Невеста с золотой шпилькой — Глава 309. Жао-Жао и шицзы. Часть 2

Время на прочтение: 4 минут(ы)

Лу Чжо прошелся по пляжу, внезапно подошел и подхватил Вэй Жао на руки.

Вэй Жао непонимающе посмотрела на него.

— Здесь спать опасно, могут увидеть. Вон там есть достаточно уединенное место, — Лу Чжо смотрел вперед, его голос звучал низко.

Вэй Жао подумала, что она одета в туфли и чулки, так что даже если кто-то придет, ничего не увидит. Просто вздремнуть — зачем для этого такая скрытность?

Вскоре Вэй Жао увидела то самое уединенное место, выбранное Лу Чжо: со всех сторон окруженное деревьями, с дикой травой высотой в полчеловеческого роста. В середине траву Лу Чжо заранее примял, и она лежала ровно, словно травянисто-зеленая циновка.

Лу Чжо опустился на колени, уложил Вэй Жао и под ее подозрительным взглядом, улыбнувшись, принялся развязывать ее пояса и снимать одежду.

Вэй Жао прижала его руки и с насмешкой подразнила:

— Средь бела дня, в глухом лесу… неужели шицзы-ланцзюнь не боится, что его увидят?

Когда-то она всего лишь переоделась на улице, а Лу Чжо отчитал ее, словно старый книжник.

— Боюсь, поэтому и выбрал это место, — Лу Чжо наклонился и завязал ей глаза поясом от ее юбки.

Подобные поступки действительно вызывали у Лу Чжо беспокойство, ведь они шли вразрез с правилами приличия, которые он соблюдал.

Но в этот миг ему очень этого хотелось.

Поэтому он не желал давать Вэй Жао возможности подшучивать над ним, он хотел, чтобы она вместе с ним преступила каноны.

.

В начале восьмого месяца А-Бао вернулась вместе с дедушкой и бабушкой. Малышка слишком разгулялась в поездке и сильно загорела.

— А-нян, я так скучала по тебе! — А-Бао первым делом обняла а-нян, а потом, вспомнив, добавила стоявшему рядом а-де: — И по а-де тоже.

Лу Чжо улыбнулся.

Вэй Жао погладила дочь по голове и фыркнула:

— Необязательно скучать по а-де, он только и мечтает, чтобы ты целыми днями играла где-нибудь снаружи.

А-Бао не совсем поняла слова а-нян, да и не особо придала им значение — она вприпрыжку убежала искать гэгэ и диди.

Перед праздником Середины осени пятый диди Лу Чжо, Лу Чэ, справил свадьбу, взяв в жены Чэнь-ши.

В ночь праздника в доме гогуна пригласили театральную труппу и устроили сцену прямо в саду; вся семья собралась слушать оперу.

А-Бао играла с гэгэ, диди и младшими дядями под присмотром момо, так что Вэй Жао и Лу Чжо не о чем было беспокоиться.

Однако Вэй Жао опера не особо интересовала, и Лу Чжо, зная об этом, после первого же представления тронул ее за плечо, и супруги первыми покинули места.

Лунная ночь была прекрасна, возвращаться в комнату так рано казалось пустой тратой времени. Супруги, держась за руки, выбирали темные, безлюдные тропинки, чтобы полюбоваться самой сокровенной луной.

Вдруг впереди раздался женский вскрик.

Лу Чжо мгновенно остановился.

Вэй Жао голос показался знакомым, но прежде чем она успела разобрать, чьим именно, послышались шаги.

Лу Чжо тут же увлек Вэй Жао за собой в заросли бамбука.

Шаги затихли совсем рядом. Женщина, вскрикнувшая ранее, смущенно и сердито пожаловалась:

— Мы же на улице, как ты можешь так поступать?

Теперь Вэй Жао была уверена: это Чэнь-ши, недавно вошедшая в их дом жена пятого диди.

И точно, следом послышался голос Лу Чэ:

— Вокруг никого нет, мы муж и жена, что плохого в ласке?

