Глава 735. Рождение Каменной Обезьяны!
Как же правильно обучить обезьяну?
Вернувшись на гору Линтай, Ли Чаншоу начал размышлять над этим весьма глубоким вопросом.
Ради этого он даже специально отправился в мир смертных, чтобы понаблюдать за жизнью людей, навестил мастеров, дрессирующих обезьян, и, почерпнув у них некоторое вдохновение, наполнил свой разум множеством идей.
Каменная Обезьяна определенно была существом, наделенным великой духовностью, намного превосходящим простых смертных.
У него не было ни отца, ни матери — он зародился в каменном чреве. В высших мирах он мог бы почитать Шэнму Нюйва как свою а-нян, а в низших — стать необычайным существом, не принадлежащим ни к Трем Мирам, ни к Пяти Стихиям.
В глубине души Ли Чаншоу на самом деле питал к Каменной Обезьяне некое уважение.
Великий Мудрец, Равный Небу…
Каким героем и в то же время каким безумцем нужно быть, чтобы осмелиться так себя называть?
Новорожденный теленок не боится тигра, а новорожденная обезьяна не боится Хунцзюнь Даоцзу.
Обучение обезьяны следовало вести в двух направлениях.
Первое — сохранить его природную суть, второе — обучить искусству магического боя.
Самым подходящим для Ли Чаншоу методом было «Искусство Восьми-Девяти Сокровенных Превращений», но сейчас оно являлось охранным учением Даосизма и распространялось лишь в узком кругу двенадцати Золотых Бессмертных учения Чань.
Чисто «номинально» он не мог заполучить подобную технику.
К тому же, способности обезьяны к семидесяти двум превращениям, прыжкам по облакам и его стальное тело должны были достичь уровня «сокровенного мастерства», чтобы он мог противостоять сотням грядущих бедствий.
Ли Чаншоу никогда не планировал манипулировать обезьяной или вовлекать её в интриги; он хотел, чтобы тот сохранил свою истинную природу.
Тем не менее, Ли Чаншоу просчитал и обдумал самые разные варианты развития событий.
Если говорить только о боевой мощи.
Ориентируясь на силу, которой обладал Ян Цзянь в конце Великого Бедствия Богов — а спустя эти несколько сотен лет мощь Цзянь Эр наверняка совершила скачок.
Когда обезьяна устроит переполох в Небесных чертогах, его боевая мощь должна быть примерно равной силе Ян Цзяня.
Предположим, что после своего рождения обезьяна будет вести беззаботную жизнь на горе Хуаго несколько десятилетий, а затем придет сюда учиться. Потребуется как минимум двести-триста лет, чтобы вся его духовная энергия преобразовалась в магическую силу, позволяя ему сражаться на равных с будущим Ян Цзянем.
Такая скорость уже была предельной.
В конце концов, какой бы высокой ни была одаренность обезьяны, он не мог, подобно Ли Чаншоу, полагаться на озарения в практике.
Раз уж не получается достать «Искусство Восьми-Девяти Сокровенных Превращений», чему тогда учить обезьяну?
Что касается техники создания двойников из выщипанной шерсти, у Ли Чаншоу было более десятка способов, как обучить этому, но обезьяне всё равно потребовалось бы немало времени на практику.
Если хорошенько призадуматься, эта задача и впрямь была хлопотной.
Может быть…
Провести обучение еще до его рождения?
Ли Чаншоу задумчиво хмыкнул, решив, что стоит воспользоваться этим случаем, чтобы прощупать почву и посмотреть, какое решение предложит Хунцзюнь Даоцзу.
Просидев несколько месяцев в глубоких раздумьях в Обители Пути в пещере Сэюэ Саньсин, он тяжело вздохнул и громко произнес:
— Прошу Тяньдао1 дать наставление, как подобает обучать достойного ученика.
Внутри Дворца Цзысяо статный даос слегка нахмурился с тенью легкого пренебрежения на лице и указал пальцем в сторону горы Фанцунь.
Перед Сюй Пути закружилось сияние сокровищ, сгустившееся в три яшмовые таблички.
Ли Чаншоу встал и отвесил почтительный поклон:
— Премного благодарен, господин Тяньдао.
Затем он взял таблички в руки и внимательно их изучил.
Взглянув на первую, Ли Чаншоу про себя усмехнулся. Он обнаружил, что метод, предложенный Хунцзюнь Даоцзу, по-прежнему опирался на развитие Изначального Духа и постижение истин, позволяя Сюй Пути лично помочь обезьяне создать невероятно крепкое тело.
Простой и прямой способ получить преимущество.
Эта техника называлась «Дапинь Тяньсянь Цзюэ»2, где «Тяньсянь» означало не уровень Небесного Бессмертного, а «Бессмертного самих Небес».
С помощью этого метода можно было за короткое время достичь состояния Золотого Бессмертного. Если бы у обезьяны была хорошая одаренность и Тяньдао ниспослал бы побольше озарений, то достижение уровня Дало за несколько сотен лет не стало бы проблемой.
Однако был один нюанс: эта техника была направлена на быстрый успех, и основой её являлся «Путь Сражения».
Это было довольно расплывчатое понятие. Данный Путь был создан исключительно для магических битв, его суть заключалась в том, чтобы существа в мире сражались без устали, обладая чудесным свойством: становиться сильнее с каждой битвой.
Недостаток был столь же очевиден: кроме навыков битвы и сражения, никаких других озарений она не давала.
