Глава 712. Комар против Золотого Лотоса
— Чем это старший брат занимался, отчего он такой уставший? Даже словом со мной не перебросился.
На тропинке, ведущей к комнате для игр, Линъэ, прижимая к себе пустой нефритовый поднос, летела на облаке у самой земли. Её губы были недовольно надуты.
В комнате для игр Сюн Линли и Чжун Цзе, дух Колокола Хаоса, предавались «Симуляции жизни бессмертного», а рядом лежало множество других вещей, предназначенных для совместных забав.
Стоило Линъэ приблизиться, как Чжун Лин звонко рассмеялась:
— Почему ты так быстро вернулась?
— Старшему брату нужно отдохнуть, эх…
Линъэ тихо вздохнула, убрала поднос и безвольно опустилась на скамью у низкого столика. Она спрятала ладони под скатертью, а личико прижала к прохладной нефритовой столешнице.
«Динь~ Баланс вашего “братского внимания” недостаточен».
Чжун Лин усмехнулась и, встряхивая деревянную шкатулку в руках, небрежно бросила:
— Я же говорила тебе быть активнее. Помогла бы старшему брату искупаться или ещё что. Ты совершенно не умеешь обхаживать мужчин.
— Хм!
Линъэ закатила глаза и отвернулась, отчего её тщательно уложенная причёска слегка качнулась.
— У нас со старшим братом всё совсем не так, как ты себе воображаешь.
Глаза Чжун Лин сузились от смеха, а Сюн Линли рядом скорчила забавную гримасу, всем видом показывая, что уж она-то всё понимает.
— Э, твой старший брат и впрямь должен быть измотан, — произнесла Чжун Лин. — Ведь в прошлый раз он ходил мериться силами со Святым, а вот чем он занимался в этот выход — неизвестно.
— Со Святым? — Линъэ мгновенно напряглась.
— Твой старший брат и Чжао Гунмин объединились и убили его.
Линъэ тут же облегчённо выдохнула и снова вяло растянулась на столе. Сегодня она была совершенно не в духе.
— Почему такая реакция? — Чжун Лин была в недоумении. — Хоть я и говорю об этом буднично, но это величайшее событие в Хунхуане2! Из шести Святых осталось лишь пять!
— Ого, как круто… Главное, что со старшим братом всё в порядке, — пробормотала Линъэ.
Чжун Лин раздосадованно фыркнула:
— Тебе правда стоит почаще выходить в мир. Только и знаешь, что «старший брат» да «старший брат». Жизнь впереди долгая, неужели тебе не кажется это однообразным?
— Хе-хе-хе, — Линъэ прищурилась и хихикнула, но вдруг что-то вспомнила и уставилась на Чжун Лин: — Но Чжун Цзе, разве старший брат не давал клятву не использовать тебя? Почему же ты ходила с ним?
— А он меня и не использовал, — хмыкнула Чжун Лин. — Я сама туда пришла, ни капли магической силы твоего брата не коснулась. Мне просто не по душе Святые Западного учения, вот я и решила пойти им наперекор, и что с того? Мне симпатичны Чжао Гунмин и Цзинь Лин, вот я и захотела разок-другой зависнуть над их головами, помочь отразить атаку или передать пламя. И что Небесное Дао может мне сделать? А?
Линъэ промолчала.
Все эти дополнительные условия, которые старший брат вносил в клятвы Небесному Дао, и впрямь свидетельствовали о его дальновидности. Да, это было крайне необходимо. Пожалуй, стоит начать набрасывать клятву для великой свадьбы… Тысяч эдак на тридцать иероглифов!
— Впрочем, — лицо Чжун Лин стало серьёзным, — позже никуда не уходи, оставайся на пике Сяоцюн. Так мне будет проще забрать тебя, когда придётся спасаться бегством. Сейчас в этом мире пять Святых окончательно утратили возможность сдерживать Небесное Дао. И хотя у твоего брата есть козыри, которые никто не может разгадать, в конечном счёте ему не выстоять против воли Небес. Дао лишь питает к нему некую опаску, но вовсе его не боится.
Линъэ тут же посерьёзнела. Потерев подбородок, она задумалась и тихо спросила:
— На самом деле, есть один вопрос, который я никак не могу понять. Разве Небесное Дао не способно на бесконечные вычисления? Почему оно позволило старшему брату достичь такого уровня совершенствования? Почему никогда не подавляло его и не устраивало ему бедствия заранее?
— Откуда мне знать?
Чжун Лин крепко задумалась, а затем ещё раз, бросив взгляд в сторону алхимической лаборатории.
— Я вообще-то пыталась это выяснить. Когда была на пике Сяоцюн, я выкроила время, чтобы заглянуть в прошлое, и обнаружила… что твой старший брат вообще не выходит за порог! Какие, к лешему, у него могли быть бедствия? Неужели Небесное Дао должно без всяких причин ударить молнией по самому младшему ученику сильнейшего Святого? Теперь я сама едва различаю, где его истинное тело, а где бумажный даос. Если он вдруг в один прекрасный день перевернёт стол и закричит: «Пик Сяоцюн, трансформация!», я ни капли не удивлюсь.
