Каждое утро понедельника множество машин, едущих из пригородов в центр, создают на дорогах пробки. Когда Юэ Цяньлин вышла из метро, её уши заполнил непрерывный гудок клаксонов, а курьеры на электросамокатах метались по обочинам, что выглядело раздражающе.
Выходя из дома, она немного задержалась, время поджимало, в голове крутились разные мысли, и она шла быстро, поэтому сначала не услышала, как кто-то её зовёт. Пока Хуан Цзе не подбежала и не хлопнула её по плечу.
— О чём так задумалась? Тебя несколько раз звала.
Юэ Цяньлин очнулась, посмотрела на Хуан Цзе и равнодушно сказала.
— Ни о чём. Ты сегодня не на машине приехала?
— В понедельник пробки, я на метро доехала, — Хуан Цзе шла рядом с Юэ Цяньлин, оглядываясь вокруг. — Одна? А Гу Сюнь где?
— А, у него дома дела, сегодня взял отгул. – произнесла Юэ Цяньлин.
— Дома дела? — Хуан Цзе подумала, не зря Юэ Цяньлин выглядит не очень, и спросила. — Ничего серьёзного?
— Отец повредил ногу, ничего серьёзного.
Сказав это, Юэ Цяньлин вздохнула. По сравнению с этим, её больше беспокоило подавленное состояние Гу Сюня после его возвращения.
— Ну и хорошо, — Хуан Цзе похлопала её по тыльной стороне ладони. — Ты тоже не волнуйся слишком, современная медицина очень развита, с травмой ноги нет больших проблем.
— Мм, знаю.
Юэ Цяньлин машинально согласилась, мысли её были всё ещё с Гу Сюнем, и она не заметила ничего странного в их разговоре.
Весь день прошёл в хлопотах, те, кто закончил срочные дела, начали собираться, готовясь уйти с работы, а тем, кому ещё нужно было поработать, стали обсуждать, что поесть вечером.
Юэ Цяньлин всё обсудила с Вэй Ханем по деталям линейного эскиза, вопросов не осталось, и она решила дорисовать уже дома.
Собирая вещи, она вдруг заметила, что Хуан Цзе и другие, кажется, обсуждали место для встречи. Юэ Цяньлин прислушалась и, подумав, что из-за занятости могла упустить какую-то информацию и спросила.
— На этой неделе запланирована встреча?
Инь Цинь обернулась и подмигнула ей с неоднозначной улыбкой.
— У нас на выходных действительно встреча, но к тебе это не относится.
Эти слова прозвучали довольно неприятно, но Юэ Цяньлин и сама не любила собрания, поэтому ничего не сказала.
Только Хуан Цзе, услышав, как Инь Цинь вывернула хорошее дело в дурном свете, поспешила добавить.
— Это нельзя назвать официальной встречей, просто компания-партнёр пригласила нас на совместную вечеринку, ты же понимаешь, для знакомств. Но у тебя ведь есть парень, поэтому мы тебя и не звали.
Юэ Цяньлин опешила. Горло у неё словно перехватило, она хотела что-то сказать, но не могла подобрать точных слов.
Хотя Хуан Цзе прямо не сказала, но, услышав слово «парень», Юэ Цяньлин невольно связала его с Гу Сюнем. Казалось, все считали их с Гу Сюнем парой, но только сами участники знали, что их самым близким контактом до сих пор были объятия.
В такой ситуации она не могла сама решить и подтвердить это.
Вдруг…
Юэ Цяньлин и сама не знала, чего именно она боялась.
Через некоторое время она нахмурилась и тихо сказала.
— Кто сказал, что у меня есть парень?
— А?
Несколько коллег вокруг уставились на неё, словно не веря услышанному.
Пока Хуан Цзе думала, не вышло ли большое недоразумение, Инь Цинь прямо спросила.
— Разве Гу Сюнь не твой парень?
Юэ Цяньлин опустила глаза, продолжая собирать вещи, и спокойно сказала.
— Нет.
Коллеги переглянулись, чувствуя неловкость. Но Инь Цинь, очевидно, не испытывала таких эмоций, она усмехнулась.
— Видимо, мы неправильно поняли, ещё думали, что ты бегаешь каждый день в Девятый отдел к парню.
Оказывается, она ещё ничего не знала. Юэ Цяньлин взглянула на неё.
— Я хожу по работе.
Как и ожидалось, услышав эти слова, Инь Цинь широко раскрыла глаза.
— По работе?
Все в отделе, хотя и считали Юэ Цяньлин и Гу Сюня парой, пришли к такому выводу, наблюдая, как они всегда вместе приходят и уходят.
