Ослепительный блеск — Глава 158

Время на прочтение: 5 минут(ы)

Но когда Син У действительно произнёс эти слова, он вдруг, словно очнувшись, самокритично усмехнулся и отстранился от неё. Однако в этот миг Цин Е крепко схватила его. Её взгляд, чёрный и яркий, не дрогнул ни на миг. В самой глубине глаз мерцали кристальные слёзы, но уголки губ изогнулись в роковой усмешке, пока она пристально смотрела на него:

— Смелости хватило сказать, а сделать — нет? Сяо У-е настолько струсил?

Син У в некотором оцепенении смотрел на неё, его дыхание становилось всё более прерывистым. С тяжёлым взглядом он произнёс:

— Ты сегодня сама увидела, какова моя жизнь, Цин Е. Твои полшага для меня — край неба.

Слёзы беззвучно скатились из уголков её глаз на подушку. Она подняла руки и крепко обхватила его за шею, не давая отступить, и твёрдо сказала:

— Кто может, ударив себя в грудь, сказать, что его жизнь прозрачна до самого дна и в ней нет ни капли мути? В какой семье нет своих бед, и какой человек может быть лишён изъянов? Да, до приезда сюда я и подумать не могла, что свяжусь с бедным парнем, но с того мига, как я, Цин Е, полюбила тебя, ты стал единственным выбором. Единственным и неповторимым.

Жаркое пламя затрепетало в груди Син У, и он нежно позвал её:

— Цин Е…

Она ласково подняла голову и поцеловала его:

— Я же говорила… я твоя…

Он взял инициативу на себя и прижал её к груди. От прикосновений его грубых пальцев тело Цин Е затрепетало; никогда ещё они не были так искренни друг с другом, как в этот миг.

Син У видел Цин Е разной: и несносной, когда она капризничала, и свирепой, когда злилась. Видел, как она прыгала от радости, словно дитя, и как горько плакала, зовя мать.

Но он никогда не видел её такой трогательной и нежной. Её белоснежная кожа сияла мягким светом, а прекрасный стан был настолько хорош, что он мгновенно утратил контроль. Он даже отчётливо чувствовал, как его рассудок рушится по кирпичику. Пламя в сердце уже полностью поглотило его, и оставалось лишь поддаться власти своих желаний.

Цин Е чувствовала, что Син У слегка дрожал, когда входил в неё, но разве она сама не дрожала?

Она крепко обнимала его, ощущая и страх, и возбуждение, но больше всего — растерянность. В конце концов, подобные вещи были ей слишком в новинку, настолько, что она совершенно не знала, что нужно делать, и лишь в некотором оцепенении вверяла себя Син У.

Она не знала, у скольких девушек первый раз проходил в таком тумане. В голове всё помутилось, воздух наполнился сводящими с ума ароматами, всё казалось сном. Оба они с неким священным трепетом сделали этот шаг, и Цин Е, сжавшись в объятиях Син У, мелко дрожала от боли.

Син У короткими поцелуями заставил её тело постепенно расслабиться. Он спросил её:

— Очень больно?

— Я думала, «вызывать зависимость» значит… что ощущения будут приятными.

На губах Син У наконец промелькнула слабая улыбка:

— Я заставлю тебя почувствовать эту зависимость.

Он прижал её руки к подушке, и всепоглощающий мужской аромат окутал её. Син У неистово целовал её, шаг за шагом осваивая новые земли и расширяя границы.

Цин Е была права: у этого парня действительно был талант постигать всё без учителя, по крайней мере, в этом деле он проявил его в полной мере.

Он мог одновременно смотреть на неё взглядом, полным такой нежности, в которой можно было утонуть, и в то же время с неимоверной страстью обладать ею.

Син У уже не понимал: то ли события этой ночи были слишком тяжёлыми, то ли годы подавления заставили его привычно игнорировать собственные желания. Стоило этой плотине прорваться, как его жажда хлынула наружу подобно хищным зверям во время наводнения, и её уже невозможно было остановить.

Цин Е чувствовала, что Син У потерял контроль. Вернее, именно таким он и был на самом деле, сбросив все маски и подавленность. У неё не хватало духу остановить его, хотя для неё, впервые познавшей близость, это было своего рода испытанием.

Но она лишь крепко закусила губу, терпеливо снося волну за волной. Это незнакомое чувство постепенно наполняло её сердце, пока не заняло его целиком. Так Син У открыл для неё врата в совершенно иной мир.

Та маленькая красная коробочка, которую она отобрала у Син У и всё это время хранила в сумке, в конце концов пригодилась в решающий момент. Всё было словно предопределено во мраке. Они обрели друг друга.

