— «Утес Обретения Будды» также называют «Утесом Самопожертвования»; эта легенда существует исключительно из-за облаков, которые круглый год окутывают вершину горы. В определенный час какого-то дня, когда солнечный свет проникает с обратной стороны облаков, с окрестных вершин можно увидеть великолепное семицветное сияние, что уже давно никого не удивляет. Но на этой вершине все иначе: возможно, угол падения идеален, сказывается преломление или что-то еще, к тому же позади нее высится огромный белый камень. Когда лучи солнца падают прямо, а затем отражаются обратно в облачную пелену, человек, стоящий перед этим камнем, может увидеть в море облаков напротив собственное изображение — величественное и священное, озаренное сиянием мириад радужных лучей, словно он окрылился и стал бессмертным1; люди недалекие принимали это за знак свыше, веря, что от рождения наделены божественными костями, уже прошли через все предначертанные невзгоды и могут вернуться в небесные чертоги, после чего с шумом прыгали вниз, радостно разбиваясь вдребезги! На протяжении тысяч лет доблестные души, «принявшие смерть во имя правого дела», гибли здесь непрерывно, оттого утес и прозвали «Утесом Самопожертвования» или «Утесом Обретения Будды». Не желавшие оставаться безвестными «небожители» оставляли на валуне надписи вроде: «Такой-то обрел бессмертие здесь в таком-то году и месяце», а бесстыдники и вовсе расписывали, как именно потомки обязаны воздвигнуть в их честь храм, чтить их память и поклоняться им.
P. S. Вовсе не вымысел автора: на материке действительно существует такой утес, но неизвестно, в какой именно горной гряде. Юй Ху захлопала своими миндалевидными глазами, тут же вскочила и устремила взор на раскинувшееся напротив огромное прекрасное море облаков; солнце постепенно поднималось к облачной толще, незаметно окрашивая похожие на хлопковую вату облака в мириады ярких лучей зари.
— Неужели действительно случаются такие чудеса?
— Слова о том, что прочесть десять тысяч свитков книг не так полезно, как пройти десять тысяч ли, сказаны не зря, подождем еще четверть часа, и все станет ясно. Три года назад мы с братом Лю, чтобы проверить эту легенду, потратили целый месяц: каждый день поднимались на гору еще до восхода солнца и спускались только на закате, прежде чем увидели это чудесное зрелище. В этот раз мы рассчитали время точно, так что ты сможешь сполна насладиться увиденным. В будущем нас ждут еще более удивительные знаменитые реки и живописные горы, и я обязательно возьму тебя с собой.
Юй Ху сидела рядом с ним, всем телом прижимаясь к его груди, и вдруг подумала, что он потрясающий мужчина.
— Тянь Лэй, ты так добр ко мне, я и не знала, что мужчины могут так относиться к женам.
— А как, по-твоему, должны вести себя супруги? — Он приподнял брови и попутно поднес к ее губам чарку байганя.
— Я не знаю, я ведь раньше не выходила замуж, — пожала она плечами. — Но мой де никогда не разрешал моей нян ходить куда вздумается. Когда он уходил, то ни в коем случае не позволял ей идти вместе с ним, всегда заваливал ее кучей домашней работы, которую она не успевала переделать до его возвращения. А потом они ругались, и моя нян в сердцах уходила в свой родительский дом — только и всего! Похоже, именно так супруги и живут друг с другом. Ты слишком добр ко мне, люди, пожалуй, удивятся?
— Или скажут, что я подкаблучник? Чего бояться? Я живу не ради них! Когда в будущем я стану выдающимся человеком, неужели стоит опасаться, что некому будет заискивать передо мной? Будут ли они добавлять парчу к цветам или же принижать и топтать меня — какое мне до этого дело?
Она тихонько рассмеялась и крепко поцеловала его в щеку.
— Точно! Поэтому делай все, что тебе хочется, совсем не обращай внимания на чужую критику и позволяй слухам распространяться, ведь тебе это все равно не повредит.
Ци Тяньлэй прислонился спиной к белому камню, нежно погладил ее шелковистые волосы и тихо произнес:
— Семья Ци не брезгует никакими средствами в ведении дел. Для торговцев, разумеется, получение прибыли стоит на первом месте, однако человеку все же следует сохранять в сердце великодушие и честность. Раздача зерна бедным дважды в год — всего лишь тщеславный поступок ради покупки доброго имени, а то, что из-за наших сделок рушатся чужие семьи и гибнут люди, никого не волнует. Юй Ху, мне не важно, в чьи руки попадет семья Ци. Я не способен на те деспотичные методы, какими пользуется тайцзюнь, именно поэтому мы с Ляньхуном и братом Лю объединили усилия и создали дело под названием «Хунту». Тебе тоже пришлось нелегко, раз ты мирилась со всем, что происходит в семье Ци! Ни одна женщина не полюбит бесполезного мужа, но ты, эх… — Он улыбнулся, вспомнив, как Юй Ху решительно вставала на его защиту.