Что касается Девятого отдела, они были в курсе ситуации, но по непонятному соглашению все молчали об этом с Инь Цинь. Теперь Инь Цинь обнаружила, что, кажется, только она одна оставалась в неведении, словно её исключили, и ей было неловко. Она с натянутой улыбкой сказала.
— Вот как, видимо, мы все неправильно поняли.
Юэ Цяньлин больше ничего не сказала, взяла сумку и спустилась вниз.
В это время в лифте было много людей, Юэ Цяньлин зашла последней, встав впереди, и не обратила внимания, кто стоит сзади. Когда лифт достиг первого этажа, она сделала два шага и вдруг услышала, как кто-то её зовёт. Юэ Цяньлин обернулась и увидела, что Су Чжэн выходит из лифта вместе с толпой, шаги его были немного торопливыми.
— Что случилось? Есть ещё указания?
Услышав слово «указания», Су Чжэн вдруг рассмеялся.
— Мы с тобой можем говорить только о работе?
— Я просто так сказала, — Юэ Цяньлин улыбнулась. — Разве ты не закончил работу? Почему не пошёл на парковку?
— Всё равно дома я один, планирую поужинать перед возвращением, — Су Чжэн кивнул в её сторону. — Вместе?
Юэ Цяньлин как раз тоже собиралась поесть перед возвращением домой, поэтому кивнула.
Они вместе зашли в ресторан, и, когда заказывали, Юэ Цяньлин вспомнила, что Гу Сюнь один дома, и не знала, поужинал ли он, поэтому отправила ему сообщение.
[Сладкая карамелька]: Ты поужинал?
Гу Сюнь ответил не сразу. Положив телефон, Юэ Цяньлин продолжила изучать меню, как вдруг Су Чжэн спросил.
— На выходных будет встреча для знакомств, ты пойдёшь?
Юэ Цяньлин, не задумываясь, ответила.
— Нет.
Су Чжэн удивился.
— А? Почему? У тебя же нет парня?
Снова услышав «парень», Юэ Цяньлин резко подняла глаза, замолчала на мгновение и сказала.
— Ага, но в знакомствах нет необходимости.
— Тоже верно, — Су Чжэн улыбнулся. — Но, возможно, у тебя уже есть симпатия к кому-то?
Взгляд Юэ Цяньлин замер, она ещё не придумала, как ответить, как вдруг телефон завибрировал. Она тут же разблокировала его, на экране был чат с Гу Сюнем.
[Красавчик]: Нет.
[Красавчик]: Ты вернёшься поужинать со мной?
[Сладкая карамелька]: Можно и так.
[Красавчик]: 24583
[Сладкая карамелька]: ?
[Красавчик]: Код от моей двери.
Пока она печатала, Су Чжэн мельком увидел экран. Он тоже был в друзьях с Гу Сюнем и, естественно, знал, чей это аватар.
Отправив сообщение, Юэ Цяньлин снова подняла голову, раздумывая, как ответить на предыдущий вопрос. Собираясь уже заговорить, Су Чжэн опустил глаза, взял меню и с улыбкой сказал.
— Ладно, не нужно говорить, я понял.
Она медленно подняла взгляд на Су Чжэна. Сначала она подумала, что он просто спросил мимоходом, раз сам собирается на встречу, но его ответ заставил Юэ Цяньлин почувствовать, что, возможно, он имел в виду что-то другое.
И тогда Юэ Цяньлин чётко и уверенно сказала.
— Мм, Хорошо.
Она не знала, не показалось ли ей, но этот ответ в любом случае не был неправильным. Только по дороге домой в душе у Юэ Цяньлин было какое-то необъяснимое смятение. Сначала коллеги посчитали, что они с Гу Сюнем уже пара, потом Су Чжэн допытывался, есть ли у неё симпатия. Она словно оказалась на узком мосту, где нельзя ни продвинуться, ни отступить.
Вспомнив об объятиях сегодня утром, которые длились двадцать минут, Юэ Цяньлин почувствовала себя ещё более неуверенно. Словно она стоит на парящей в воздухе доске, сначала может нравиться это ощущение невесомости, но со временем оно становится неустойчивым.
При этой мысли Юэ Цяньлин вдруг забеспокоилась. Ей хотелось определённости, ясного ответа.
Но…
Юэ Цяньлин опустила голову. Ведь Гу Сюнь не торопил её с ответом, не могла же она вдруг сама побежать и сказать ему: «Я согласна, давай встречаться».
Эх.
Юэ Цяньлин вздохнула и, неся ужин для Гу Сюня, не спеша пошла домой.
