— Это их способ проявлять взаимную любовь. Разве ты не видишь, как расслабленно слуги пьют чай? Они так шумят и ссорятся уже четыре года, и всё одно и то же! Не волнуйся, Дахун — хороший человек, он всегда только и делает, что терпит удары Ляньхун, в крайнем случае может шлёпнуть её пару раз по мягкому месту, и только! Не веришь — посмотри завтра, у Дахуна точно вся голова будет в синяках.
Лю Жоцянь добавил:
— Ляньлянь очень его любит и полностью поддерживает в добрых делах. Однако ей нравится ссориться с ним, принимая позу чайника1, потому что Дахун порой бывает таким олухом, что выводит её из себя, совершенно не понимая чувств.
Юй Ху высунула кончик языка.
— Тот… Шу Дахун, и он ухитрился дожить до сего дня?
— Он ведь входит в десятку лучших мастеров цзянху! То, что на его теле изредка прибавляется ран, лишь заставляет Лянь относиться к нему нежнее. Он вовсе не глуп, убить его слишком сложно! Лянь, скорее всего, уверена в этом, потому и оставляет на нём повсюду отметины.
Иными словами, эта странная парочка — точь-в-точь как Чжоу Юй и Хуан Гай2: один бьёт, другой терпит по доброй воле. Стоит ли посторонним попусту беспокоиться?
Трое уже собирались сесть в повозку, как вдруг из главных ворот показался силуэт в зелёном. Это была хорошенькая Сю Бо-гунян. Легко и с затаённой печалью она негромко спросила:
— Лю-гэгэ, Ци-гэгэ, вы ведь собираетесь на прогулку по озеру? Можно мне с вами?
Переждав прошлую ночь, Сю Бо решительно настроилась бороться до конца.
Лю Жоцянь не ответил, его взгляд ясно давал понять: это дело Ци Тяньлэя. Поэтому Ци Тяньлэю пришлось отозваться:
— Если ты сегодня свободна и у тебя есть настроение, отчего бы и не пойти вместе?
— Спасибо, Ци-гэгэ! — Личико Сю Бо озарилось, она решила, что у неё ещё осталась хоть кроха надежды. В повозке она не сводила с Ци Тяньлэя полных любви глаз, но, казалось, также решила ладить с Юй Ху, чтобы вместе служить одному мужу, так что сегодня Юй Ху не почувствовала никакой враждебности.
Прежде чем сесть на лодку, Ци Тяньлэй заботливо отправился купить засахаренных фруктов, сушёных слив и прочих сладостей, намереваясь угостить Юй Ху вволю. Сю Бо, пользуясь случаем, увязалась следом, и на лодке остались только Лю Жоцянь и Юй Ху.
Юй Ху мягко подавила недовольство в сердце, ничего не сказав — она доверяла Ци Тяньлэю. Но совсем не чувствовать горького вкуса ревности было невозможно, и она не удержалась от вопроса Лю Жоцяню:
— Как Тянь Лэй вообще её выкупил?
Лю Жоцянь, стоя рядом с ней, с улыбкой произнёс:
— Когда два года назад он приехал сюда проверить дела, то иногда захаживал в весёлые кварталы для ведения переговоров. Сю Бо оказалась в огненной яме из-за того, что дела её отца прогорели. Она до последнего отказывалась принимать гостей и пыталась сбежать, когда её случайно спас Тянь Лэй. Он выкупил её и пристроил к Шу-данян, но Сю Бо во что бы то ни стало желала отдать ему своё тело. Ты ведь знаешь женщин: если бы спаситель оказался красавцем, то они непременно жаждали бы отплатить за спасение таким образом. Тянь Лэю пришлось взять её в названые мэймэй и дать фамилию Ци, чтобы она перестала быть столь одержимой. Здесь Тянь Лэй не прикрывается болезненной слабостью, к тому же он красив, так что влюблённых в него женщин немало — даже мне приходится отступать в тень! Ты ревнуешь?
Юй Ху улыбнулась. Даже если она и была мелочной, то не желала показывать этого перед ним — этот человек очень любил подразнить других!
— Я ревную? Ревную к маленькой женщине, которая не представляет угрозы? Я не возражаю против вашей крепкой дружбы, так стану ли беспокоиться о той, к кому Тянь Лэй безразличен? Неужели я так глупа?
— Не возражаешь? Слухи, что ходят по всему поместью семьи Ци, не самые приятные, — Лю Жоцянь приподнял бровь, ему было любопытно увидеть её реакцию.
