Неизвестно, сколько времени прошло, прежде чем Хэ Жань повернула голову и встретилась взглядом с Сяо Ханем.
Она снова повторила сказанное ровным, бесцветным голосом:
— Это я столкнула Сюй Яфэй с лестницы.
Глаза напротив лишь спокойно смотрели на неё — без суеты, без раздражения и без осуждения.
Сяо Хань, казалось, ждал, что она даст этому разумное объяснение.
Но объяснения не было.
В тот миг жажда мести, вспыхнувшая от одной-единственной мысли, захватила Хэ Жань целиком. Ей захотелось увидеть, как Сюй Яфэй катится вниз по ступеням, — и она протянула руки и изо всех сил толкнула её.
Оправдываться было нечем. Всё это было лишь ради того, чтобы утолить её желание отомстить.
Среди многочисленных девушек Хань Юя Сюй Яфэй была единственной, кому Хэ Жань ответила ударом на удар, и единственной, чей конец оказался самым жалким.
Хэ Жань до сих пор помнила тот вечер, когда её заперли в кладовой для инвентаря при спортзале на всю ночь.
Вокруг было промозгло, сыро и совершенно темно. В углу пищали крысы, время от времени по её подъёму стремительно пробегал таракан; всё вокруг вызывало отвращение.
К таким тварям Хэ Жань испытывала именно отвращение — до страха дело не доходило. Подобное с ней случалось уже много раз, и она давно перестала удивляться.
Но в тот день всё было иначе.
Тётя была при смерти. Хэ Жань собиралась после уроков поехать в больницу проведать её, возможно, увидеться в последний раз.
Последним уроком перед окончанием занятий была физкультура. В тот день дежурство выпало Хэ Жань, и ей нужно было убрать инвентарь.
С трудом втащив в кладовую корзину, доверху набитую баскетбольными мячами, она только выпрямилась, как железная дверь за спиной без всякого предупреждения захлопнулась с глухим «бам». И почти сразу снаружи донёсся довольный смех Сюй Яфэй.
Раньше, что бы ни вытворяли с Хэ Жань Хань Юй и его девушки, она ни разу не позволяла себе ни взгляда, ни слова мольбы.
В тот день Хэ Жань впервые попросила Сюй Яфэй выпустить её. Та расхохоталась так, что вся затряслась от смеха, и сказала:
— Как же весело! Хэ Жань, повтори-ка ещё раз, что ты сейчас сказала. Я запишу и дам Хань Юю послушать.
Хэ Жань больше не произнесла ни слова.
На следующее утро школьный учитель физкультуры нашёл её и выпустил наружу.
Хэ Жань без остановки бросилась в больницу. Задыхаясь, она распахнула дверь знакомой палаты, но на койке уже лежал чужой человек.
Она так и не успела увидеть тётю в последний раз.
Сюй Яфэй не была хорошим человеком. Хэ Жань — тоже.
Хотя Хэ Жань прекрасно понимала, что корень всего зла — Хань Юй, но ничего сделать с ним она не могла. И потому весь свой гнев выместила на Сюй Яфэй.
Она не любила эти мелочные, трусливые пакости. Она сразу отправила Сюй Яфэй на свидание с Дедом Земли1.
Просто она не ожидала, что всё зайдёт настолько далеко, что та ослепнет на оба глаза.
Об этом, кроме самой Хэ Жань, знал только Хань Юй: он как раз наткнулся на эту сцену.
Хэ Жань никогда не чувствовала себя виноватой перед Сюй Яфэй. Если бы время вернулось назад к тому дню, она всё равно без колебаний протянула бы руки.
Разве что, пожалуй, выбрала бы более подходящий момент, чтобы Хань Юй больше её не увидел. Кто знает, сколько раз он потом шантажировал её этой зацепкой.
Всех этих подробностей Хэ Жань Сяо Ханю не рассказала. Она сказала ему только результат.
Время будто застыло. Колёса попали в глубокую яму, автобус резко тряхнуло, но Сяо Хань всё так же смотрел на неё взглядом спокойным и глубоким.
Хэ Жань повела чуть затёкшей шеей и спросила:
— Ты теперь думаешь, что я очень плохая?
Ответ Сяо Ханя прозвучал многозначительно:
— Ты и так немного плохая.
Хэ Жань скривила губы. Через некоторое время она снова сказала:
— В любом случае я против того, чтобы отправлять Цюаньцюаня к ним домой. Сюй Яфэй будет его обижать.
Сяо Хань кивнул:
— Угу. Я понял.