Юй Ху вздохнула.
— Так ты, оказывается, испытывал меня в те дни? И что же? Взял меня с собой только потому, что я выдержала испытание? А если бы я тебе не подошла, то как бы ты поступил?
— Никак, просто усердно трудился бы над тем, чтобы нарожать детишек, которые ползали бы у твоих ног! Ой!
Любимая жена больно ущипнула его за бок.
— Похотливый негодяй! Ты только и ищешь повод, чтобы поиздеваться надо мной!
Он громко расхохотался, крепко обнял ее и принялся осыпать поцелуями.
— Жена у меня только одна, если я не буду поддразнивать тебя, то кого же еще?
Юй Ху как раз собиралась как следует поколотить этого негодника, но вдруг замерла: облака напротив начали стремительно менять свои очертания. Она снова уселась рядом с мужем, затаив дыхание, наблюдая за этим удивительным моментом.
Их силуэты постепенно проступили среди облаков, прямо по центру солнечного диска; их очертания окружил золотой ореол, а затем мириады лучей зари рассеялись вокруг них, устремляясь в белые облака. Это действительно очень напоминало вознесение на небо и обретение бессмертия: фигуры увеличились в три-четыре раза, а полы одежд развевались на ветру! На обычных картинах божеств всегда окружает золотой нимб, и теперь он появился и у них.
— Не хватает только лотосов под ногами! — тихо воскликнула она.
И в это самое мгновение солнце едва заметно сместилось, и видение полностью исчезло! Только тогда Юй Ху выдохнула воздух, который удерживала в груди долгое время. Неудивительно, что литераторы и поэты всех династий извечно воспевали знаменитые горы и прекрасные пейзажи! Поистине, лишь те люди, что выросли среди этих прекрасных рек и гор, способны понять это и обладают правом становиться одаренными учеными и поэтами. На миг Юй Ху тоже захотела оказаться Цао Чжи, чей талант равен восьми доу2, чтобы суметь за семь шагов сложить стихотворение, способное передать чудесное настроение этого мига. Она непременно должна как следует учиться грамоте и читать книги: даже если ей не суждено стать поэтессой, будет достаточно и того, что она сможет понимать стихи, написанные другими!
— Если бы сейчас откуда-то донеслась божественная музыка, то мы могли бы прыгнуть вниз! И стали бы счастливыми супругами, разделившими смерть ради любви.
Его слова вернули ее из забытья.
— Ну уж нет! Если прыгнуть, все тело разлетится на триста шестьдесят кусочков, какое уродство! А хуже всего — если не разобьешься насмерть, а останешься калекой, в ком едва теплится жизнь. — Она была очень практичной и всех, кто ни с того ни с сего желал умереть, безоговорочно считала глупцами.
— И то правда! Мы ведь еще не нарожали достаточно детишек, — тихо пробормотал он.
— Ци Тяньлэй! А ну не убегай! — Она резко вскочила, бросившись за ним в погоню!
И вот супруги вскочили на коней и помчались к подножию горы, их голоса постепенно затихали вдали. Как оказалось, более низкие склоны гор Даюнь были сплошь засажены деревьями, принадлежащими «Хунту». Во второй половине дня они собирались осмотреть ход лесозаготовок, а также работы по высадке лесов для защиты почвы и воды. Стоило срубить одно старое дерево вековой давности, как взамен нужно было высадить сотню саженцев, а также позаботиться о предотвращении размыва почвы. В прошлом оползни и сели случались часто, но благодаря неустанным поискам Лю Жоцяня и Ци Тяньлэя причины были найдены, поэтому они придавали огромное значение защите горных склонов.
Самыми известными деревянными изделиями в Цюаньчжоу были гробы, и состоятельные люди со всей страны непременно приезжали в Цюаньчжоу, чтобы купить «древо долголетия». Поэтому столь прибыльное ремесло являлось основным рынком для торговцев лесом.
- Окрылиться и стать бессмертным (羽化成仙, yǔhuà chéngxiān) — даосский термин, означающий превращение человека в пернатого небожителя и обретение бессмертия. ↩︎
- Талант равен восьми доу (才高八斗, cái gāo bā dǒu) — китайская идиома, означающая человека исключительного литературного таланта, восходящая к оценке способностей поэта Цао Чжи. ↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
