Станут ли мастера племени У требовать ответа?
И как они смогут его потребовать?
Посланники учения Морского Бога улучшили жизнь этих людей У, принеся им немало пользы.
Более того, это учение изначально было основано самими людьми У, так что Ли Чаншоу в этой ситуации был лишь «пострадавшей стороной».
Полмесяца пролетели в мгновение ока.
Ли Чаншоу на окраинах Южного моря трудился не покладая рук, и даже когда бессмертная сила бумажных даосов истощилась слишком сильно, он тайно прислал новую группу своих воплощений.
Он вложил все силы в планирование, стремясь устранить любую возможную оплошность.
Труды не обманули того, кто приложил к ним сердце.
За полмесяца лики большей части из тысячи семисот статуй уже были скрыты, а у новых изваяний черты лица намеренно делались размытыми.
На заре становления учения ясно различимый лик был необходим, чтобы точно направлять заслуги от благовоний.
Но теперь, когда учение Морского Бога Южного моря разрослось, являть истинный облик более не требовалось.
Ао И также не разочаровал Ли Чаншоу.
Сначала Ао И привел с собой три сотни солдат из числа бессмертных наг и нескольких мастеров царства Небесного Бессмертного.
Но Ли Чаншоу тайно приказал посланникам селения Сюн собрать верующих и вновь явить чудо, провозгласив Ао И вторым главой учения и по совместительству великим защитником Лазоревого Дракона, от чего Ао И поначалу даже немного растерялся.
Позже Ли Чаншоу изложил Ао И заранее подготовленную причину:
Южное море — край далекий, Ли Чаншоу не может присматривать за ним постоянно, и роду Драконов, вероятно, придется приложить немало усилий, а потому выделение Ао И большей доли заслуг вполне разумно и справедливо.
Ао И не стал отказываться и с помощью передающих знаков призвал еще больше сородичей.
Род Драконов поначалу питал сомнения на этот счет, но их мастера один за другим пытались вычислить истоки личности главы учения Морского Бога Южного моря, и всякий раз результатом было…
Ча-у-цы-жэнь1.
И как назло, Ао И поклялся, что общался с главой учения напрямую.
Это определенно был какой-то скрытый мастер, что лишний раз подтверждало слухи о «связях» учения Морского Бога с учением людей…
В итоге дворец Дракона Восточного моря прислал шестерых мастеров и тысячу солдат, которые обосновались на границах Южного моря; силы дворца Дракона Южного моря также могли быть задействованы в любой момент.
Поскольку Ао И должен был вернуться на остров Цзиньао для продолжения совершенствования и не мог долго оставаться в мире смертных, он, с позволения Ли Чаншоу, назначил нескольких мастеров рода Драконов защитниками Истинного Дракона при учении, чтобы те заодно могли подзаработать немного заслуг от благовоний.
Эти защитники в обычное время патрулировали окрестности, оберегая последователей учения в прибрежных землях.
Сам же Ао И был полон энтузиазма, постоянно планируя следующие шаги по распространению веры, стремясь к тому, чтобы за тридцать лет учение окрепло, а за триста — охватило всё побережье Южного моря!
Что касается селения Сюн, Ли Чаншоу и Ао И тоже подробно поговорили об этом; Ли Чаншоу наказал Ао И не входить с ними в слишком тесные отношения.
Сейчас Ао И не просто слушался Ли Чаншоу во всем, но и питал к нему глубочайшую благодарность и доверие.
Он уже не звал его «братом Чаншоу», а сменил обращение на «цзяочжу-гэгэ»…
Исключительно ради того, чтобы подчеркнуть их близость!
Ли Чаншоу оставил за собой право когда-нибудь это высмеять, радуясь лишь тому, что его называют «цзяочжу-гэгэ», а не «юйди-гэгэ2».
Хотя он уже мог покинуть это место, разве мог Ли Чаншоу по-настоящему успокоиться?
Он продолжал тайно действовать, и спустя три месяца большинство бумажных даосов исчерпали свои силы и были уничтожены им на месте.
Лишь двоих бумажных даосов он оставил на окраине Южного моря на случай непредвиденных обстоятельств.
К этому моменту основной замысел Ли Чаншоу можно было считать успешно воплощенным.
Заслуги он заберет себе, а котелок³ взвалит на спины драконов.