Машина подъехала ко входу в деревню Сяочжоу, они поднялись и один за другим вышли.
Сяо Хань шёл впереди. Его мучила жажда, и, сойдя с автобуса, он сразу направился в супермаркет напротив.
Он взял бутылку минералки и ещё две бутылочки йогурта для Хэ Жань.
Расплатившись, Хэ Жань взяла только одну и сказала:
— Мне одной хватит. Вторую выпей ты.
Сказав это, она сама сорвала крышечку, неспешно слизнула с неё слой густого йогурта и только потом принялась пить из бутылочки.
Сяо Хань смотрел на неё со стороны. Ему захотелось протянуть руку и погладить её по голове, но в конце концов он всё же убрал руку обратно.
Иногда она и правда была немного плохой. Но чаще всего производила впечатление тихой, послушной девочки — такой, которую хочется бережно обнять и спрятать от всего мира.
Каникулы незаметно перевалили за половину, а Хэ Жань ещё даже не притронулась к домашним заданиям на зимние каникулы. Теперь уже нельзя было целыми днями пропадать вместе с Сяо Ханем.
Она собиралась вечером поужинать у него и только потом вернуться домой, но едва дошла до парикмахерской, как ей позвонил Хань Юй.
— Вечером выходи поесть.
Повесив трубку, Хэ Жань подняла глаза на Сяо Ханя, стоявшего у ступеней, и тихо вздохнула:
— Сегодня не поужинаю с тобой.
Сяо Хань негромко спросил:
— Что случилось?
— Ничего. Просто друзья позвали.
— А-а. — Сяо Хань сдержанно кивнул. — Тогда иди.
Хэ Жань слегка улыбнулась:
— Угу. Увидимся.
Она пошла обратно той же дорогой, по которой пришла. Одна она шагала быстрее и прошла весь путь за каких-то десять с лишним минут.
На ногах у неё были кроссовки, которые прежде купил ей Сяо Хань. К счастью, благодаря им пятки больше не натирались до крови снова и снова.
Когда она стояла у перекрёстка, ожидая такси, к ней подошла женщина с ребёнком за руку и спросила дорогу.
— Здравствуйте, подскажите, как пройти в деревню Сяочжоу?
Женщина была довольно красивой, лет чуть за тридцать, и одета очень модно. На этом пустынном месте, заросшем дикой травой, она выглядела совсем не к месту.
Хэ Жань не слишком любила женщин, которые красивы, но, кажется, не особенно умны. Она указала вниз, себе под ноги, и сказала:
— Это здесь.
— О! — Женщина тут же просияла пониманием и доброжелательно улыбнулась ей. — Спасибо вам.
Хэ Жань символически дёрнула уголком губ:
— Не за что.
Женщина, держа ребёнка за руку, повернулась и пошла к мосту.
Поначалу ничто не могло привлечь внимания Хэ Жань, но после их короткого разговора женщина, наклонив голову, что-то сказала ребёнку.
Столько времени таскаться за Сяо Ханем было не зря: Хэ Жань почти машинально определила, что женщина говорит на чунцинском диалекте, причём в её речи слышался тот же оттенок, что и в деревенском говоре матери Сяо Ханя.
В памяти невольно всплыло лицо этой женщины. Хэ Жань вдруг показалось, что она где-то уже его видела.
Но где — вспомнить не могла.
Этот вопрос мучил её всю дорогу. Даже встретившись с Хань Юем, она всё ещё то и дело отвлекалась.
Рассеянно следуя за Хань Юем до двери отдельного зала в ресторане, Хэ Жань только теперь, с запозданием, поняла, что сегодняшний ужин оказался встречей одноклассников из средней школы.
Это была встреча одноклассников из класса Хань Юя. Хэ Жань не понимала, зачем он её сюда позвал, с людьми из его класса она почти не была знакома.
И всё же Хань Юй в те годы был в школе настоящим сяобаваном2. Стоило ему толкнуть дверь и войти в зал, как внутри сразу поднялась небольшая волна оживления.
На самом деле Хань Юй был довольно популярен. С компанией своих приятелей он держался честнее и преданнее всех, превыше всего ценил братскую верность. Только с Хэ Жань он становился непредсказуемым — то гневным, то милостивым, меняясь без всякой причины.
Поначалу Хэ Жань никто не узнал. Хань Юй тоже явно не собирался выводить её к остальным и представлять всем сразу. Она немного посидела в стороне, никем не замеченная, а потом одна тихо вышла из комнаты и отправилась в общий зал, чтобы взять что-нибудь с фуршетного стола.
