятилетия ушёл в затворничество, не ведая о делах в цзянху. Выйдя в мир, он с потрясением узнал о смерти Ма Шуйцзиня. В порыве ярости он похитил Кэ Юэ, когда та ещё была в пелёнках, и, прижимая младенца к груди, метался по горам, пока не рухнул у берега ручья, рыдая от злости и совершенно позабыв о ребёнке, брошенном рядом.
Со смертью Ма Шуйцзиня Сюй Жан стал первым человеком в улинь. К чему ему было стремиться дальше? Оставались лишь бамбуковые планки, оставленные Фэн Пуцзы, — в них таился секрет эликсира бессмертия.
С тех пор Сюй Жан жил уединённо, пытаясь самостоятельно выплавить снадобье, но, увы, создать бессмертную пилюлю в одиночку было невозможно. Ему пришлось поднести девяносто восемь бамбуковых планок Цинь-вану и вступить в Гуйгу, чтобы с помощью мощи правителя Цинь отыскать белый нефрит, призвать божественного лекаря и Юэшэнь для алхимических трудов. Кто бы мог подумать, что в один миг пролетят ещё десятилетия. Сюй Жан жил в собственном мире, давно утратив связь с действительностью, и внешний мир постепенно забыл о нём. Лишь сейчас он с ужасом осознал, что минуло более полувека — безмолвно, в одно мгновение все эти годы пронеслись мимо него, не оставив следа.
И всё это началось в тот самый миг, когда он потерпел поражение от рук Ма Шуйцзиня.
— Хе-хе… хе-хе… хе-хе-хе-хе! Хе-хе-хе-хе-хе-хе-хе-хе! — Сюй Жан оскалился в жутком смехе и, задрав голову, взревел: — Как может кто-то в этом мире не знать меня, Сюй Жана, не знать мою «Священную длань тысячи морозных адов»? Невежественные юнцы, сейчас я дам вам познать её мощь!
Цзин Тяньмин не посмел недооценивать противника и тут же применил технику «Ладонь девяти душ, нисходящих к истине», чтобы встретить удар. Кэ Юэ, увидев свой белый меч под ногами Сюй Жана, глубоко вздохнула и тоже пустила в ход семейное мастерство — «Ладонь девяти душ, нисходящих к истине». Кэ Юэ пригнулась, вмиг обратившись в подобный ветру жёлтый цветок, и стремительно взмыла вверх. Цзин Тяньмин же сначала подпрыгнул, на мгновение превратившись в воздушный волчок, и с силой закрутился вниз. Две фигуры, одна закрученная вверх, другая — вниз, по очереди наносили удары, заполняя всё пространство вокруг ветром и тенями ладоней — то были приёмы «Четыре стороны бескрайни» и «Пять внутренних органов охвачены пламенем».
Четыре ладони перед глазами Сюй Жана внезапно превратились в десятки теней, перекрывая ему путь сверху, снизу, слева и справа. Сюй Жан удивлённо воскликнул: — О? Как эта девчонка тоже может владеть «Ладонью девяти душ, нисходящих к истине»? — Говоря это, он направил чжэньци в область живота, слегка повёл плечом и локтем, уклоняясь от девяти ударов Кэ Юэ. Затем он развернул запястье, надавил вниз и, сложив ладонь подобно ножу, яростно рубанул Цзин Тяньмина в пах. Тот вскрикнул, резко втянул живот и, поняв, что приём «Пять внутренних органов охвачены пламенем» не принесёт успеха, бросил его на полпути. Цзин Тяньмин сложил руки, словно в ритуальном поклоне, намереваясь перехватить «ладонь-нож» Сюй Жана. С тех пор как Сюй Жан проиграл Ма Шуйцзиню, мысли об этой технике ладоней не покидали его головы, и он мгновенно узнал в действиях юноши приём «Девять смертей без раскаяния». Этот маневр казался защитным, но таил в себе множество превращений, будучи самым непредсказуемым и трудноотразимым, поэтому Сюй Жан немедленно отвёл правое плечо и убрал руку.
В этот миг подоспела Кэ Юэ, также нанося удар «Девять смертей без раскаяния». Сюй Жан хотел уклониться в сторону, но не ожидал, что, сделав шаг, подставится под удар Кэ Юэ, который пришёлся ему прямо в левое плечо. Оказалось, что Кэ Юэ впервые сражалась с кем-то, используя это семейное искусство, и оно было ей ещё в новинку. К тому же она всегда наносила удары произвольно, любя импровизировать и сочетать всё, чему училась. Не сумев вспомнить, как правильно продолжить «Ладонь девяти душ, нисходящих к истине», она просто дополнила её приёмом из техники «Ладонь неясного мрака».
Этот удар ошеломил и Кэ Юэ, и Сюй Жана. Девушка никак не ожидала, что сможет попасть по противнику, а Сюй Жан пришёл в замешательство от её стиля: — Почему «Ладонь девяти душ, нисходящих к истине» у этой девчонки другая? Кто же из вас на самом деле владеет этой техникой?
— Мы оба ею владеем, — в один голос ответили Цзин Тяньмин и Кэ Юэ. Переглянувшись, они улыбнулись.
— Чепуха, полная чепуха! — Сюй Жан затряс головой. — Один из вас точно применяет её неверно. Девчонка, боюсь, ошибаешься именно ты?
— Это твоя «Священная длань тысячи морозных адов» неверная! — громко заявила Кэ Юэ. — Тяньмин-гэ, нападаем! — С этими словами они, стоя плечом к плечу, одновременно применили приём «Любовь с первого взгляда»2. В это мгновение одна и та же техника раскрылась в двух разных обличиях. Движения Кэ Юэ были летящими и изящными, исполненными неземной грации. Цзин Тяньмин же действовал раскованно и неистово, являя собой величественную и грозную мощь.
Кэ Юэ легко закружилась, её жёлтая одежда развевалась, а подол юбки очертил цветочный круг. Она вскинула ногу, обрушивая удар на левое плечо Сюй Жана, и одновременно развела руки по диагонали, перекрывая врагу пути к отступлению — казалось, на землю спустилась небожительница. В исполнении Цзин Тяньмина приём был яростным и беспощадным, подобным демону-якше. В какую бы сторону ни попытался уклониться Сюй Жан, он неизбежно получил бы удар ладонью.
— Хорошо. Хорошо. Хорошо, — Сюй Жан холодно усмехнулся. — Не зря у Ма Шуйцзиня такие ученики. Жаль только, что после сегодняшнего дня в мире больше не останется никого, кто владел бы «Ладонью девяти душ, нисходящих к истине».
С этими словами он издал пронзительный вопль и начал разгонять чжэньци — его ладони постепенно покрылись слоем белого инея.
Никаких ухищрений — две ледяные ладони ударили прямо в цель.
Морозный иней коснулся лиц…
Стало так холодно, что не было времени даже на дрожь…
Цзин Тяньмин и Кэ Юэ едва почувствовали слабую искру надежды на победу над Сюй Жаном, как эта надежда вмиг рухнула. На их лицах отразился ужас, они посмотрели друг на друга, и в этот момент в их груди невольно разлилось тепло.
- Переворачивать реки и взбалтывать моря (翻江倒海, fān jiāng dǎo hǎi) — образное описание мощного, сокрушительного потока чувств или воспоминаний. ↩︎
- Любовь с первого взгляда (一见钟情, yī jiàn zhōng qíng) — здесь: название боевого приёма, основанное на известном чэнъюе. ↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
