— Нарушения зрения бывают разными. Ты столько раз с ним виделась и так и не поняла, что он не совсем слепой? — спросила Чэн Инь.
— Откуда мне было знать? — Сан Уянь лишь считала, что возможности его организма невероятны, ведь во многих местах он свободно передвигался без помощи трости.
— Я не абсолютно слеп и могу различить движение предметов в пределах трёх чи. — В кабинке колеса обозрения, хотя лицо Су Няньциня оставалось бесстрастным, Сан Уянь была уверена: ему очень хотелось рассмеяться.
Разумеется, Сан Уянь попадала в категорию «движущихся предметов в пределах трёх чи», так что…
Ей хотелось просто провалиться сквозь землю.
Значит, многие её ужимки, что она строила перед ним раньше, он, возможно, замечал.
Чэн Инь продолжила:
— Он наверняка сделал это нарочно. Иначе почему он не остановил тебя заранее, а заговорил лишь тогда, когда ты закончила и решила, что добилась своего?
— Вот именно, какой коварный! Коварный! Ко-вар-ный! — Сан Уянь в негодовании размахивала руками, бегая по комнате, а затем изо всей силы ударила кулаком по носу огромного плюшевого Гарфилда. — Он специально хотел поиздеваться надо мной.
В последующие дни, даже посещая ту общинную школу, Сан Уянь старалась как можно быстрее уйти, чтобы не столкнуться с ним и не испытывать неловкости. Позже они с Чэн Инь встретили Су Няньциня у ворот школы — он как раз выходил из здания.
Сан Уянь, немного смутившись, поздоровалась с ним.
— Хм, — отозвался Су Няньцинь. Он оставался всё таким же: казалось, скажи он хоть на слово больше или сделай лицо приветливее, это стоило бы ему жизни.
— Моя подруга — твоя фанатка. Какая удача, что мы тебя встретили, она хотела автограф, — с этими словами Сан Уянь обернулась и подмигнула Чэн Инь, но внезапно обнаружила, что той и след простыл.
«А?» — удивилась Сан Уянь. Она ведь только что стояла здесь.
В один из дней в конце марта у Сан Уянь поднялась высокая температура. Сначала она подумала, что это обычная простуда, и не придала значения.
Проснувшись утром, она обнаружила на руках красную сыпь.
В больнице выяснилось, что сыпь уже покрыла лицо, шею и конечности. Доктор сказал, что это корь.
Она с самого детства отличалась крепким здоровьем и никогда серьёзно не болела. Врач предупредил, что болезнь крайне заразна. Чэн Инь рядом не было, а поскольку они жили не в общежитии и с другими однокурсниками особо не общались, Сан Уянь решила, что это не создаст больших проблем. Выпив лекарство, она провалилась в тяжелый, душный сон.
Шторы были задёрнуты, и она не знала, сколько времени прошло, когда зазвонил телефон.
Шмыгая носом, она взяла трубку. Это был междугородний звонок из дома.
Мама Сан словно сердцем чувствовала неладное и сказала, что её что-то тревожит. Сан Уянь не хотела её волновать, поэтому быстро пробормотала что-то невнятное и, не в силах больше держаться, сослалась на дела и повесила трубку.
Едва положив телефон, она почувствовала, что вот-вот расплачется.
Было действительно очень плохо.
Когда она снова проснулась, её состояние стало ещё хуже.
Словно поддавшись какому-то наваждению, она набрала номер Су Няньциня.
Она хотела лишь послушать гудки и сбросить вызов.
Однако не успел прозвучать и первый гудок, как трубку сняли.
— Алло… — его низкий и спокойный голос донёсся по радиосвязи с того конца.
В тот момент она не знала, что сказать.
— Говори, — этому мужчине по-прежнему катастрофически не хватало терпения, тон был резким.
— Сан Уянь, почему ты молчишь? — внезапно произнёс Су Няньцинь.
Ошеломление Сан Уянь было настолько сильным, что слёзы даже замерли.
— Откуда ты узнал? — спросила она. Пусть она и звонила ему раньше, и пусть он был не совсем слепым, он всё равно не мог увидеть имя звонящего на экране.
Этот мужчина всегда казался ей каким-то загадочным.
— Что-то случилось? — Всего два слова, произнесённые с лёгким вопросительным акцентом.
Судя по его ледяному тону, если бы Сан Уянь сейчас попыталась оправдаться тем, что набрала номер случайно, это наверняка вызвало бы у него приступ гнева.
— У меня корь, мне очень плохо, — робко проговорила Сан Уянь. Как только слова «мне очень плохо» сорвались с её губ, последняя линия внутренней обороны рухнула, и слёзы градом покатились из глаз.
Су Няньцинь немного помолчал и медленно спросил:
— Где ты живёшь?
— Тебе не нужно приходить. Просто у меня здесь нет никого знакомого, и мне захотелось с кем-нибудь поговорить. Я тебя заражу.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