Причем род Драконов сам проявил инициативу и присоединился к учению, оказавшись перед ним в долгу, который им еще предстояло вернуть в будущем.
Впрочем, Ли Чаншоу не собирался злоупотреблять этим, рассматривая всё как взаимовыгодное сотрудничество.
Учение Морского Бога Южного моря встало на верный путь, стяжательство внутри него было пресечено, а посланники селения Сюн обрели официальный статус от имени Морского Бога.
Благодаря тому, что истинные драконы постоянно являли себя, оберегая верующих, число последователей стремительно росло с каждым днем.
Однако Ли Чаншоу всё еще не мог полностью расслабиться. Он еще несколько месяцев детально просчитывал возможные проблемы и готовил планы на случай всяких неожиданностей…
Полгода спустя.
Ли Чаншоу, наконец, вышел из подземной секретной комнаты и решил навестить наставника и младшую сестру, чтобы сообщить им, что проблема временно решена и больше не нужно так сильно тревожиться.
Однако, едва завидев его, Линъэ не на шутку перепугалась.
— Старший брат, что с тобой! Почему ты выглядишь таким изнуренным!
В травяной хижине Линъэ поспешно отложила шитье, поднялась навстречу и с глубокой тревогой вгляделась в осунувшееся лицо Ли Чаншоу.
Что с ним?
Полгода он занимался великими делами, просчитывая общие тенденции Неба и Земли, и просто истощил свои душевные силы.
В конце концов, всё это касалось таких сущностей, как святые и Золотые Бессмертные Дало…
Ли Чаншоу зевнул, сжимая в руке двух бумажных человечков, подошел к кровати младшей сестры и повалился на нее.
— Я немного посплю здесь, чтобы восстановить силы. Прошу тебя, младшая сестра, побудь моей защитницей. А позже передай наставнику, что всё временно уладилось и ему не о чем беспокоиться…
Сказав это, он закрыл глаза. Часть его сознания всё еще бодрствовала, а подсознание оставалось начеку.
Линъэ легонько моргнула. Старший брат… сам лег на ее постель…
— Хорошо, что всё разрешилось. Ложись поудобнее, старший брат.
Тихо промолвила Линъэ, медленно подошла ближе и руками переложила ноги брата, свисавшие с кровати, на постель.
Глядя на его утомленное лицо, Линъэ поджала губы, и в ее глазах промелькнула жалость…
Но жалость жалостью, а разве могла она упустить такой редкий шанс!
Линъэ облизнула губы кончиком языка. План созрел в ее голове, а в сердце вспыхнула дерзость. Она на цыпочках прокралась за ширму, достала то самое легкое газовое платье, сквозь которое просвечивала белоснежная кожа, и переоделась.
Конечно, она не осмелилась бы сделать что-то со старшим братом напрямую.
Но можно ведь спрятаться рядом, пока он спит, а потом тайно позвать наставника, чтобы тот застал их в такой двусмысленной позе…
Стоит ей только попросить наставника рассудить их, и тогда их свадьба со старшим братом станет делом решенным…
Этот план она обдумывала давно, просто брат никогда не давал повода.
Но сегодня…
Ниспосланный небом случай, идеальное совпадение, предначертанный союз!
Нужно действовать решительно и одним махом до…
— Есть ли на пике Сяоцюн кто-нибудь, кто не пребывает в уединении? Я сегодня дежурю у ворот, там кое-кто ищет людей с вашего пика.
Снаружи раздался выкрик, и чья-то фигура уже ворвалась за внешний изолирующий массив.
Ли Чаншоу в тот же миг открыл глаза на кровати и медленно сел.
Хрясь!
Ширма проломилась под ударом маленького кулачка.
— Что случилось? — зевая, спросил Ли Чаншоу.
— Ни… ничего, комара бью!
Комара?
Ли Чаншоу вздрогнул, и сон у него как рукой сняло.
- Ча-у-цы-жэнь (查无此人, chá wú cǐ rén) — «такой человек не найден», результат гадания, указывающий на то, что личность цели скрыта или она не существует. ↩︎
- Юйди-гэгэ (御弟哥哥, yùdì gēge) — «императорский брат», ласковое обращение женщин-демонов к монаху Сюаньцзану в романе «Путешествие на Запад». ↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
