Они вернулись в комнату. И вдруг Хэ Жань сказала:
— Сяо Хань, я хочу рисовать.
Он расправлял простыню и, не останавливаясь, спросил:
— В такой темени? Что ты собралась рисовать?
— Тебя.
Его руки на мгновение замерли. Он повернул голову и посмотрел на неё.
— Ты ведь уже рисовала меня раньше?
— То было раньше. Сейчас ощущения совсем другие.
Больше всего ей нравилось, как он улыбается. Жаль только, что ей ни разу не удалось сохранить эту улыбку на бумаге.
Наверное, потому что в последнее время он слишком редко улыбался.
Сяо Хань немного подумал и сказал:
— Тогда завтра. Я спрошу у Амир, продаются ли здесь принадлежности для рисования.
Хэ Жань кивнула:
— Хорошо.
На следующее утро, когда Хэ Жань проснулась, Сяо Хань уже всё подготовил.
Она умылась, вышла завтракать и с удивлением обнаружила, что перед двором уже стоят мольберт, планшет, складной стул, а рядом разложены краски и кисти разных цветов и размеров.
В такой глухой горной местности раздобыть настолько полный набор художественных принадлежностей было действительно нелегко.
Когда Хэ Жань спросила об этом, Сяо Хань объяснил:
— Амир сказала, что у неё был постоялец, тоже художник. Эти вещи ему больше не нужны, вот Амир и помогла нам кое-что одолжить.
Хэ Жань кивнула, задумавшись.
Человек, который привозит с собой в путешествие столько художественных принадлежностей, наверняка не из простых.
После завтрака Хэ Жань вышла во двор и начала рисовать.
Сяо Хань спросил:
— Мне побыть твоей моделью?
Хэ Жань покачала головой и улыбнулась:
— Не надо. Я и так знаю меру.
Сяо Хань ненадолго ушёл в комнату позвонить.
Рука Хэ Жань двигалась по бумаге. Она рисовала лицо Сяо Ханя, но каждый раз, останавливая кисть и задумываясь, смотрела вдаль.
Несколько лёгких облаков у края неба складывались в изгиб его улыбки.
Когда-то Хэ Жань могла без устали писать глаза Сяо Ханя, находя в этом почти неистощимое удовольствие. Но сегодня, дойдя до этой части лица, она застыла с кистью в руке и никак не решалась продолжить.
У этих глаз была своя история. Если не понять её, невозможно нарисовать настоящего его.
Когда-то Хэ Жань не умела читать всё сложное, что скрывалось в них. Но теперь она могла быть уверена, что эта история переписана, и вся она — о ней.
Она не знала, настанет ли однажды день, когда её уход добавит этим глазам ещё один оттенок печали.
В памяти мелькнула картина: глубокая ночь в горах и его покрасневшие глаза.
Слишком густое чувство. Слишком тяжёлое.
Хэ Жань не могла его вынести.
Личное чувство способно вдохнуть в картину мощную душу и потрясающую силу, но оно же может нарушить власть художника над техникой.
В конце концов тот рисунок так и остался незаконченным, брошенным на полпути.
Хэ Жань успела наметить только общий силуэт его лица и глаза. Губы остались пустым, нетронутым местом.
Изначально она хотела изобразить его улыбающимся. Но теперь, глядя на рисунок, понимала, что эти глаза никак, ни при каких обстоятельствах, не могут улыбнуться.
Оставалось только остановиться.
Хэ Жань убрала наполовину законченную работу, хотела продолжить и написать немного пейзажных этюдов. Но неожиданно с неба хлынул дождь.
Ей пришлось перенести все художественные принадлежности под крышу. Амир подбежала и помогла ей всё собрать.
По словам Амир, это был первый летний дождь на озере Лугу; в следующие несколько месяцев дожди будут идти часто.
Хэ Жань как раз стояла, рассеянно глядя на дождевую завесу, когда вдруг с террасы второго этажа какой-то мужчина окликнул вниз:
— Амир!
Услышав голос, Хэ Жань подняла голову.
Одного только силуэта было достаточно, чтобы понять, что мужчина очень красив. Он был в строгом костюме и не походил ни на туриста, ни на местного жителя; жаль только, что из-за света за его спиной лица как следует было не разглядеть.
Амир что-то сказала Хэ Жань и поднялась наверх к этому мужчине.
Настроение рисовать было испорчено погодой, и Хэ Жань тоже без особого желания вернулась в комнату на втором этаже.
Сяо Хань сидел на кровати, держал в руке телефон и о чём-то думал. Увидев, что она вошла, он ничего не спросил.
Хэ Жань подошла и села рядом. Заметив, каким тяжёлым стало его лицо, она встревоженно спросила:
— Что случилось?