В лифте она отправила Гу Сюзю сообщение, что пришла, но он не ответил. Поэтому Юэ Цяньлин направилась прямо к его двери. Поднимая руку, чтобы ввести код, она вдруг заметила на двери маленькую записку.
Страх от того случая, когда за ней следили, снова нахлынул, и Юэ Цяньлин тут же напряглась, оглядываясь по сторонам.
Убедившись, что никто не подошёл, она вздохнула с облегчением, затем снова посмотрела и заметила, что записка выглядела особенной. Это была не реклама, а рукописный текст.
«Здравствуйте, сосед! Я живу на 17-м этаже этого подъезда, часто вижу вас в лифте, и вы мне очень нравитесь. Сегодня днём, увидев, как вы возвращаетесь домой, я хотела поговорить, но, выйдя следом, заметила, что вы выглядите не очень хорошо, и поэтому отказалась от этой идеи. Надеюсь познакомиться с вами, не беспокоя вас. Мой WeChat: trae19981212»
Юэ Цяньлин, нахмурившись, сорвала записку, скомкала в ладони и только тогда вошла внутрь.
В комнате было тихо, слышен только шум кондиционера. Свет не горел, шторы были задернуты, весь дом погрузился в полумрак, лишь тонкий луч света пробивался через щель в шторы и падал на диван. А Гу Сюнь лежал на диване с закрытыми глазами и спал.
Юэ Цяньлин на цыпочках подошла к нему, подняла с пола его телефон и, убрав его, хотела разбудить Гу Сюня. Но, наклонившись и увидев его спокойное спящее лицо, она вдруг не решилась его беспокоить.
Постояв несколько секунд, Юэ Цяньлин медленно присела на корточки. Её взгляд скользил по его лицу и, наконец, остановился на его густых ресницах. Только потому, что он спал, Юэ Цяньлин могла так бесцеремонно и долго разглядывать его, не боясь, что заметят другие, и не боясь, что заметит он сам.
Неизвестно, сколько времени прошло, Юэ Цяньлин почувствовала, что у неё затекли ноги, но всё равно не хотела отводить взгляд. Через некоторое время, вспомнив о записке на двери, она протянула руку и легонько ткнула его в щёку.
— Ах ты, лиса, повсюду соблазняешь людей.
Как только эти слова прозвучали, ресницы Гу Сюня слегка задрожали.
Юэ Цяньлин испугалась и тут же встала. Но из-за долгого сидения на корточках в момент подъёма ноги онемели, и она пошатнулась, падая на диван. К счастью, она была достаточно скоординирована и вовремя успела упереться руками в диван, прежде чем упасть на Гу Сюня.
Когда движение стабилизировалось, Юэ Цяньлин уставилась на Гу Сюня, находящегося всего в двух сантиметрах от неё. Дыхание её также замерло в тот миг. Спустя долгое время, убедившись, что Гу Сюнь не проснулся, Юэ Цяньлин тихо выдохнула. Фух, пронесло, ещё чуть-чуть.
Но почему-то она оставалась в этой позе, долго не поднимаясь.
Когда единственный луч света медленно переместился с дивана на лицо Гу Сюня, Юэ Цяньлин сглотнула.
Всё равно он не проснётся. Всё равно он ничего не узнает.
Тогда…
Юэ Цяньлин, словно заворожённая, наклонилась и легонько поцеловала Гу Сюня в щёку.
Возможно, из-за волнения при первом тайном поцелуе, дыхание Юэ Цяньлин сбилось, брови нахмурились, она лишь коснулась на мгновение и тут же отстранилась.
Но, как только она подняла голову, мужчина на диване внезапно открыл глаза.
Взгляды встретились.
В его глазах ещё была сонная дымка, он смотрел на Юэ Цяньлин, словно не понимая, что произошло. Но сознание Юэ Цяньлин было совершенно ясным. В ту секунду, когда Гу Сюнь открыл глаза, она почувствовала, что её лицо закипело за секунду. Жар был таким сильным, что даже голос охрип.
— Я… Я нечаянно.
Сказав это, она упёрлась руками и собралась встать.
В следующую секунду Гу Сюнь протянул руку, зацепив её за талию, прижал к себе и, обняв, перевернулся.
В мире, перевернувшемся с ног на голову, Юэ Цяньлин оказалась прижатой им к дивану, не успев осознать, как человек, секунду назад бывший сонным, в мгновение ока стал таким властным.
Затем Гу Сюнь наклонился и поцеловал её в губы.
Руки Юэ Цяньлин, собиравшиеся сопротивляться, замерли в воздухе, а глаза широко распахнулись.
