— Учитель, не беспокойтесь, ваш ученик будет стремиться к победе, сохраняя осмотрительность, и немедленно отступит, если столкнется с сильным врагом!
— Угу, — Ли Чаншоу удовлетворенно кивнул, — иди.
— Учитель, шицзе, ваш ученик откланивается.
Цзинь Пэн сложил руки перед Лунцзи, подошедшей сбоку, развернулся и зашагал прочь. В его походке сквозила трагическая решимость, словно в песне «Фэн сяо сяо си»1, и вместе с тем — остатки гордости рода Фениксов.
Стоявшая рядом Лунцзи слегка поджала губы и невольно склонила голову набок.
Неужели это действительно тот самый «Дикий Пэн», Цзинь Пэн, что когда-то со смехом и шутками врывался в Небесные Чертоги и грозился добиться расположения самой Хэнъэ-сяньцзы?
Лунцзи охватило странное чувство; она посмотрела на своего наставника с глубоким почтением, смешанным с легким трепетом.
Говорят, природу человека не изменить, но это лишь потому, что не встретился истинный мастер!
Учитель и впрямь…
Слишком осторожен.
Несколько месяцев спустя Ли Чаншоу дождался добрых вестей от Цзинь Пэна: количество фрагментов Копья Погибели Богов в его руках успешно увеличилось на один.
Ли Чаншоу не стал медлить и сразу отправился с Цзинь Пэном во дворец Дошуайгун.
На этот раз Лао-цзюнь снова ушел странствовать, но он заранее предвидел приход Ли Чаншоу и велел оставить малое Копье Погибели Богов и два его фрагмента во дворце. Лао-цзюнь займется переплавкой, когда вернется.
Ли Чаншоу не удержался и полюбопытствовал:
— Лао-цзюнь… пошел искать быка?
Сяо Цзинь и Сяо Инь переглянулись; первый расхохотался, а второй скорчил кислую мину.
Сяо Цзинь сказал:
— Лао-цзюнь на этот раз улетел на облаке. Судя по его словам, он отправился в море Хаоса искать осколки Копья Погибели Богов, чтобы выковать для старшего брата Чангэна божественное оружие.
Сяо Инь вздохнул:
— Старший брат, если у вас будет время, поторопите Старого Быка. Неизвестно, куда он запропастился. Снаружи нет ни эликсиров, ни персиков бессмертия — право слово, не знаю, какое сокровище его так очаровало.
Это была девушка с серебряными волосами, та самая девушка с серебряными волосами.
Ли Чаншоу задумался и согласился помочь.
— Я постараюсь найти его след. Есть ли какое-нибудь полезное сокровище для этого?
— Вот это!
Сяо Инь достал магическую веревку, сияющую золотым светом.
— Это Веревка Золотого Пояса, которой Лао-цзюнь подпоясывает свои одежды. Кончик веревки может указывать направление к искомому существу, а при встрече с ним — связать его. Дух быка мы уже туда вложили.
— Вот и хорошо, — Ли Чаншоу принял веревку и улыбнулся. — Полагаю, это займет какое-то время.
— Старший брат Чангэн, вы сначала занимайтесь важными делами, — Сяо Инь хихикнул. — Все равно в следующий раз, когда Лао-цзюню понадобится бык, наступит очередь Сяо Цзиня идти за ним.
Лицо Сяо Цзиня тут же вытянулось, а Цзинь Пэн, стоявший рядом, громко рассмеялся.
Уходя, Цзинь Пэн обменялся ритуальными поклонами с обоими мальчиками-слугами.
Так начала раскачиваться лодка дружбы трех великих королей демонов, которым суждено было стать препятствиями на пути на Запад…
Да, эта дружба даже преодолела границы сект.
…
Задание дворца Дошуайгун Ли Чаншоу, разумеется, не смел откладывать.
Как только бумажный даос тайно доставил Веревку Золотого Пояса к окрестностям секты Дусяньмэнь, Ли Чаншоу немедленно начал действовать. Он быстро выслал первый легион бумажных человечков из резерва внешнего круга пика Сяоцюнфэн.