Вэй Жао прикусила губу, сдерживая смех. Кто бы мог подумать: Лу Чэ всегда такой холодный и сдержанный, а наедине, оказывается, вот он какой.

Она взглянула на Лу Чжо: его лицо было суровым, брови нахмурены, казалось, он крайне недоволен поведением брата.

— Нельзя, если кто увидит, я от стыда не выживу.

— Хорошо-хорошо, пойдем в комнату.

Новобрачные еще немного помялись на месте и вскоре ушли.

Когда они скрылись, Вэй Жао приподнялась на цыпочки и прошептала на ухо Лу Чжо:

— Оказывается, у вас, братьев, если верхняя балка стоит криво, то и нижняя перекосится…1

Она не успела договорить — Лу Чжо прижал ее к стене позади.

Вэй Жао испугалась, принялась бить его руками и толкать ногами: в саду полно людей, Чэнь-ши боялась быть увиденной, и Вэй Жао боялась тоже!

— Только попробуй! — прошипела она, когда он перехватил ее руки.

Лу Чжо действительно мог попробовать, но раз уж его брат сделал это первым, то его собственный поступок выставил бы всех братьев семьи Лу в несерьезном свете.

Лу Чжо отпустил Вэй Жао, решив сорвать зло на новоиспеченном супруге-брате.

Спустя несколько дней Лу Чжо был у себя в кабинете, когда к нему за книгой пришел Лу Чэ.

А-Гуй пригласил его войти.

Перед старшим сюнчжаном Лу Чэ был менее холоден и проявлял больше почтения.

Лу Чжо сидел в кресле и пристально оглядел его с ног до головы.

Лу Чэ удивился:

— Старший сюнчжан, я сделал что-то не так?

Лу Чжо холодно хмыкнул и тихо произнес:

— В ночь праздника Середины осени я гулял по саду и, проходя мимо павильона Изумрудного бамбука, услышал, как вы с женой спорили.

Красивое лицо Лу Чэ мгновенно покраснело.

С тех пор как он женился, он лишь раз позволил себе легкомыслие — в ту самую лунную ночь, за что и получил упрек от Чэнь-ши. Кто же знал, что это услышит старший сюнчжан.

Лицо Лу Чэ стало пунцовым, от стыда он не знал, что и сказать.

Лу Чжо не стал развивать тему, лишь наставил его:

— Впредь не смей дурачиться на улице, не порти доброе имя нашей семьи Лу.

Лу Чэ поспешно закивал. Ему было слишком совестно брать книгу, и он в смущении удалился.

Как раз подошла Вэй Жао. Увидев ярко-красное лицо Лу Чэ, который даже не осмелился на нее взглянуть и, торопливо поклонившись, почти сбежал, она очень любопытствовала. Войдя в кабинет, она прямо спросила Лу Чжо, что случилось.

Лу Чжо не хотел отвечать.

Вэй Жао, догадавшись, сказала с недоверием:

— Ты отчитал пятого диди за тот случай?

Лу Чжо серьезно произнес:

— Он совершил проступок, и я, как сюнчжан, обязан следить за ним.

Вэй Жао фыркнула:

— По-моему, ты из тех, кому только и можно, что чиновнику жечь костры, а народу запрещать зажигать лампы!

Взгляд Лу Чжо неуловимо изменился. Он внезапно схватил Вэй Жао за руку и притянул к себе.

Вэй Жао со стоном пыталась вырваться, но разве могла она сбежать от этого несерьезного шицзы-е?


  1. Если верхняя балка стоит криво, то и нижняя перекосится (上梁不正下梁歪, shàngliáng bù zhèng xiàliáng wāi) — образное выражение: если старшие ведут себя неподобающе, то и младшие будут брать с них дурной пример. ↩︎

Добавить в закладки (0)
Please login to bookmark Close

Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.

Подписаться
Уведомить о
0 комментариев
Старые
Новые Популярные
Межтекстовые Отзывы
Посмотреть все комментарии
Закрыть
Asian Webnovels © Copyright 2023-2026
Закрыть

Вы не можете скопировать содержимое этой страницы