Его поцелуй был очень нежным, он медленно скользил по её губам. Время словно остановилось. Юэ Цяньлин по-прежнему смотрела широко открытыми глазами, в поле зрения было всё его лицо, но она всё ещё не могла поверить, реально ли жжение на губах. Когда влажное ощущение передалось на её губы, Юэ Цяньлин словно пронзило током, все сенсорные клетки тела мгновенно вскипели, но сама она с головы до ног окаменела.
Спустя мгновение, Гу Сюнь вдруг нахмурился, слегка разомкнул губы и сказал голосом, тихим, как дуновение.
— Приоткрой рот.
Юэ Цяньлин почувствовала, что полностью потеряла способность мыслить, словно робот, способный только слушать команды. Её губы и зубы разомкнулись, пространство рта мгновенно было захвачено, и то влажное ощущение, которое сводило её с ума, нахлынуло с новой силой.
Его губы и язык были мягкими и горячими, явно возбуждая и всасывая лишь в ограниченном пространстве, но легко затрагивая каждую её нервную клеточку.
Юэ Цяньлин никогда не знала, что целоваться, это такая трудная работа. Её руки постепенно потеряли даже силу опоры и медленно опустились на спину Гу Сюня. Но этот маленький жест словно подстегнул его, и его поцелуй стал ещё глубже.
Прошло некоторое время, Юэ Цяньлин, утонувшая в страсти, вернула себе немного сознания и вспомнила, что должна закрыть глаза. Но когда она сомкнула веки, слух в тот же момент обострился. Дыхание Гу Сюня вздымалось у её уха, время от времени перемежаясь приглушёнными стонами, вырывавшимися из его горла.
От чего Юэ Цяньлин подумала…
Как можно так развратно целоваться!
Неизвестно, сколько времени прошло, когда Юэ Цяньлин почувствовала, что ей немного трудно дышать, Гу Сюнь наконец остановился.
Он упёрся в диван у головы Юэ Цяньлин, легонько клюнул её в уголок губ.
— Я тоже нечаянно.
Кто может «нечаянно» устроить французский поцелуй? Но сейчас у неё не было сил, чтобы говорить. Плотно закрыв глаза, лишь через некоторое время она набралась смелости открыть их и встретиться с ним взглядом. Глядя на его глаза, которые были влажными и блестящими, Юэ Цяньлин слегка пошевелила пальцами, затем сжала его одежду.
— Я…
— Подожди, — Гу Сюнь внезапно перебил её. — Дай мне сказать.
Юэ Цяньлин, казалось, предчувствовала, что он хочет сказать, её пальцы разжались, затем снова сжались.
— Меня впервые поцеловала девушка, — он изогнул уголки губ. —Ты должна нести за меня ответственность.
В тот момент, когда она, смущённая и раздражённая, захотела тут же встать, она обнаружила, что человек перед ней не сдвигается с места, словно стена.
— Юэ Цяньлин, — Гу Сюнь смотрел на неё сверху вниз, и его выражение внезапно стало серьёзным. — На самом деле я хочу официально сказать тебе, что прежний Линь Сюнь любил тебя, а нынешний Гу Сюнь тоже любит тебя. Мне самому потребовалось некоторое время, чтобы принять этот факт, но это не важно. В общем, человек перед тобой в этот момент действительно очень тебя любит.
Когда прозвучало его последнее слово, Юэ Цяньлин почувствовала, словно парила в облаках и упала на мягкую, но твёрдую тёплую кровать.
Все её внутренние неуверенности были на грани превращения в уверенность.
Руки Юэ Цяньлин по-прежнему крепко сжимали его.
— Очень любит… насколько сильно?
В туманном свете гостиной Юэ Цяньлин увидела, как взгляд Гу Сюня стал глубже.
— На этот вопрос я не могу тебе ответить.
— О…
Юэ Цяньлин разжала руку, пытаясь не придавать значения, но не смогла удержаться от желания упереться в эту точку.
Её игнорировали, ей отказывали, всё это объективно существовавшие факты. Не получив достаточно любви, ей, возможно, всё ещё было трудно поставить себя на равную с ним позицию.
— Ну ладно…
— Для таких необъективных вещей никто никогда не изобретал шкалы измерений, — Гу Сюнь вдруг перебил её, пристально глядя в её глаза. — И я не могу привести тебе реальный объект для сравнения. Потому что за всю мою жизнь, — произнося эти слова, его взгляд смягчился, словно тёплый источник, утопая в глазах девушки. — Я не любил других девушек, люблю только тебя одну.
Сказав это, он вдруг опустил голову и, словно немного смущаясь, потерся о ухо Юэ Цяньлин, пробормотав.
— Разве я не говорил только что? Ты моя первая любовь.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