Когда она стояла в очереди, кто-то подошёл сзади и похлопал её по плечу.
— …Ты Хэ Жань? — спросили не слишком уверенным тоном.
Хэ Жань как раз думала о своём. Услышав собственное имя, она лишь через пару секунд повернула голову.
С ней говорила одноклассница Хань Юя — девушка со слегка вьющимися волосами. Хэ Жань смутно её помнила.
Она без улыбки кивнула:
— Угу. Это я.
Девушка улыбнулась:
— Меня зовут Чжоу Тянь. Ты меня помнишь?
Хэ Жань задержала взгляд на её лице на несколько секунд дольше, потом покачала головой:
— Извини, не помню.
Впрочем, раз она была одноклассницей Хань Юя, да ещё и внешностью не обделена, вполне возможно, что входила в число его бывших девушек.
Девушка по имени Чжоу Тянь оказалась довольно оживлённой и на холодность Хэ Жань не обиделась. Она быстро завела новый разговор:
— Ты уже выздоровела?
Наверное, почувствовав, что выразилась не совсем точно, она указала на волосы Хэ Жань и добавила:
— Я имею в виду… волосы у тебя уже такие длинные. Химиотерапия закончилась?
Хэ Жань не ответила. Вместо этого она с лёгким удивлением спросила:
— Ты тогда меня видела?
— Да. — Чжоу Тянь кивнула. — В тот раз я ходила с Хань Юем в больницу навестить тебя. Но он не пустил меня в палату, я только пару раз заглянула снаружи.
Видимо, вспомнив что-то забавное, Чжоу Тянь рассмеялась:
— Мы тогда были такие глупые, ничего не понимали. Когда я тебя увидела, даже испугалась: подумала, что это какая-то буддийская монахиня с горы сбежала.
Хэ Жань не улыбнулась.
Чжоу Тянь посмеялась сама, но вскоре почувствовала неловкость. Она хлопнула себя по голове и сказала:
— Прости, я просто пошутила. Ты же не злишься?
Выражение лица Хэ Жань оставалось ровным.
— Ничего. Я тоже считала, что похожа на монахиню.
Чжоу Тянь только тогда с облегчением выдохнула, и на её лице снова появилась улыбка:
— Но даже если монахиня, то очень красивая.
Они вдвоём, держа тарелки, вернулись в отдельную комнату. Хань Юй, окружённый целой россыпью красавиц, только теперь вспомнил о существовании Хэ Жань. Он подошёл к ней и взял с её тарелки кусочек суши.
Хэ Жань смотрела на еду перед собой; палочки были у неё в руке, но она ими не двигала.
Хань Юй помахал ладонью у неё перед глазами.
— О чём задумалась?
Хэ Жань никак не отреагировала.
Хань Юй сел рядом с ней и, нахмурившись, сказал:
— Ну почему ты такая скучная? Сидишь одна. Спела бы хоть песню.
Хэ Жань задумчиво посмотрела на него, но отвечать не стала, мысли её были заняты совсем другим.
Хань Юй ещё немного посидел с мрачным видом, потом снова заговорил:
— После песен пойдём в кино. Что хочешь посмотреть?
Кино…
Кино.
Хэ Жань резко поднялась.
Женщину, которую она встретила у входа в деревню Сяочжоу, она и правда уже видела раньше.
В тот раз, когда они с Сяо Ханем ходили в кинотеатр, проходя мимо одного постера, он остановился и долго смотрел на какой-то участок изображения.
Хэ Жань тогда ещё недоумевала: что же такого особенного привлекло его внимание?
У неё была отличная зрительная память. И теперь черты той женщины безошибочно совпали с одним лицом на постере.
Пусть это была всего лишь неприметная второстепенная роль, а место, которое она занимала на афише, было меньше ладони Хэ Жань, — Хэ Жань была совершенно уверена, что эта женщина появлялась на том самом постере.
…
Десять минут назад Хэ Жань позвонила на мобильный Сяо Ханя.
Ответила женщина.
Голос у неё был довольно мягкий:
— Здравствуйте. Сяо Хань сейчас принимает душ, ему неудобно отвечать. Если у вас что-то срочное, я могу ему передать.
Хэ Жань спросила, прекрасно зная, что делает:
— А вы кто?
Женщина не стала объяснять, кем приходится Сяо Ханю, а просто назвала имя:
— Я Цинь Цзао.
Цинь Цзао.
«Рано расстаться» — неплохое имя.
Хэ Жань небрежно поздоровалась:
— О, здравствуйте.