Она никак не способствовала развитию качеств культиватора, его мудрости или добродетели.
Хунцзюнь Даоцзу предложил решение, и Ли Чаншоу мог немного расслабиться, разве что он подготовит для обезьяны несколько полезных козырей.
Когда он открыл вторую табличку, выражение лица Сюй Пути не изменилось, но в мыслях Ли Чаншоу впервые за долгое время выругался.
Это еще что такое?
Семьдесят два превращения — семьдесят два вида трансформаций, позволяющие превращаться в растения, камни, насекомых, в живых существ и одушевленные предметы; поистине бесценное средство для спасения от невзгод.
Ли Чаншоу не мог смириться с тем, что формулы превращений и методы практики внутри были точь-в-точь такими же, как и те, что он составил в соломенной хижине на пике Сяоцюн и передал Цзянь Эр, Линъэ-сяньцзы и Сяо Лунцзи!
Это была полная копия разработанных им самим методов трансформации!
Не слишком ли Хунцзюнь Даоцзу перегибает палку? Он просто взял и скопировал озарения, записанные Ли Чаншоу в яшмовых табличках!
Причем использовал задаром! Даже не удосужился предупредить!
Трава… в смысле, растение.
Ли Чаншоу про себя посетовал на неудачу, но мог лишь ворчать в глубине сознания основного тела. Сердце Дао Сюй Пути оставалось безмятежным, в нем даже теплилась легкая радость.
Третья яшмовая табличка содержала множество могущественных божественных способностей, таких как «Алмазное стальное тело» (версия, усиленная Тяньдао), «Отражение Неба и Земли», «Заклинание обхода пяти стихий», «Прыжок по облакам» и прочие.
В качестве дополнения Ли Чаншоу также собирался обучить обезьяну некоторым боевым приемам, которые не определялись техниками.
Например: «Методы противодействия при окружении толпой здоровяков», «Как быстро находить слабые места в формациях», «Восемьдесят один совет по восстановлению сил во время боя», «Схемы мгновенного убийства в ближнем бою».
Всё это были драгоценные выводы из его боевого опыта.
Конечно, эти вещи нужно было передавать постепенно и незаметно, а не оформлять в виде готового свитка.
Было бы большой потерей из-за такой мелочи вызвать подозрения у Хунцзюнь Даоцзу.
Прямо перед взором Тяньдао Ли Чаншоу принялся изучать эти три таблички, одну за другой практикуя содержащиеся в них методы, тщательно вникая в их суть и добавляя к ним частицу своего Пути «Постижения Пустоты».
Старый даос в Зарослях пурпурного бамбука остался этим весьма доволен.
В эти годы, когда положение буддизма только установилось, началось активное распространение учения: повсюду принимали учеников и даровали титулы бодхисаттв и архатов.
Поскольку Добао Фоцзу изначально был старшим учеником учения Цзе, те последователи этого учения, которых Цзеинь-даожэнь увел в Западное учение, больше не были ограничены лишь «Путем спасения людей» и «Магическим знаменем привлечения».
Среди них было немало мастеров.
Особенно теперь, когда силы существ между Небом и Землей снова понизились из-за Великого Бедствия Богов, святые не являли себя, великие мастера ушли в тень, и даже Золотые Бессмертные Дало осмеливались называть себя великими экспертами. Мощь Горы Духов уже нельзя было недооценивать.
Сделав круг, пророчество Тяньдао о великом процветании Запада было близко к осуществлению.
Те святые и их ученики, что прежде вели бесконечные распри, либо погибли, либо были ранены.
Дела мирские непостоянны, Тяньдао изменчив.
Пока не сделан последний шаг, никто не знает, кто станет окончательным победителем.
На горе Фанцунь Сюй Пути явил безмятежную улыбку и прикрыл глаза, чувствуя Великий Путь Неба и Земли. Его дух казался расслабленным, но на деле он каждое мгновение сохранял бдительность.
Нужно еще немного потерпеть, и день ухода на покой будет уже не за горами.
На десятый год после становления буддизма Восточное море на несколько месяцев окутало сияние, а окрестности горы Хуаго озарились знамениями.
Казалось, весь род демонов что-то предчувствовал: мелкие демоны в большинстве своем обходили гору Хуаго стороной, а великие демоны пристально вглядывались в ту область, где знамений было больше всего.
Там располагалась великая формация, скрывавшая в себе неизвестное сокровище.
Старые демоны поговаривали, что с тех пор, как они обнаружили гору Хуаго, то место было запретной зоной, окутанной таинственным дыханием Дао; при приближении к нему сердце замирало от страха.
Вместе с тем сиянием среди демонов поползли слухи.
— На горе Хуаго явится великий царь демонов, способный привести их род к новому расцвету.
— Царь демонов с горы Хуаго непрост, он с самого начала окутан силой святых, должно быть, это их замысел.
— Царь демонов с горы Хуаго — это божественный генерал, выращенный Небесным Судом специально для истребления рода демонов.
Эти вести становились всё более причудливыми, и среди демонов нашлись смельчаки, которые осмелились войти в тот туман.
- Тяньдао (天道, tiāndào) — Небесный Путь, высшая воля или закон, управляющий Вселенной в китайской мифологии. ↩︎
- Дапинь Тяньсянь Цзюэ (大品天仙诀, dàpǐn tiānxiān jué) — «Великое искусство Небесного Бессмертного», каноническая техника Сунь Укуна, дарующая могущество и бессмертие. ↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