— Это вам стоит беспокоиться! А я? Меня в лучшем случае будут жалеть. К тому же я очень благодарна, что ты появился рядом с Тянь Лэем, когда он был одинок и лишен поддержки. В семье Ци ему приходится нелегко, и вместо того, чтобы бороться за внимание с тобой, его побратимом, лучше объединить силы против того безумца Кэ Шичжао. Чтобы убрать тебя, нужно сначала разобраться с врагом! Как учил Тянь Лэй прошлой ночью: когда хитрые зайцы перебиты, охотничьих собак пускают на мясо!
Её прекрасные очи лукаво блеснули, она не дала Лю Жоцяню возможности посмеяться над ней.
Лю Жоцянь громко рассмеялся:
— Хорошо сказано! Тянь Лэй прав, было бы жаль, если бы ты не училась. Если бы ты не была женщиной Тянь Лэя, я бы добивался тебя, чтобы сделать своей спутницей. Мне нужна умная жена, но при этом не такая сварливая, как Шу-данян. Ты и впрямь сокровище.
Юй Ху сладко улыбнулась:
— Я подхожу только Тянь Лэю, но никак не тебе, бродяга! Твоей жене, должно быть, придётся постоянно меняться, чтобы ты не терял к ней интереса. Неудивительно, что тебе уже почти тридцать, а спутницы всё нет, и за тобой целыми днями бегают женщины! Думаю, это и есть твоя радость.
— Истинно так! Истинно так! Лю-гэгэ — настоящий непоседа и бродяга! Никакая женщина не сможет его удержать!
Неизвестно когда Ци Тяньлэй взошел на лодку, но Ци Сюбо с ним не было. Он сразу велел лодочнику отплывать.
— А где Сю Бо? — Юй Ху посмотрела на берег, одновременно и с тревогой, и с радостью. Когда к мужу липнет другая, ни одна жена не будет спокойна, но Сю Бо осталась одна и исчезла, вдруг с ней что-то случится?
Ци Тяньлэй завел её в каюту лодки и расставил купленные вино, закуски и сладости.
— Ей пора прийти в себя, — коротко бросил он, не желая вдаваться в подробности.
Юй Ху пожала плечами и, усевшись рядом с ним за еду, сменила тему:
— Почему мне кажется, что Хунту только и делает, что вставляет палки в колёса семье Ци? Если я когда-нибудь войду в торговые лавки семьи Ци, мне нужно будет помогать изнутри или сосредоточиться на управлении делами?
— Делай то, что позволит твоей совести быть спокойной. Верю, если какое-то дело будет связано с присвоением чужих средств к существованию, ты не станешь этим заниматься.
Ци Тяньлэй расслабленно откинулся на подушки. Подрывать собственный семейный бизнес и для него было непростым решением.
— Неужели в семье Ци и впрямь ведут дела столь неразборчиво в средствах, что доводят людей до разорения и гибели?
Лю Жоцянь ответил вместо него:
— Не всегда это делается намеренно. На самом деле в торговых сражениях нет места мягкосердечию. Можно быть властным, но если проявлять излишнюю настойчивость, это превращается в захват. Отрезать другим пути к заработку, лишая их возможности выжить — это косвенное причинение вреда, что тоже считается грехом.
Она начала кое-что понимать. Юй Ху взяла мужа за руку, и они крепко сжали ладони друг друга в знак душевного согласия. Ци Тяньлэй с улыбкой произнёс:
— Семья Ци долгое время пребывала в довольстве, богатство их не знало границ, но им всё мало. Они называют себя домом, творящим благо, однако забыли о милосердии в делах. Должен прийти кто-то, кто нанесёт им удар и заставит увидеть истину! Я предпочту, чтобы семья Ци сначала сильно пострадала, а затем возродилась. За такое непокорство, если Лаофужэнь узнает, она точно не пощадит!
— Я не позволю тебе пострадать, — её тихий голос прозвучал решительно, давая обет защитить его.
Ей нужно было хорошенько подумать…
Одной рукой Ци Тяньлэй обнимал любимую жену, а другой поднял чашу и осушил её вместе с Лю Жоцянем. В их обменивающихся улыбками взглядах читались облегчение и радость.
Внезапно и у Лю Жоцяня возникло желание найти предназначенного ему судьбой человека, потому что он начал чувствовать одиночество…
- Поза чайника (茶壶架式, cháhú jiàshì) — поза, когда человек стоит, уперев руки в бока, что напоминает ручки чайника. ↩︎
- Чжоу Юй бьёт Хуан Гая (周瑜打黄盖, Zhōu Yú dǎ Huáng Gài) — образное выражение, означающее ситуацию, когда один добровольно принимает наказание или страдание от другого ради общей скрытой цели. ↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
