Четвертая фужэнь и не подозревала, что из-за ее печалей молодая чета, Вэй Жао и Лу Чжо, успела немного повздорить.
Когда гости ушли, четвертая фужэнь посмотрела на пять связок ярко-красных танхулу на подносе. Раньше она их очень любила, но сейчас у нее совсем не было аппетита.
— Заберите и разделите между собой, — вздохнула четвертая фужэнь, выдавив подобие улыбки двум своим служанкам.
— Фужэнь, это подношение от шицзы-е и молодой фужэнь в знак почтения. Даже если вы сами не хотите, стоит отнести их четвертому е и узнать, что он об этом думает, — попыталась уговорить ее служанка Ди Цуй.
Другая служанка, Ин Цюань, нахмурилась и с покрасневшими глазами возразила:
— Зачем что-то нести? Четвертый е — сущий камень. Фужэнь восемь лет пыталась согреть его своим теплом, но он так и остался холодным. Она только что проплакала из-за него, зачем ей снова идти к нему за ледяным взглядом?
Ди Цуй сжала кулаки. Вспомнив доносившиеся из комнаты звуки плача, она и сама едва не разрыдалась.
Скоро Новый год, и фужэнь, делая стежок за стежком, сшила для четвертого е халат. Только что она ходила к нему, чтобы он его примерил, а служанки, как и полагалось, остались ждать снаружи. Внутри было тихо, но вскоре раздался какой-то грохот, будто что-то упало, а следом фужэнь, закрыв лицо руками, выбежала прочь. Вернувшись в свои покои, она горько зарыдала.
Ди Цуй и Ин Цюань считали, что их госпожа тратит себя впустую. Восемь лет — только они знали, какой жизнью на самом деле жила фужэнь.
— Заберите и разделите, — горько усмехнулась четвертая фужэнь и в одиночестве ушла в спальню.
На следующий день Вэй Жао пришла засвидетельствовать почтение Ин-гогун фужэнь и там встретила четвертую фужэнь.
Хотя та изо всех сил старалась скрыть свои чувства, Вэй Жао заметила, как четвертая фужэнь избегает ее взгляда.
Вэй Жао и сама немного колебалась. В конце концов, они не были близки, и поспешные расспросы могли вызвать лишь неприязнь. Но что, если четвертой фужэнь нужна помощь?
Если получится — Вэй Жао совершит доброе дело, если нет — ну что ж, четвертая фужэнь просто выразит свое недовольство, для Вэй Жао это не станет большой потерей.
Однако ясный день не подходил для откровенных бесед. Лучше говорить вечером, под покровом темноты.
Вмиг наступил канун Нового года. В эту ночь в каждом доме полагалось бодрствовать. В таких знатных семьях, как дом Ин-гогуна, праздничные развлечения были обильными и интересными. Двоюродные братья утащили Лу Чжо с собой играть в тоуху1, Лу Чаннин и Хэ Вэйюй со смехом отправились смотреть на это зрелище. Ин-гогун фужэнь поощряла и Вэй Жао присоединиться к ним, но та с чинным видом осталась сидеть подле старших, не желая двигаться с места.
— Тогда давайте сыграем в карты, — решила Ин-гогун фужэнь. До часа Цзы оставалось еще два шичэня, и если только пить чай да разговаривать, то сколько же раз придется бегать в уборную?
В любой карточной игре Хэ-ши непременно принимала участие. Вэй Жао пошла на маленькую хитрость и наотрез отказалась играть сама, уступив место второй и третьей фужэнь.
Так Ин-гогун фужэнь начала игру с тремя невестками, а Вэй Жао и четвертая фужэнь сели по обе стороны от нее.
— Четвертая фужэнь, вы умеете играть в шахматы? — спросила Вэй Жао с улыбкой, понаблюдав за парой партий.
Четвертая фужэнь слегка удивилась и тут же забеспокоилась, не ищет ли племянница случая разузнать, почему она плакала в тот день.
Ин-гогун фужэнь с улыбкой ответила за нее:
— Умеет, твоя четвертая фужэнь — прекрасный игрок. Ладно, мы будем в карты играть, а вы вдвоем идите к шахматной доске, какой смысл просто сидеть и смотреть.
