Глава тридцатая. Наставник и ученики
— Старший брат, что за диковинку ты снова смастерил? Это тоже устройство для быстрой расстановки формаций?
Клянусь Тайцин-лаоши, Лан Линъэ всего лишь задала этот вопрос, как старший брат тут же подозвал её к себе и запер в деревянной клетке, сделав «подопытным кроликом» для проверки этого «технологического достижения».
Клетка была высотой в человеческий рост. Её основу составляли тридцать шесть связанных шестов из дерева, притягивающего гром, а изнутри она была обтянута слоем частой разноцветной «железной» сетки.
Поскольку дерево было грубо скреплено между собой, клетка выглядела довольно невзрачно.
Над клеткой возвышалась длинная радужная игла, а у основания располагалось кольцо в форме шестиконечной звезды, выплавленное из семи божественных металлов, таящих гром. Однако это не было формацией, на металле не было никаких ограничительных заклятий — просто обычная фигура в виде гексаграммы.
Когда практикующие преодолевают небесное испытание, чтобы стать бессмертными, они не могут защититься формациями: гром небесной кары игнорирует любые преграды, созданные ими.
Магические артефакты, созданные мастерами, обладают множеством чудесных свойств в основном благодаря нанесённым на них внутренним и внешним запретам.
Основываясь на многолетних исследованиях Ли Чаншоу, он подтвердил одну вещь: принципы работы запретов и формаций на самом деле одинаковы. И те, и другие используют определённые «символы» и «узоры» для привлечения духовной энергии, различаясь лишь сложностью и масштабом.
Запреты накладываются непосредственно на артефакт, который можно рассматривать как отдельный узел формации. В большинстве случаев они активируются бессмертной силой практика, что позволяет проявить великую мощь.
Формации же используют узлы как опорные точки, между которыми течёт духовная энергия, черпая силу в основном из мощи Неба и Земли.
Хотя принципы схожи, направления развития у них совершенно разные.
Искусно созданные артефакты часто вмещают в себя целый набор запретов на площади размером с ноготь.
Мощь же формаций зачастую прямо пропорциональна занимаемой ими площади; они стремятся к слиянию с миром, чтобы заимствовать величие Неба и Земли.
Поэтому Ли Чаншоу, хоть и был искусен в формациях, не силён в создании артефактов.
С этим ничего нельзя было поделать. Он занимался самосовершенствованием всего чуть более ста двадцати лет. С тех пор как он обрёл способность обходиться без сна, он спал крайне редко. Но сюсин1 и изучение алхимии, ядов, формаций и прочих дисциплин требовали колоссального времени.
Он был бы рад растянуть двенадцать страж в сутках до двадцати четырёх, но в конечном счёте срок его обучения был слишком короток. В «дополнительных специальностях» приходилось выбирать что-то одно, невозможно было достичь совершенства во всём.
Но вернёмся к защите от небесного испытания.
Небесная кара игнорирует формации и подавляющее большинство защитных артефактов. Лишь редчайшие из них способны ослабить её мощь — врождённые духовные сокровища и высшие реликвии не в счёт, такие вещи встречаются слишком редко.
Однако у Ли Чаншоу было преимущество, которого не было у других — девятилетнее обязательное образование.
Клетка, которую он мастерил, была той самой «клеткой Фа-как-её-там» из учебника физики за старшие классы. Она использовалась для защиты от молний и часто фигурировала в эффектных электрических шоу.
Принципы Ли Чаншоу уже почти позабыл, но, судя по всему, в конструкции он не ошибся.
Ли Чаншоу строго наказал Линъэ:
— Не прикасайся к сетке вокруг.
Линъэ в клетке вздрогнула. Стоя на деревянной доске, она жалобно посмотрела на своего старшего брата:
— Старший брат, что ты всё-таки задумал?
— Просто не двигайся, — невозмутимо ответил Ли Чаншоу. Он выудил из рукава несколько талисманов, небрежно подбросил их на десять чжанов над клеткой и указал на них пальцем левой руки.
Раздался треск, и среди ясного неба ударил гром.
Несколько молний угодили прямо в дерево, венчающее клетку. По железной сетке мгновенно пробежали мелкие электрические искры, а семь божественных металлов в основании тут же рассеяли свет молний, уводя их в землю…
Лан Линъэ, сжавшаяся в комок и обхватившая голову руками, медленно подняла взгляд. Она с изумлением огляделась по сторонам и восхищённо воскликнула:
— Что это за сокровище? Оно и вправду может противостоять грому!
Ли Чаншоу спокойно произнёс:
— Это «клетка Фа-е»2… Побудь там ещё немного, я попробую увеличить силу.
— Старший брат! Давай, может, не на… ой!
Не успела Линъэ договорить, как Ли Чаншоу извлёк из рукава стопку жёлтых бумажных талисманов и, напитав их магической силой, подбросил над клеткой.
Талисманы вызвали череду молний, заполнивших небо всполохами, которые обрушились на клетку!
В одно мгновение вспыхнуло море электричества. Стаи птиц на пике Сяоцюн испуганно взмыли ввысь, а духовные звери в округе затрепетали от страха…
Практика доказала, что «клетка Фа-е» работает неплохо. Оставалось лишь надеяться, что при настоящем небесном испытании она не развалится в щепки.
Если получится помочь наставнику выдержать первый удар грома, дальше будет проще.
— Выходи, ты хорошо потрудилась.
Ли Чаншоу позвал сестру и принялся обдумывать, как укрепить клетку.
Линъэ не удержалась от жалоб:
— Старший брат, разве нельзя было посадить внутрь рыбу? Результат был бы тот же!
— Мне хотелось, чтобы ты тоже почувствовала сопричастность, — с улыбкой ответил Ли Чаншоу. — В помощи наставнику с небесным испытанием есть заслуга нас обоих.
Линъэ поджала губы, поправила прядь волос у уха и тихо спросила:
— Старший брат, будем пробовать ещё? Хоть у меня и низкий уровень развития, в таких делах я могу помочь.
— Больше я не могу позволить тебе оставаться внутри. Сделай, как сама сказала: принеси деревянное ведро и поймай рыбу.
Ли Чаншоу достал длинные верёвки, источающие пятицветное сияние, и снова погрузился в работу.
— Мощь грома, которую я собираюсь испытать дальше, ты точно не выдержишь, если она ударит прямо по тебе.
Линъэ послушно отозвалась и направилась к озеру. Стараясь не беспокоить наставника, который погрузился в медитацию внутри звукоизолирующего барьера, она зашагала прямо по водной глади.
Вскоре над пиком Сяоцюн снова засверкали молнии…
Этот шум продолжался целых три дня. Посторонние думали, что кто-то практикует магию грома, и не обращали на это особого внимания.
Так было до тех пор, пока старый даос Ци Юань не вышел из медитации. Он с довольным видом потянулся, но тут же его морщинистый лоб прорезали хмурые складки.
На месте прежде зелёной, живописной поляны у озера теперь зияла огромная чёрная яма. А двое его учеников сидели на её дне, возясь с огромной птичьей клеткой…
Ци Юань беспомощно вздохнул и прикрикнул:
— Вы двое, почему не совершенствуетесь должным образом, а занимаетесь здесь всякой чепухой!
— Наставник! Вы проснулись!
- Сюсин (修行, xiūxíng) — практика самосовершенствования, направленная на достижение бессмертия и понимание Дао. ↩︎
- Фа-е (法爷, fǎ yé) — каламбур, отсылающий к китайской транскрипции фамилии Фарадея (法拉第, fǎlādì). ↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