Глаза Линъэ округлились:
— Чжун Цзе, ты и это видишь? Когда старший брат в последний раз перестраивал пик Сяоцюн, он же явно скрыл все небесные тайны!
— А? — Чжун Лин наклонила голову вбок.
Линъэ нахмурилась, чувствуя, что сболтнула лишнего. Она виновато уткнулась лбом в стол и притворилась спящей.
Перед алхимической лабораторией Ли Чангэн (он же Ли Чаншоу) слегка улыбнулся. Он не стал прислушиваться к перепалке бессмертной девы и магического сокровища. Сейчас ему не хотелось ни о чём думать; он лишь позволил своим мыслям свободно течь, погружаясь в окружающее пространство и ощущая, как переплетаются великие Дао этого мира.
Напевая под нос легкую мелодию, Ли Чаншоу старался расслабиться и унять напряжение. Труд должен чередоваться с отдыхом.
Хотя он шаг за шагом приближался к моменту, когда решался вопрос жизни и смерти, у него всё же была определённая уверенность. Сейчас те семьдесят процентов относились к шансам на победу, а не на выживание. Если бы вероятность последнего не достигла девяноста восьми процентов, Ли Чаншоу не стал бы даже помышлять о походе против Небес.
Что бы ты ни задумал, прежде всего нужно гарантировать собственную жизнь — в этом и заключается истинная суть учения Осторожности.
…
Вж-ж-ж…
Тонкий комариный писк пронёсся над Духовной горой, чья вершина была наполовину снесена. Перед пещерой на склоне, окутанной слоями сияния, возникла фигура Вэньцзин.
Ныне на красном платье Вэньцзин-даожэнь виднелось золотое шитьё, а её и без того прекрасное лицо благодаря золотой метке на лбу обрело ещё более священный вид.
Она слегка повела широким рукавом, и два чудовища Хунмэн1, принявшие человеческий облик перед входом, тут же склонились в поклоне.
— Главнокомандующая, вы вернулись…
— Какая ещё главнокомандующая! Называйте меня первой заместительницей главы учения!
Вэньцзин слегка нахмурилась и, бросив взгляд на этих двоих, недовольно хмыкнула, медленно входя внутрь.
— Всё ли, что я вам поручала, исполнено?
— Исполнено, исполнено, — почтительно ответили монстры. На лице того, что стоял слева, читалось желание угодить, а на лице правого — чистая лесть.
Вэньцзин кивнула и безразлично произнесла:
— Возвращайтесь в свои обители и совершенствуйтесь, я зачту вам эту заслугу. Помните: сейчас наше Западное учение затаилось. Помимо того, что я вам велела, не делайте ничего лишнего и не смейте вредить простым смертным. Когда придёт время, у нашего Западного учения появится шанс возвыситься.
Чудовища синхронно сложили руки в приветствии и в унисон выкрикнули:
— Небесное Дао циклично, Запад да возвысится!
— Ступайте.
— Слушаемся!
Оба монстра превратились в лучи света и быстро исчезли у подножия Духовной горы. Вэньцзин-даожэнь хмыкнула и вошла в глубину пещеры. Лишь закрыв за собой многочисленные защитные формации, она наконец смогла облегчённо вздохнуть.
По её мановению легкое платье полетело на вешалку, и, воспользовавшись мгновением, пока воздух «отвернулся», она уже скользнула в купель с духовным источником, с комфортом устраиваясь в воде.
Комариные привычки, что поделать.
— Эх…
И правда, на пути к власти в Западном учении осталась лишь одна преграда — Святой Цзеинь Даожэнь!
Неужели владыка Синцзюнь совсем позабыл о ней? То ли она слишком редко посещала храм Морского Бога, то ли талия у неё недостаточно тонкая… Неужели раз она когда-то была выбрана на роль «первой супруги», ей суждено быть брошенной ради «второй»?
Хотя бы сказал ей, что делать! Даже если нужно напасть на Святого из засады, пора бы уже дать четкое указание.
Когда-то Вэньцзин казалось, что её задача — передавать сведения владыке Морскому Богу. Но затем владыка проучил её, намекнув, что у неё есть куда более важная миссия.
Вэньцзин была в восторге. Помимо того, что она переметнулась к учению Людей и ухватилась за палец ноги сильнейшего в мире Святого, её наполняла гордость: «Наконец-то нашелся тот, кто разглядел мой талант!».
Позже Вэньцзин решила, что её задачей будет в решающий момент ударить в спину какому-нибудь ученику Западного учения. Но Западное учение под началом владыки Водного Бога и так «захромало»: сначала их ворота пару раз разнесли в щепки, разрушив миф о непобедимости Святых, а затем бессмертные учения Цзе и вовсе уничтожили большую часть их сил, оставив лишь руины да калек.
Тогда Вэньцзин охватил ужас, ведь единственной оставшейся задачей могла быть только атака на самого Святого в критический момент.
Но теперь… Святой мертв!
- Хунмэн (鸿蒙, hóngméng) — в китайской мифологии первозданный хаос, состояние мира до его сотворения. ↩︎
- Хунхуан (洪荒, hónghuāng) — первобытные времена, эпоха великого хаоса и дикости в древнем мире. ↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