Конечно, легион представлял собой систему «матрешек», и на самом деле наружу вышел бумажный даос Кучер, наделенный частицей мощи Башни Изначального Желтого Неба и Земли.
Взяв веревку в руку, он увидел, как её кончик слегка приподнялся, указывая строго на юг.
Ли Чаншоу использовал технику перемещения по воде и, подобно молнии, устремился на поиски Лазурного Быка.
Бык и впрямь вел себя непотребно: только и думал, как бы устроить личное счастье, совсем забросив карьеру ездового животного.
Проходя мимо участка берега Восточного моря на континенте Наньшаньбучжоу, Ли Чаншоу что-то почувствовал. Его тело соткалось из воды и превратилось в легкий ветерок, который полетел к знакомому месту, чтобы навестить того, кого он здесь поселил…
Сяо Хэшэня.
В прошлый раз он намеренно проучил речного бога, показав ему три места, уже занятых родом Драконов. Должно быть, тот парень не на шутку расстроился.
Тогда Ли Чаншоу действительно немного рассердился, но теперь гнев прошел. Стоило подобрать ему место поспокойнее, где он мог бы накопить немного благовоний и заслуг, чтобы сгустить простое воплощение заслуг.
Разве мог величественный Тайбай Цзиньсин, облеченный властью бог Небесного Двора, мелочно придираться к Сяо Хэшэню, который даже в табели о рангах не значится и не считается свободным бессмертным Небес?
Вскоре Ли Чаншоу нашел место, где ощущалась слабая божественная сила речного бога. Как раз в этот момент мимо проходил молодой дровосек с охапкой дров на плечах.
Колебания божественной силы?
Ли Чаншоу сосредоточился, его глаза вспыхнули лазурным светом. Он мгновенно увидел прятавшегося у берегового уступа речного бога в облике ученого, который с помощью магии «крал» топор.
Это что же?
Неужели все те притчи и легенды из его прошлой жизни создавались именно так?
Раздался всплеск — топор упал в воду.
Однако молодой дровосек даже не шелохнулся. Он лишь вздохнул и с усталым видом повернул голову.
В этот миг поверхность воды озарилась золотым сиянием, и из реки наполовину высунулась фигура в элегантном халате ученого…
— О, юный дровосек, что ты уронил? Этот топор, украшенный нефритом и золотом, или этот тяжелый топор из темного железа, или же этот обычный топор, доставшийся тебе от предков?
Молодой дровосек нахмурился, поджал губы и вздохнул:
— Вы пристаете к любому проходящему дровосеку. Каждый раз используете магию для этого обмана, а потом тайком возвращаете топор нам в дом. Вам самому-то не надоело?
В соседней деревне молодым парням встречаются прекрасные девы, божества или духи, и только в нашей деревне — вы, бог-мужчина. Нам теперь перед соседями стыдно, в радиусе трехсот ли2 головы поднять не можем! Девушки не хотят выходить за наших замуж — боятся, что вы внезапно выскочите, когда они будут переходить реку! Вы пользуетесь этим приемом уже столько времени, неужели нельзя придумать что-то новое?
Сказав это, дровосек покачал головой и пошел прочь со своей ношей. Речной бог остался стоять, глядя на топоры в руках, а затем с удрученным видом скрылся под водой.
Снова неудача…
Бултых!
Бултых, бултых!
Целая череда тяжелых предметов посыпалась в воду.
Речной бог присмотрелся и увидел, что дно реки усыпано золотыми и серебряными топорами, а в его сознании всплыла магическая формула.
Это… это же?
Техника трансформации!
В то же время в ушах речного бога зазвучал тихий смех — такой знакомый и теплый.
— Раз уж ты стал божеством, самое главное — быть счастливым.
В небе мелькнул и исчез силуэт Ли Чаншоу. Следуя указаниям Веревки Золотого Пояса, он устремился в глубины Южного моря.
- Фэн сяо сяо си (风萧萧兮, fēng xiāo xiāo xī) — «Ветер свищет», строка из древней песни, символизирующая трагический героизм и готовность идти до конца. ↩︎
- Ли (里, lǐ) — традиционная китайская мера длины, в древности составлявшая около пятисот метров. ↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