Сяо Хань заговорил лишь спустя некоторое время:
— Цюаньцюань заболел. Мама повела его в больницу, по дороге упала и подвернула поясницу.
Хэ Жань испуганно спросила:
— И как они сейчас?
— Соседи помогли отвезти их в больницу. Только что позвонили и сказали.
— Серьёзно?
— С Цюаньцюанем ничего особенного, лёгкая простуда. — Голос Сяо Ханя стал ниже, брови сошлись. — А мама уже в возрасте… тут трудно сказать.
Хэ Жань поджала губы, немного подумала и приняла решение:
— Тогда вернёмся раньше.
Сяо Хань с каким-то раздумьем посмотрел на неё и через мгновение кивнул:
— Хорошо.
Хэ Жань достала телефон, чтобы проверить прогноз погоды, и, просматривая его, сказала:
— Завтра и послезавтра будет дождь. Есть риск обвалов и селевых потоков. Подождём, пока погода станет получше, и тогда поедем.
Сяо Хань не возражал, только тихо отозвался:
— Угу.
Хэ Жань стала бронировать билеты онлайн. Сяо Хань смотрел на неё и вдруг вспомнил:
— Почему ты поднялась? Ты ведь рисовала.
Хэ Жань чуть дёрнула уголками губ:
— Дождь же пошёл. Небо не благоволит.
Интернет работал плохо, полоска загрузки ползла очень медленно.
Сяо Хань подождал немного, потом поднялся и сказал:
— Я схожу сниму немного денег. Что ты хочешь на обед?
Хэ Жань прикрыла ладонью щёку. С утра у неё снова припухли и заныли дёсны, возможно, из-за того, что вчера на праздничном застолье она съела что-то «разогревающее».
Подумав, она сказала:
— Купи что-нибудь лёгкое, любое.
Сяо Хань кивнул:
— Хорошо.
В последнее время аппетит у Хэ Жань то появлялся, то исчезал, но под присмотром Сяо Ханя три приёма пищи в день всё равно оставались очень регулярными.
Но сегодня вышло странно: Сяо Хань ушёл и к половине второго всё ещё не вернулся.
Обычно к этому времени они уже давно обедали и наслаждались ленивым послеобеденным сном.
Хэ Жань не находила себе места и хотела позвонить Сяо Ханю, но обнаружила, что он забыл взять телефон.
Когда стрелки показали два часа, голод стал совсем невыносимым, и Хэ Жань наконец решила сама выйти поискать еды.
Она только вышла из комнаты, как увидела, что работник гостевого дома торопливо взбегает на второй этаж с таким лицом, будто случилась большая беда.
Он остановился перед Хэ Жань и, задыхаясь, сказал:
— Твой мужчина с кем-то дерётся! Разнять не можем, скорее иди посмотри!
Дождь становился всё сильнее. Он с ожесточением бил по зонту, будто не собирался останавливаться, пока не пробьёт в этой тонкой защите дыру.
Хэ Жань с трудом шла сквозь ветер и ливень. Больше половины тела промокло от дождя, который сносило внутрь порывами ветра.
Почти пятнадцать минут она добиралась до места происшествия. Оно оказалось под небольшим склоном; поставить ногу было негде, и Хэ Жань пришлось идти прямо по скопившейся воде. Туфли и штанины окончательно сдались на милость потопа.
Неподалёку двое мужчин, совершенно не обращая внимания на отвратительную погоду, катались по земле, сцепившись так, что их было не разнять. Несколько человек рядом пытались остановить драку, но толку от них не было никакого.
Хэ Жань ускорила шаг и крикнула:
— Перестаньте!
Голос у неё и без того был тонкий, а в таком проливном дожде он просто не мог долететь до них.
Двое на земле всё так же мутузили друг друга — один удар кулаком, другой ногой, будто поклялись не остановиться, пока кто-нибудь не возьмёт верх.
Хэ Жань в эту минуту уже не могла думать о том, подхватит ли инфекцию и поднимется ли у неё температура. Она отбросила зонт в сторону, и ливень мгновенно обрушился на неё без остатка.
Сорвав голос, она закричала на них:
— А ну оба прекратили!
Двое мужчин в дождевой завесе одновременно замерли и посмотрели в её сторону.
Оба были избиты до синяков, с распухшими лицами — почти не узнать.
Хэ Жань подняла зонт и быстро подошла. Остановившись рядом с Сяо Ханем, она накрыла его зонтом.
Она долго смотрела на него в упор. Губы её несколько раз дрогнули, но в конце концов она решила пока ничего не говорить.
Потом её взгляд переместился на Хань Юя, который стоял рядом такой же мокрый с головы до ног. Несколько секунд она изучала его, а затем спросила:
— Как ты нашёл нас здесь?
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