Женщина снова спросила:
— Вы по какому делу ищете Сяо Ханя?
Хэ Жань сказала:
— Да ничего особенного. Передайте ему, пусть постирает моё нижнее бельё. Я завтра зайду забрать.
Голос женщины замедлился; она словно задумалась.
— …О. Хорошо.
— Тогда всё. Спасибо, я кладу трубку.
— Подождите. — Женщина остановила Хэ Жань. Теперь настала её очередь спрашивать: — Простите… а вы кто?
— Я Хэ Жань.
— Да, я имела в виду… вы с Сяо Ханем… — Женщина замялась.
Какие у тебя отношения с Сяо Ханем — Хэ Жань прекрасно поняла, что та хотела спросить.
Она спокойно сказала:
— Посмотрите, как я записана у него в телефоне, и всё поймёте.
Женщина на мгновение растерялась. Словно по подсказке Хэ Жань, она отняла телефон от уха и посмотрела на имя на экране.
«Яоэр»3.
Хэ Жань до сих пор не знала, что именно означает это слово. Но Цинь Цзао, тоже уроженка Чунцина, не могла этого не знать.
На том конце долго не раздавалось ни звука, и от этого Хэ Жань стало ещё любопытнее, что же скрывается за этим обращением.
Она неторопливо, совершенно уверенно сказала:
— Теперь вы знаете, кто я. Хотите со мной встретиться?
Положив телефон, Хэ Жань принялась рисовать.
За эти зимние каникулы ей нужно было закончить десять цветовых работ, а она только-только начала.
Набросав черновик, она поднялась и собралась идти в душ. Но в этот момент зазвонил телефон.
Хэ Жань помедлила, снова села и взяла мобильный.
Нажав кнопку ответа, она лениво протянула:
— Алло.
У Сяо Ханя на том конце было довольно тихо.
— Цинь Цзао сказала, ты только что мне звонила.
— Угу.
Сяо Хань помолчал несколько секунд, потом начал:
— Цинь Цзао — это…
Хэ Жань перебила его:
— Не надо. Я знаю.
Сяо Хань опешил:
— Откуда ты знаешь?
— Я умная.
— …
Сяо Хань замолчал.
Через некоторое время он снова спросил:
— Ты завтра во сколько придёшь?
Хэ Жань взяла карандаш и по привычке пару раз прокрутила его в пальцах.
— Завтра у меня нет времени.
Голос Сяо Ханя на мгновение задержался:
— Тогда зачем ты сказала, что придёшь?
Хэ Жань легонько постучала кончиком карандаша по планшету и небрежно ответила:
— Я это для неё сказала.
— …
Некоторое время они просто слушали в трубке дыхание друг друга.
Неизвестно, сколько времени так прошло. Когда Хэ Жань уже собиралась повесить трубку, Сяо Хань снова заговорил:
— Яоэр.
— М?
— Не накручивай себя.
Хэ Жань улыбнулась:
— До такого не дойдёт. Мы ведь с тобой сейчас как раз в самом разгаре страсти.
Сяо Ханю снова нечего было ответить.
Они протянули разговор ещё минут пять, словно ни один не хотел заканчивать первым. После звонка Хэ Жань пошла в ванную.
Ночью ей приснился сон о Сяо Хане.
Раньше, когда он ей снился, всё неизменно крутилось вокруг одной кровати. А на этот раз, что было редкостью, ей приснился он в молодости.
Словно сторонний наблюдатель, она ещё раз перечитала историю его и Цинь Цзао, и не могла не вздохнуть.
Если бы тогда со старшим братом Сяо Ханя не случилась внезапная беда, они, возможно, уже стали бы супругами. Жаль только, что жизнь непредсказуема.
- Дед Земли (土地公公 / Tǔdì Gōnggong) — народное божество земли и местности в китайской традиции. Выражение «отправить на свидание с Дедом Земли» здесь употреблено иронически: буквально — заставить упасть на землю, сильно удариться о землю.
↩︎ - Сяобаван / маленький тиран (小霸王 / xiǎo bàwáng) — разговорное обозначение задиры, школьного «короля» или хулигана, который пользуется влиянием и заставляет окружающих считаться с собой.
↩︎ - Яоэр (幺儿 / yāo’ér) — диалектное обращение, особенно распространённое в Сычуани и Чунцине. Буквально связано со значением «младший ребёнок», «самый маленький», но часто употребляется как очень ласковое обращение к ребёнку, возлюбленной или близкому человеку: «малыш», «родная», «любимая».
↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
