— Честно говоря, когда я увидела его в первый раз, то просто обомлела. Только тогда я поняла, что слова «не от мира сего» можно применить и к мужчине, — сказала Ван Лань, работавшая в одной студии с Сан Уянь, пока они обедали в столовой.
— Жаль, что у меня тогда не было с собой камеры. Можно было бы сделать снимок и продать его какому-нибудь журналу, — вздохнула Е Ли.
— Ты с ума сошла! Если босс или Не Си-цзецзе узнают об этом, нам не сдобровать.
Сан Уянь втайне усмехнулась.
— У Янь, почему ты молчишь и так глупо улыбаешься? — спросила Ван Лань.
— Просто мастер Фан сегодня положил мне в полтора раза больше жареной говядины, чем обычно. Объеденье, — ответила Сан Уянь.
Е Ли и Ван Лань лишь молча переглянулись.
— Слышала, ты переехала в жилой комплекс XX? Какое же это счастье — найти такого парня. Там же сплошь дорогие машины да виллы.
— Кажется, этот дом не его, — так тогда сказал Су Няньцинь.
— Ой, тогда тебе стоит быть поосторожнее. Я видела в новостном отделе нашей станции кучу сюжетов о том, как мужчины притворяются богачами, одалживая чужие дома, чтобы заманить женщин в брак, — предупредила Е Ли.
Сан Уянь улыбнулась.
Посреди обеда позвонил Су Няньцинь.
— Ты поела?
— Ем и болтаю.
— Болтаешь? — Су Няньцинь никак не мог понять, почему люди так любят разговаривать за столом.
— Об И Цзине. Говорят, если раздобыть его фото, можно выручить кучу денег, — с хитринкой в голосе произнесла Сан Уянь, поглядывая на двух коллег рядом.
— Ты ела говядину? — спросил Су Няньцинь.
— Откуда ты знаешь? — удивилась Сан Уянь. Неужели он на другом конце провода чувствует запах мяса?
Этим вопросом она выдала себя с поличным.
— Что говорил врач? Стоило тебе выйти за порог, как ты всё забыла! — рассердился Су Няньцинь.
Несколько дней назад у Сан Уянь снова началась аллергическая сыпь, и после осмотра врач велел ей исключить из рациона белок и говядину.
Для Сан Уянь, которая жизни не мыслила без мяса, это стало настоящим мучением. Она заявила: «Моя жизнь лишилась половины радостей». На что Су Няньцинь ответил: «Потерпи всего несколько дней, пока сыпь не пройдёт, не преувеличивай».
Именно поэтому сейчас и позвонил Су Няньцинь.
— Но как ты узнал, что я её ела? — снова спросила Сан Уянь.
— По твоему самодовольному тону сразу всё ясно, — отрезал он.
Она держала трубку с таким видом, будто говорила: «И что ты мне сделаешь?», и высунула язык.
— Отныне в обед ты обязана возвращаться домой и есть там, — объявил своё решение Су Няньцинь.
— Но это же так далеко, мне лень мотаться туда-сюда.
— Тогда я сам буду приходить в вашу столовую и следить за тобой! — Кое-кто снова проявил натуру Бао Цзюня.
— Не надо! — тут же сдалась Сан Уянь. Если эти женщины узнают, что он её парень, они из неё на допросе всю душу вытрясут.
Когда Сан Уянь вернулась домой, уже смеркалось.
Снимая обувь, она невольно вздохнула.
Услышав это, Су Няньцинь замер. Он знал, что она разрывается между четырьмя разными местами, и это её сильно утомляет.
Ей нужно было в университет, на радиостанцию, она не могла оставить без присмотра живущую одну Чэн Инь и постоянно навещала её, а под конец возвращалась к нему.
Он часто спрашивал себя, не слишком ли эгоистично он поступает. Но другой голос в его сердце отвечал: «Нет, ради любви можно быть и ещё эгоистичнее».
Однако заставлять человека жертвовать своими мечтами ради другого — всегда жестоко.
Су Няньцинь подошёл и обнял Сан Уянь, словно встречая ангела.
— Твоя сыпь хоть немного прошла? Сильно чешется?
— Ты правда хочешь, чтобы я возвращалась на обед?
— Нет, не нужно.
— Неужели ты сам туда пойдёшь? — Сан Уянь занервничала ещё сильнее.
— Я ведь не какой-нибудь уродец, которого стыдно показать людям, почему мне нельзя? — Су Няньцинь вскинул бровь.
— Ты же знаешь, я не это имела в виду, — заволновалась Сан Уянь.
— Я тоже не пойду. Если будешь послушной.
— По ночам, когда зуд мешает тебе спать, ты начинаешь плакать, а когда ты плачешь, у меня сердце кровью обливается, понимаешь? — добавил Су Няньцинь.
На сердце у Сан Уянь стало тепло.
— Угу.
— Кстати, — Су Няньцинь вдруг о чём-то вспомнил, — а в чём заключается вторая половина твоих жизненных радостей?
Сан Уянь загадочно улыбнулась.
— В поедании свинины.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