Когда страсть достигла пика, он, прикусив её губу, прошептал:

— С днём рождения.

Цин Е в своём забытьи уже и не помнила, что двенадцать часов давно миновали и наступил день её рождения. Именно в этот день она отдала себя Син У.

Лишь когда всё успокоилось, Син У включил свет и, увидев покрытую отметинами Цин Е, внезапно замер, словно поражённый молнией. Он постепенно пришёл в себя и слегка нахмурился:

— Я… я сделал тебе больно?

Кончик носа и пряди волос Цин Е намокли от пота, в глазах плескался блеск воды, а чистое лицо раскраснелось от хмельного жара. В свете ламп она была ослепительно прекрасна. Её тело ещё сотрясали лёгкие спазмы. Син У с чувством вины притянул её к себе и нежно поцеловал:

— В тебе определённо есть яд, я не могу себя контролировать.

— Цин Е, что мне делать? Я хочу спрятать тебя в карман и носить с собой повсюду.

Его дыхание всё ещё обжигало. Цин Е подняла голову и коснулась губами его колючего подбородка:

— Всего один раз, и ты уже зависим?

Он опустил веки и с затуманенным взором улыбнулся ей. Цин Е нежно прижалась к нему всем телом:

— Я проголодалась…

Син У поцеловал её в скулу и сказал:

— В комнате есть лапша быстрого приготовления, будешь?

— Буду.

Он обернулся банным полотенцем и встал, чтобы вскипятить воду. Цин Е лежала на краю кровати, обняв одеяло, и следила взглядом за его движениями. Крепкие и плавные линии его спины выглядели сексуально и дико; кажется, она даже оставила на них пару царапин. Вспоминая его недавнюю страсть, Цин Е чувствовала, как её щёки разгораются всё сильнее.

Залив лапшу кипятком, Син У обернулся и увидел, что она, словно застенчивая молодая жена, вся закуталась в одеяло, оставив лишь глаза, которыми непрестанно поглядывала на него. Тогда он развернулся и, прислонившись к маленькому столику рядом, стал смотреть на неё с улыбкой.

Глаза Цин Е тоже постепенно изогнулись в форме полумесяцев. В комнате было очень тихо, никто не произносил ни слова; они просто смотрели друг на друга в полном безмолвии, и взгляды их были полны глубоких чувств.

Когда лапша была готова, Син У полностью закутал Цин Е в одеяло. Она вытянула руку, чтобы взять чашку, но Син У, взглянув на её нежную белую кожу, убрал руку обратно:

— Укутайся поплотнее, чтобы не замёрзнуть.

Цин Е заморгала глазами, как мумия:

— А как же я буду есть?

Син У подцепил лапшу, подул на неё и поднёс к её губам. Она, прищурившись от удовольствия, улыбнулась и послушно открыла рот.

Пока Цин Е ела, она сказала:

— Как думаешь, нам ведь повезло? Хорошо, что мы ушли вечером, иначе нас бы заперло в том пожаре. На самом деле, чем больше я об этом думаю, тем страшнее становится. До этого чья-то рука бросила мою куртку и мобильный телефон в огонь, а сегодня мне вдруг приснилась куча странных снов, и я проспала. Да и веко, разве оно не дёргалось весь день после пробуждения? Это определённо было какое-то предзнаменование свыше.

Син У покосился на неё:

— Ешь быстрее, колдунья.

Цин Е со всей серьёзностью возразила:

— Я правду говорю. Ты разве не слышал о внешнем отклике? Это подсказки, которые даёт нам природа. Мой де раньше каждый год ходил к даоши [даосский монах], чтобы погадать на гексаграммах, и я ходила с ним в даогуань. Я слышала от тех старых даоши, что вокруг нас каждый день происходит множество мелочей. Птица, пролетевшая в небе, внезапный звук, разбитая посуда или даже странный запах. Всё это может предвещать какие-то перемены, просто большинство людей игнорируют эти детали. Подумай сам, если бы я сегодня не была так раздражена, ты бы вдруг вывел меня из дома? Мы вышли и как раз спаслись от беды. Сегодня я особенно сильно тосковала по нян, наверняка её дух в небесах защитил нас.

Син У отправил ей в рот ещё одну большую порцию лапши, заставив её замолчать:

— Тогда, если дух твоей нян в небесах увидел, как я переспал с тобой, не явится ли она внезапно, чтобы придушить меня?

Цин Е замолкла. Мысль о том, что нян, возможно, наблюдала за всем процессом с небес, внезапно заставила её почувствовать, что это немного пугающе!

Наши ослепительные дни — Список глав