Услышав это, Вэй Жао не посмела ослушаться и с радостью поднялась.
Четвертой фужэнь ничего не оставалось, как тоже покинуть стол.
— Четвертая фужэнь, давайте пойдем в беседку, развесим там фонари, будем смотреть на ночной снег и играть — это освежит ум и чувства, — Вэй Жао ласково взяла четвертую фужэнь под руку и пригласила ее.
Четвертая фужэнь окончательно убедилась: Вэй Жао хочет о чем-то ее спросить.
«Эта девочка, должно быть, желает мне добра», — подумала она и согласилась. Раз так, можно и пойти, а там она что-нибудь придумает, чтобы уклониться от ответа.
Договорившись о месте, Вэй Жао и четвертая фужэнь взяли служанок и направились в сад дома гогуна.
Когда группа проходила по галерее, Лу Чжо, состязавшийся с братьями в тоуху, поднял взор и посмотрел им вслед.
Поскольку было решено играть на улице, и Вэй Жао, и четвертая фужэнь набросили теплые накидки из лисьего меха. Погода благоприятствовала им: в этот вечер было безветренно.
Служанки принесли чайники. Госпожи попивали горячий чай, держа в руках маленькие грелки. Белоснежный снег за пределами беседки отражал красный свет фонарей, создавая атмосферу уединенной красоты.
Когда половина партии была позади, Вэй Жао притворно вздохнула.
Четвертая фужэнь не смогла сдержать заботы:
— Жао-Жао, тебя что-то тревожит?
Вэй Жао прикусила губу и посмотрела на служанок.
Тогда четвертая фужэнь велела Ди Цуй, Битао и остальным удалиться.
Когда служанки отошли на достаточное расстояние, Вэй Жао немного помялась, а затем, взяв теплую подушку для сидения, перебралась на скамью мэйжэнькао в северной части беседки и жестом пригласила четвертую фужэнь:
— Четвертая фужэнь, давайте сядем рядышком и поговорим.
Четвертая фужэнь улыбнулась и, взяв свою подушку, подсела к ней.
Вэй Жао посмотрела на нее, затем опустила голову, выглядя крайне смущенной.
Четвертая фужэнь мягко сказала:
— Жао-Жао, если хочешь что-то сказать — говори, не таись. Закончим и пойдем скорее обратно. Придумать же такое — играть в шахматы в зимнем саду!
В ее голосе слышалась ласка, когда она разоблачила маленькую уловку молодой племянницы.
Тут Вэй Жао и впрямь стало неловко. Она прижалась к руке четвертой фужэнь и, не поднимая лица, прошептала:
— Четвертая фужэнь, не вините меня, вините во всем шицзы. В тот день, когда мы принесли танхулу, ваши глаза были красными. И я, и шицзы это заметили. Он очень за вас беспокоился и последние два дня только и делал, что просил меня прийти и все разузнать.
С этими словами Вэй Жао подняла голову и искренне посмотрела на четвертую фужэнь:
— Четвертая фужэнь, вы были первой из старших в этой семье, кого я встретила после свадьбы. Хотя я зову вас четвертой фужэнь, в глубине души мне хочется видеть в вас старшую сестру. Если у вас есть какие-то печали, прошу, поделитесь со мной, не держите все в себе. От долгой тоски легко заболеть.
За время своих наблюдений Вэй Жао успела заметить, что Хэ-ши, кроме визитов почтения и игры в карты, почти все время проводит с Хэ Вэйюй, мало общаясь с другими невестками. Вторая и третья фужэнь заняты управлением домом и воспитанием детей, они близки друг с другом и всегда находят общие темы. Четвертая же фужэнь была совсем иной, нежели Хэ-ши, и мало общалась с деятельными второй и третьей фужэнь, оставаясь самой тихой и одинокой среди четырех невесток.
Хотя четвертая фужэнь и ожидала расспросов от племянницы, она никак не думала, что даже племянник заметил ее странное состояние в тот день.
- Тоуху (投壶, tóuhú) — древняя китайская игра «кидание стрел в кувшин», популярная среди знати во время банкетов. ↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
